Квинтет Пряди - Алексей Александрович Стопичев

— Может, вашего Торвуса не существует, дядечка? — нахально спросила меня одна из троицы — рыжая и веснушчатая, — Я-то — вот она!

Я вновь перевёл взгляд на Баблера, но тот лишь весело ржал:

— А помнишь, Ино, как нам в одном кабаке в Пульшере бродячий слепой бард доказывал, что нас не существует? Как там он тебя назвал?

— Продуктом суеверия тёмных крестьян, — хмыкнул я, признавая правоту Баблера.

— А Рекса — подсознательным стремлением людей к недостижимой справедливости! — захохотал Баблер и повернулся к девушкам: — Кто из вас докажет моему недоверчивому приятелю, что вы существуете?

— А он стоит того, чтобы ему доказывать? — заговорила теперь тёмненькая. Сказала презрительно, что меня, признаюсь, даже немного покоробило. Впрочем, я надменно посмотрел на говорившую и счёл нужным ответить:

— Если твой язык так же хорош во время постельных забав, как во время разговора, то я готов поверить во что угодно!

Рыженькая и блондинка хихикнули, а тёмная, вспыхнув, сказала:

— А если ты свой язык не привяжешь, Ино, или как там тебя, то запросто его лишишься!

Баблер чуть отодвинулся и с интересом наблюдал за перепалкой, которая, судя по всему, его очень забавляла. Он даже вытащил флягу и достал вяленое мясо, будто собрался за спектаклем наблюдать, либо за боями гладиаторов. Я презрительно посмотрел на приятеля, но ответил девушке:

— Ты можешь попробовать это сделать, языкастая!

И тут тёмная прыгнула на меня. Признаюсь, я не ожидал такой прыти от амазонки, потому еле успел среагировать. Перехватил её, и, чтобы не ломать и не бить, просто развернулся, придавая девушке ускорение, и швырнул через костёр на Баблера. Та рухнула на Линга вместе с кольчугой, изрядно ушибив моего друга. Тот выругался, ибо разлил содержимое фляги, да и сам перепачкался, и вскочил обиженно:

— Ино! Нельзя быть таким…

— Каким? — я, прищурившись, посмотрел на амазонку и спросил: — Хочешь ещё попробовать, деточка? Расскажу тебе, что нельзя кидаться на взрослых дядь без их согласия.

Тёмная нахмурилась, и окуталась вдруг ярко-огненной аурой, а Баблер поспешно вскинул руки и заговорил:

— Хриза, перестань!

Хриза, двинувшаяся было ко мне, нехотя остановилась, а аура её угасла. Я же кивнул довольно и проговорил ровным голосом:

— Баблер Линг, я не думаю, что столь неуравновешенные союзники нам помогут.

— Ну, они, в отличие от твоих питомцев, умеют говорить, — хмыкнул ничуть не смущённый приятель.

— А вот сейчас обидно было, — произнёс Чучело, и все три амазонки посмотрели на него в изумлении.

— Что ты, чёрт побери, такое? — прошептала рыженькая, на что келпи тут же ответил:

— Я жеребец, деточка, в отличие от вашего балабола, что бы он вам ни говорил, — Чучело задрал верхнюю губу и весело заржал над собственной же шуткой. Впрочем, Баблер, ничуть не обиженный, засмеялся с ним вместе и произнёс весело:

— Девочки! Ино имеет уникальную способность ладить с такими, кхм, существами, о которых другие рассказывают только в страшных легендах!

Тёмная встряхнула своей пышной шевелюрой и произнесла:

— Я прошу прощения за несдержанность, Иной! Я не привыкла, что в наших словах сомневаются. Но мы действительно хюльдры — древний народ, который появился в этом мире задолго до людей. Да, нас осталось немного, но мы многое можем. И то, что люди нас считают сказкой — не лучшее ли тому подтверждение?

— Я принимаю твои извинения, хюльдра Хриза, — я наклонил голову, — Чем вы сможете быть нам полезными?

— В каком смысле? — немного смешалась девушка.

— Какими навыками вы обладаете? — уточнил я, — Что можете?

— Мы, наверное, не сравнимся с вами в умении сражаться, — пожала плечами Хриза, и стала вдруг ослепительно прекрасной: — Но у нас есть оружие пострашнее…

Глава 3. В гостях у верховного мага

Хриза появилась из темноты абсолютно бесшумно и прошептала:

— Стражники нейтрализованы!

— Убиты? — уточнил Линг.

Хриза чуть нахмурилась и ответила:

— Нет, спят. Надо было убить?

— Нет-нет, всё хорошо, — качнул я головой и произнёс: — Хриза, выключай своё страшное оружие, иначе я во время боя буду думать только о твоих… прелестях!

Хюльдра улыбнулась коварно и одновременно ехидно, но аура её пропала, и я смог облегчённо выдохнуть. Правда, когда она развернулась и пошла к воротам, виляя бёдрами, я вновь немного поплыл, хотя, подозревал, что тут магия уже намного древнее — и к волшебству обыкновенному отношения не имеет. Но и волшебство у хюльдр оказалось на высоте. И в первую очередь — для мужчин. Оказалось, что они могут свести с ума практически любого представителя сильного пола, будто то человек, тролль, гном или эльф. И Хриза это с удовольствием продемонстрировала там, возле статуи Баблера. А Ирис и Роза — две её подруги, весело хихикали, глядя, как поплыли мы с Баблером. Впрочем, в какой-то момент я всё понял и сумел выскользнуть из липкого дурмана эротического наваждения. Но, чтобы не показать это хюльдре, продолжал изображать из себя слабоумного до тех пор, пока она не сбросила с себя ауру очарования. Не нужно знать древнему народу, что от их магии есть противоядие. Кто знает, как сложится наше партнёрство. И если что-то пойдёт не так — лучше иметь козырь в рукаве.

В ворота мы прошли беспрепятственно, и я увидел, как Роза и Ирис легко, будто набитых ватой кукол, уносят в кусты последних охранников дворца, стоявших перед дверью. И ещё раз удивился тому, где Линг смог найти этот древний народ с нечеловеческой силой, да ещё и подружиться с ними. Впрочем, долго размышлять я не стал. Приоткрыл дверь и повернулся к Глупышу:

— Твоя очередь!

Стеклянный волк пригнулся, вздыбил на загривке шерсть и скользнул внутрь, приняв призрачное обличье. Главное его преимущество в том, что он не только практически совершенно иммунен к враждебной магии, но ещё и магические ловушки на него не реагируют. А во дворце верховного мага это было как нельзя более кстати. Я потянулся к Глупышу сознанием и увидел дворец изнутри его глазами. Немного непривычно было смотреть на ступени, расположенные слишком близко к морде. На казавшиеся высоченными двери. Да ещё и зрение было каким-то клубистым, вовсе без красок. То ли стеклянный волк так видел мир, то ли сказывались магические колебания.

Глупыш оббежал весь первый этаж, и я убедился, что он пуст. Магических