Алхимик 1-9 - Роман Романович

этап отнял много сил и времени. Я часа два провозился, снова и снова накаляя кусок металла. Мышцы не привыкли к такой работе. Это тело совсем не знало, что делать. Удары были кривыми, часто не так, как надо.

Но всё кончается. Закончилось и мучение заготовки. В итоге у меня получился пылающий краснотой шар. Я переложил его на стол, который отдельно делать пришлось. Я выпросил у Сергея металлический лист, на котором вырезал печати. Шар лег в малый трансформирующий круг. Отложив щипцы, я сложил пальцы в нужную фигуру, чтобы помочь себе сформировать очищающую печать.

Первый закон алхимии: всё имеет свою цену.

Цена зависит от той задачи, которую ставит перед собой алхимик. В простых действиях это оплата жизненными силами, но у всего есть предел, в том числе у тела алхимика, поэтому внутренние силы далеко не всё, что используется. Редкие и магические камни, жидкости (особенно кровь), стихии…

Сейчас, чтобы очистить металл, я вложил в печать свою жизненную силу, тут же ощутив, как внутри пробежал холодок. На простое действие ушло треть моих запасов. Не смотря на все занятия, я по прежнему слаб. В разы слабее, чем в прошлой жизни. Без практики не обойтись.

Будь я новичком, то потратил бы сил раз в двадцать больше и, скорее всего, грохнулся в обморок. Мастер отличается от новичка тем, что… хитрее. Я вкладывал мастерство и опыт, формируя дополнительные контуры печати, которые отвечали за то, чтобы правильно распределять энергию, направлять её на очистку от лишнего и усиление основы.

Шар зашипел, повалил черный дым, запахло кислым. Я отошёл в сторону, внимательно наблюдая за процессом. Сейчас плотный контакт не нужен, печати сами всё сделают, поэтому нет смысла дышать этой гадостью. Через пару минут процесс завершился. На столе лежал идеально круглый и гладкий кусок металла. Он потерял в весе раза в два, на что я и рассчитывал. По прежнему много, но как раз под мои нужды.

Подхватив шар щипцами, вытащил из черных хлопьев — того, что отделилось в процесс очищения. После опустил шар в воду. Для этого, как и планировал, поставил рядом бочку, куда стекала дождевая вода. Шар зашипел, поверхность вспенилась, но быстро успокоилась. Теперь надо дать отдохнуть металлу. Пусть привыкнет к тому, что он теперь одно целое и его суть изменилась. Да и мне тоже надо отдохнуть. Пожалуй, на сегодня хватит.

Глянув на пылающие угли, подумал, что так всегда. Столько разжигал, а потенциал почти не использовал. Хотел было попробовать выковать ещё что-то, не ради результата, а ради тренировки, но отказался от этой задумки. Мышцы и так гудят с непривычки.

* * *

Если бы циклы имели свойство заканчиваться быстро, мир был бы совсем другим. Но нет, никогда так просто не было. Цикл — это как река. Она берет начало где-то в горах, стекает вниз, бежит по руслу, впадает в море или океан. Палящее солнце сушит воду и в виде осадков она снова попадает в горы. Цикл. Замкнутый круг, который можно нарушить, если только убрать всю воду или изменить физические законы. Видеть такие закономерности, уметь с ними взаимодействовать — это высшая алхимическая философия и математика. Основа основ.

Я был, как ручеёк. Любой другой человек — тоже. Люди переплетались, сталкивались, образовывали новые потоки и бегали по замкнутым циклам.

Гриша варился в одной и той же картине мира, смотрел на жизнь под одним и тем же углом. Он был ручьем, что участвовал в формировании общего потока. Как и Лена, как и другие дети. Как и я.

В пятницу днём я шёл вдоль дороги. Идти по лесу сегодня невозможно. Слишком много слякоти. Топая и не обращая внимания на мелкий дождь, я тренировал пальцы. Разгибал их в разные стороны, тянул, потом составлял распальцовки. Стандартная тренировка для того, кому нужна идеальная точность пальцев. Сзади послышался шум машины. Иногда мне везло и случайные водители подбрасывали меня до поворота к дому. Эта дорога не пользовалась популярностью, поэтому везло мне редко, гораздо чаще приходилось поработать ногами.

Я обернулся, стараясь понять, будет удача или нет. Ко мне двигалась старая убитая колымага, в которой сидели четверо парней. Или молодых мужчин, лет двадцати где-то. Нет, эти не повезут. Им и так тесно, машинка-то маленькая. Потеряв к ним интерес, я собирался отвернуться и продолжить идти, но тут тачка сначала прибавила газу, а потом резко остановилась рядом.

Захлопали двери. Наружу выскочило четыре парня. Вперед вышел тот, что сидел за рулём. Низкий, пухлый и очень-очень злой.

— Эй, это ты Эдик? — крикнул он мне, останавливаясь в трех метрах.

— А кто спрашивает?

— Брат Гриши. Так это ты?

— Да кто же ещё! — зло бросил второй парень, — Кто тут ещё шляться будет?

— Короче, уродец мелкий, — двинулся в мою сторону брат, — Попал ты!

Пока он шагал, замахивался и собирался меня ударить… Пока его друзья доставали из под курток цепи… Я сдвинулся в сторону, ушёл от удара и… Бросился в лес. Ребята увязались за мной, но им бы спортом заняться, чтобы в скорости тягаться. Уже через минуту я остановился, слушая, как вслед доносятся обещания найти и разобраться.

Интересный поворот… Усмехнувшись, я постарался успокоиться и подавить желание вернуться и покарать сволочей. Вчетвером с цепями на того, кто их лет на пять младше? Нет, если рассматривать с точки зрения моих возможностей, я их закопаю прямо в этом лесу. А потом задолбаюсь объяснять, как это сделал. Добром такое уж точно не кончится. Поэтому я и сбежал, не желая быть избитым и не желая спалиться по всем статьям, тем самым подставив ещё и Гвоздевых.

Но каковы парни то! Совсем без тормозов. Вчетвером и на школьника! Они ведь не знают, что я могу, а значит всерьез хотели избить того, кто их слабее. Или и вовсе, убить.

Как бы там не было, такое прощать нельзя.

* * *

Если взять щепку, разломать на две части, начертить на обоих по печати, то получится хорошее следящее устройство. Так я на следующий день узнал, где живет Гриша. Судя по его виду, он знал, что я сбежал. Иначе как объяснить его гаденькие улыбки и откуда ни возьмись появившуюся смелость. Проследив за парнем, вскоре нашёл машину его брата и сделал так, чтобы определять на расстояние, где она находится. После чего отправился домой.

В воскресенье, когда был выходной, я наведался в город и отыскал, где тусит брат Гриши. Вычислил основные места и прикинул, где нам встретиться.