Монарх Душ: Нет пути домой - Александр Гримм

Однако думать сейчас надо не о нем, а о том, кто отправил бедного Сергея в полет. Из-за угла как раз появился хозяин той монструозной руки. Почти такой же гигант, как первый, разве что ростом чуть повыше. Где-то на метр.

Для великанов такая разница — сущий пустяк, это как для нас разница в пару сантиметров. Правда, от этого знания мне отчего-то не легче. Ума не приложу, что мне теперь с такой махиной делать.

Даже интересно, хватит ли мастерства Ягю Дзюбея, чтобы распластать такую здоровенную тушу?

Вопрос, конечно, интересный, вот только искать на него ответ мне совершенно не хочется. Особенно после всего увиденного. Но делать что-то все равно надо. Кидаться на великана вот так, без плана — сродни самоубийству, но и стоять столбом посреди улицы — тоже не вариант.

Пока судорожно обдумывал сложившуюся ситуацию, грозный здоровяк окончательно выступил из-за угла.

В этот момент я заметил кое-что еще: на ногах великана, вцепившись клыками в дубленую шкуру, висели два призрачных волка — они яростно полосовали икры гиганта своими когтями и рвали их зубами.

Вот только сам здоровяк, в отличие от меня, не обращал на них особого внимания…

А зря. Даже в полутьме было отчетливо видно, как по ногам гиганта стекает какая-то бурая жижа, судя по всему, заменившая ему кровь. К тому же волки рвали его не абы где, а аккурат под коленями. В тех местах, где у обычного человека проходят подколенные сухожилия…

Стоило мне только об этом подумать, как правая нога гиганта подломилась и угловатое колено с хрустом врезалось в асфальт. Самого великана при этом, ясное дело, утянуло следом за собственной ногой.

За какое-то мгновение рост гиганта сократился где-то наполовину!

Тут-то я и понял, второго такого шанса может и не быть!

Рыбацкий чехол моментально улетел в сторону, обнажая черные лакированные ножны, а сам я, стелясь над землей, бросился вперед.

К этому моменту демоническая катана, словно влитая, уже была прижата к моему левому бедру, а правая ладонь расслабленно покоилась на рукояти меча. Усиленно работали только ноги.

Сердце же и легкие, наоборот, будто бы замерли. Я ощущал, как грудь наполняется воздухом и запирает его внутри.

Спустя два удара сердца, я уже стоял сбоку от великана. Мой единственный открытый глаз, словно рентген, нащупывал его яремные вены, а пальцы правой руки нежно оплетали ребристую рукоять.

Счет шел на секунды. Или, скорее, на те самые пресловутые доли.

Вскоре последовал долгожданный выдох — и в то же мгновение, как воздух покинул легкие, лезвие катаны с шелестом вылетело из ножны. Иайдо одноглазого самурая, впитанное мной вместе с его алой, пропитанной кровью душой, со свистом рассекло воздух. А после и грубую на вид шкуру. Клинок стремительно погрузился в плоть…

Но глубоко при этом не проник.

Рефлексы самурая, что верховодят в данный момент моей правой рукой, велят резать, а не рубить.

И я послушно резал. Матовое лезвие катаны скользило по бугристой шее, словно каравелла по бурным волнам, то резко ныряя вниз, то снова оказываясь на поверхности дубленой кожи. В этот момент я ощущал плавность и умиротворенность, словно фанатичный художник, наконец дорвавшийся до столь желанного мольберта. Разве что, в отличие от того самого художника, холстом мне служил не лен и не хлопок, а чужая плоть.

Прекрасное, ни с чем не сравнимое чувство, жаль только, длилось оно какое-то жалкое мгновение…

С легким едва уловимым шелестом катана вернулась обратно в ножны. Цуба с оковкой ножен встретились — раздался щелчок. И в то же самое время плоть на шее великана раскрылась, подобно цветку. Фонтан бурой жидкости ударил в небо…

Но ни одна из этих грязных капель не упала на мои плечи.

Зато в нос тут же ударил запах крови или того, что этой твари кровь заменяет. Запах густой, терпкий, с привкусом аммиака на языке.

А вот теперь точно все — великан больше не жилец. Остается лишь дождаться, когда он окончательно испустит дух, и получить положенную награду. Ну и порадоваться заодно, раз все прошло настолько гладко…

— Закончи начатое, — вдруг прозвучал у самого уха голос одноглазого самурая.

— Но он ведь уже… — отступил я чуть назад, подальше от истекающего кровью монстра.

Это ведь так глупо — попусту рисковать, в попытке добить смертельно раненного, но все еще опасного зверя.

— Нет страшнее иллюзии, чем вид поверженного, но недобитого врага…

— ГРААААА!

Последние слова самурая потонули в яростном реве.

Великан на удивление резво обернулся в мою сторону и тут же вскинул к ночному небу свой громадный кулак. Его не остановила ни продолжающая бить из шеи кровь, ни пара призрачных волков, к этому моменту уже забравшихся ему на загривок.

Похоже, Дзюбэй снова оказался прав, я сильно поторопился, когда вернул катану в ножны.

Но это не беда.

Моя ладонь снова обвила рукоять меча, а единственный открытый глаз «метнулся» в сторону, подальше от несущегося ко мне кулака.

Вскоре рука великана исчезла из виду, пропав в моей слепой зоне, и мир словно замер. Я снова, как и тогда, три дня назад, ощутил слева от себя безмолвную пустоту. Но на этот раз она ни капельки не пугала. Судя по всему, тот первый урок одноглазого самурая все-таки не прошел для меня даром.

Больше никакого страха, волнения или глупых мыслей, лишь спокойное ожидание того сладкого мига, когда бездушный клинок вопреки всем законам природы снова обретет собственную волю.

Шелест. Он раздался совершенно внезапно. И ровно в тот же миг моя правая рука стала преданным заложником меча.

Прямо как и тогда, в бою с Они, плоть и металл слились воедино, а царство пустоты обрело своего единоличного хозяина. Хозяина, способного стереть из этого мира все, что угодно. В том числе грязную лапу какого-то жалкого великана.

Мгновением спустя раздался едва уловимый свист рассекаемого воздуха и протяжный щелчок вернувшегося в ножны меча.

Стоило последнему отзвучать, как мир снова оживает, а великан отшатывается влево. На месте его правой руки чуть ниже локтя теперь виднеется ровный диагональный срез, из которого рекой хлещет кровь.

— Добей, — снова прозвучал у моего уха голос духа.

И на этот раз я склонен к нему прислушаться. Тем более что и сам великан, похоже, не намерен отступать. Даже потеря руки не охладила его пыл. Он снова рванул вперед.

Хотя как рванул, скорее, попытался подмять меня под себя. Гигант просто завалился вперед, в попытках ухватить меня своей левой рукой или на худой конец вцепиться в