Киноманьяк 3 - Наиль Эдуардович Выборнов

— Ага, — хмыкнул Дин, сворачивая очередную порцию кабелей. — А если твой фильм провалится, ты то же самое будешь говорить?

— Приятель, это глупое сравнение, — отмахнулся Мартин. — Вы же не провалились. Совсем наоборот. Вы сорвали максимальную кассу в большинстве клубов.

— Но тут-то мы провалились, — сказал Дин и захлопнул дверь.

— Потому что здесь ваша музыка — дерьмо, — Мартин развел руками.

— То есть мы играем дерьмо? — неожиданно резко спросила Роза, повернувшись к нему.

— Нет, я не это имел в виду, — Мартин сразу же изобразил виноватое выражение лица. — Просто у каждого фильма есть своя целевая аудитория. То же самое с музыкой. И похоже, что здесь вы в целевую аудиторию не попали. Вот и все.

Роза посмотрела на него еще немного, после чего вновь затянулась, выдохнула дым и двинулась в сторону круглосуточного магазина на другой стороне дороги. Мы с Дином переглянулись, и он кивнул — мол, иди, чего тупишь. Я двинулся за ней, оставив остальных у фургона на полупустой парковке.

Роза подошла к пешеходному переходу и ждала. Горел красный сигнал светофора, а она по-прежнему курила. Я подошел к ней, она окинула меня уставшим взглядом, а потом раздраженно спросила:

— Ну что?

— Ничего. Просто хотел тебе сказать, чтобы ты не расстраивалась.

— Я и не расстраиваюсь, — она опять шмыгнула носом. Не плакала, но как будто была близка к этому. — Просто…

— Просто ты не этого ожидала.

— Да нет, — ответила она. — Чего-то подобного я и ожидала. Если честно, я хочу как можно быстрее уехать из этой дыры в Майами.

Сзади послышался перестук подошв по тротуару. Я обернулся, уверенный, что нас догнали наши друзья. Но это были совсем не они.

— Что ты сказала? — спросил какой-то молодой бугай, явно подвыпивший. Выглядел он как типичный дебил-качок из американских фильмов про старшую школу. Куртка-бомбер, короткая стрижка, квадратное лицо и челюсть, которой можно орехи колоть. — Мне не нравится, когда мой город называют дырой.

У всех этих парней были пивные бутылки, некоторые курили. Я узнал их — они были на концерте, сидели за одним из столов и пили, иногда жадно посматривали на Розу и облизывались, обсуждая ее.

Я невольно напрягся. Их было семеро, многовато на меня одного.

— Думаете, раз из Нью-Йорка приехали, вам тут все жопы лизать должны? — спросил квадратноголовый и шагнул вперед.

Остальные пошли следом. Я шагнул, прикрывая собой Розу. Она вдруг выкрикнула из-за моей спины:

— Да, ваш город — дыра! Езжайте на север, посмотрите, что такое цивилизация. Ты хотя бы знаешь, что такое «мыло» и для чего оно нужно?

— Да пошла ты, сучка! — выругался второй, чуть ускоряя шаг. — Чертовы янки, приехали к нам! И играете вы отстойно, кстати говоря!

— Да ты!.. — рванулась вперед Роза.

Я развернулся, взял певицу за плечи и сказал ей тихо, так, чтобы услышала только она:

— Дорогая, заткнись, пожалуйста. — Затем я повернулся к парням и поднял ладони в знак примирения. — Успокойтесь. Вам не понравилась музыка? Я вас понимаю. Мне тоже нравится далеко не всё. Сейчас мы соберемся, уедем отсюда и никогда больше не вернемся.

— Да, — Роза обошла меня, встала рядом. — В этой дыре мы больше играть не будем.

Я закатил глаза.

Очередная выходка Розы им не понравилась, их лица перекосились еще резче. Качок демонстративно ударил кулаком о ладонь.

— Знаешь про регби, дрянь? Я покажу тебе, что такое «штрафной удар».

Полгода назад я бы уже полез в драку. Ударил одного, опрокинул второго, отправил в нокаут третьего… Но в последнее время меня тошнило от насилия, я не искал драки.

И это меня удивило. С тех пор, как очнулся в этом теле, я только и делал, что дрался. А теперь мне почему-то очень хотелось решить конфликт миром.

— Тихо, парни, — повторил я. — Мы сейчас просто уедем, все будет нормально.

— Что тут происходит? — послышался голос Дина.

Я повернулся и увидел, что вся группа подошла к нам, с музыкантами были Кристофер и Мартин. Режиссер как обычно шел с портфелем в руках. И сейчас он полез в него.

Я уже догадывался, что он сейчас сделает — достанет свою любительскую камеру, с которой он так и не расстался, хотя теперь у него была камера намного круче. И да, он выхватил свой пленочный пистолет «Супер-8». Похоже, решил заснять драку.

Только местные этого не поняли и шарахнулись в разные стороны.

— У него ствол! — проговорил один из них. — У него ствол!

Спортсмен вдруг запустил руку за край куртки, и я понял, что он сейчас достанет оружие. И скорее всего застрелит Мартина. Это южные штаты, стволов тут полно, гораздо больше, чем в Нью-Йорке.

Я рванулся вперед, схватил качка за запястье. Несколько секунд мы боролись, но я оказался сильнее. Мягко, почти нежно выкрутил у него из руки пистолет, а потом завернул его руку за спину.

— Стой смирно, — проговорил я. — Это всего лишь камера. Чертова камера.

— Камера? — спросил он, слегка застонав от боли.

— Да, камера, — ответил я, а потом чуть толкнул его от себя, одновременно отпуская.

Спортсмен, альфа всей этой шайки, смотрел на меня с ужасом. Видимо думал, что я сейчас его пристрелю. Такого испуга он, наверное, никогда в жизни не испытывал.

Мне вспомнился Самсон. Сразу же стало мерзко от самого себя.

— У нас к вам никаких претензий нет, — сказал я и протянул ему его же пистолет. — Забирай и уходите. Мы сейчас тоже уедем. Договорились?

Парень принял свой ствол назад, посмотрел на него и затем медленно спрятал пистолет за спину. Его дружки уже разбежались. Он посмотрел на меня, потом на остальных, после чего едва слышно промямлил:

— Ну и валите нахрен отсюда…

Он повернулся и побрел прочь. Я глянул на музыкантов, на Мартина, который продолжал снимать происходящее, после чего кивнул в сторону их машины.

— Поехали отсюда, нам тут делать больше нечего.

— Я в магазин хотела вообще-то, — с претензией проговорила Роза.

— Заедем в другой. Пошли уже, пока эта шпана не одумалась. Сейчас прибегут с битами, и что мы будем делать?

— Да, Джош прав, — сказал Джордж. — Поехали уже.