Киноманьяк 3 - Наиль Эдуардович Выборнов

развязка с победой добра над злом произошла на рассвете, он прямо-таки грезил этой идеей. Мы сильно ограничивали временные окна для съемок своих финальных эпизодов, но режиссер был неумолим.

— Мы же снимем финал в Дейтоне. Там пляж, который смотрит на восток. Представь, как это круто будет, когда ты спасешь Розу, ну точнее Сару, на рассвете, когда солнце будет подниматься над океаном? Если даже «Турне» будет проходным, эту сцену запомнят надолго…

— Да? И сколько мы будем снимать ее, пока не получим нужный результат? Неделю, две недели? Месяц? Нам придется каждый день ждать волшебный час. У нас нет столько времени, мы ограничены нашими музыкантами, у них график.

— Снимем нужные сцены с Розой, а там они пусть дальше едут. А мы останемся и сделаем то, что нужно.

Я хотел поехать с Розой в Майами. Мартин заметил волнение на моем лице.

— Тебе что, подружка важнее искусства?

— Эй, полегче. Я еще ничего даже не сказал. Ты, наверное, прав. Сцена с рассветом и правда звучит классно…

Мы решили снять большой эпизод, в котором герой преследует злодея всю ночь и нагоняет его на рассвете на пляже. Идея с пляжем мне на ум пришла сама собой, я даже не сразу понял, что на эту мысль меня натолкнул просмотренный давным-давно «На гребне волны».

Нам требовался еще один оператор для финальных эпизодов. Эту работу Мартин думал поначалу доверить Кристоферу, но передумал — требовались слишком уж специфические навыки, вроде умения настраивать фокус. И хотя Мартин дал Крису несколько уроков (тот очень просил), парень все равно бы не справился.

Поэтому мы поехали искать нового оператора. Мне эта идея не нравилась — я не верил, что мы найдем хоть кого-то, и ругал Мартина за безалаберность. Он почти ничего не планировал заранее.

Пока рабочие мастерили платформу для камеры, мы съездили на местный телеканал, зашли в офис и попросили о встрече с операторами. Нам повезло. Один из них, как оказалось, был в отпуске — он согласился потратить свои выходные на нашем фильме, само собой, не бесплатно. Звали его Томасом Мором или просто Томом. Ему мы выдали вторую свободную камеру.

С наступлением сумерек начались съемки. Выставили одну камеру на бампер, Тома посадили в тачку злодея, а в мою машину сел Мартин.

— Будешь снимать, как актер оборачивается, смотрит в зеркало, давит на педали и все такое. — Давал напутствия новому оператору Мартин. — Справишься?

— Я однажды снимал тайфун для блока новостей. Так что с такой ерундой уж справлюсь как-нибудь.

— Да, но это кино, а не телевидение.

— Вы, киношники, слишком большого мнения о себе. На телеке операторы тоже не пальцем деланные. Не боись.

Шериф города дал нам разрешение на съемки незадолго до их начала, он прислал своего заместителя, худощавого зрелого мужчину с грустными глазами. Коп носил шляпу, которая была ему велика. С парочкой своих коллег он перегородил улицу на выезде из города для нашего эпизода. За согласование шериф денег не потребовал — но заплатить ему все равно пришлось, чтобы оплатить время полицейских.

В городе за час мы засняли, как Дуглас преследует машину психопата и выезжает за черту Джэксонвилла. Пару раз мы останавливались, чтобы Мартин вышел наружу и снял общие планы погони. Еще он подходил к моему бамперу, щелкал чем-то на бортовой камере.

Технически эту сцену мы не стали усложнять, сконцентрировавшись на ситуации в салоне. Я залил киношной кровью пушистое покрытие на полу, запачкал все элементы управления автомобилем и оставил отметину от пальцев на боковом стекле. Мой герой был ранен, он истекал кровью, но все равно гнался за похитителем своей любимой.

В этих сценах я держался за руль, переключал передачи и умудрялся одновременно с тем перевязывать раны бинтом. Мартин заснял, как мой герой судорожным движением стащил с одного плеча рубашку, раскрыл аптечку, вынув ее из-под сидения, и перевязал свою рану. Все эти движения я сделал на достаточно высокой скорости, еще и не отрывая глаз от дороги. Эпизод, думаю, получился очень нервным. Я постоянно думал о том, что мне нужно показывать истощение своего героя постепенно, а потому не играл излишне уставшего человека. Дуглас хоть и был ранен, но в нем оставалось еще много сил.

Закончили мы в районе десяти вечера. Поблагодарив заместителя шерифа, мы заплатили ему и его коллегам, выдав каждому по пятьдесят долларов на руки. Затем поехали дальше, не стали дожидаться нового дня. Нам требовалось около полутора часов, чтобы добраться до следующего города, Дейтона-Бич.

Байкеры подсказали нам хорошее место для съемок погони.

Через час мы съехали с межштатной магистрали на примыкающую к ней дорогу, ведущую буквально в никуда: в конце пути был городок-призрак с заброшенным сахарным заводом. Дорога туда, как убеждали байкеры, была нормальной и безопасной, по ней мало кто ездил — и все-таки мы не хотели рисковать. Поэтому наши друзья-байкеры перегородили подъезды к дороге. На въезде со стороны шоссе встал Кристофер. Он должен был развернуть всех водителей, чтобы они не помешали нашим съемкам.

— И как это сделать? — спросил Крис.

— Не знаю. Говори, что тут идут официально согласованные съемки и проезд перекрыт, — объяснял Мартин.

— А у нас что, есть разрешение?

— Что? Нет, конечно. Никаких разрешений мы не получили. Но людям об этом знать необязательно.

Выбрав самый ровный и безопасный участок, мы приступили к работе. Я на полной скорости летел за «Шевроле Малибу». Джеймс тоже гнал, не давая себя догнать. Сложнее всего оказалось выверять правильную дистанцию — такую, чтобы свет моих фар выхватывали корпус «Шевроле» из кромешной ночной темноты.

В коротких перерывах между сценами, когда мы останавливались и курили, снимая стресс от высоких скоростей, Мартин объяснял нам, как видит этот эпизод после монтажа:

— Сквозь свет фар видна дорога, по которой бегут полосы разметки. Кругом — ночной мрак, смазанный скоростью по периферии. Ваши персонажи находятся в постоянном напряжении. Дуглас ждет, когда псих совершит ошибку, а псих ждет, когда Дуглас истечет кровью.

Несколько раз Мартин выходил на обочину, ставил камеру на штатив, и мы проносились мимо: таких дублей у нас вышло штук пять, режиссер снимал машины с разных углов. Самым интересным решением стала съемка в отдалении — он сошел с дороги, прошелся по пустыне, забрался на дюну и снял достаточно долгую сцену на телеобъектив.

— Панорамный вид дороги на фоне редких пальм, кустарников и песчаных холмов, —