Красный Корпус III - Илья Романов

Последний Хаосит погиб ещё две сотни лет назад, о них ничего не было слышно, но иных объяснений у Елены не было. Слишком всё просто. Слишком быстро твари обнаружили их и перебили, будто бы знали, кого нужно уничтожить и сожрать в первую очередь, как по наводке.

Она выбралась. Спаслась лишь чудом, но получила страшную рану от той твари с щупальцами. Елена хорошо помнила тот момент, когда чудовище выстрелило из глаза тёмно-желтым лучом. Не смертельным, ран никаких не было, но внутри женщины будто что-то появилось. Живое, развивающееся и… голодное. Всё дальнейшее она уже не помнила, как и своё возвращение в Цитадель. Более того, женщина была в ужасе от одной лишь мысли, навязчивой и тяжёлой: а сбежала ли она сама? Или её отпустили?

— Елена… Хватит бороться, просто прими оказанный тебе дар… — вновь пробился сквозь блокировку из воспоминаний шепот.

— Я уже сказала тебе, пошёл к чёрту! — из последних сил прохрипела женщина, сжимаясь ещё сильнее.

Холодно, как же холодно… У неё осталось слишком мало времени. Она знала, что будет дальше. Заражение Хаосом в её случае невозможно исцелить. В бреду и горячке, изредка просыпаясь, Елена видела свою подругу, главу лазарета Цитадели, Людмилу. Слышала её голос, обещавший помочь. Сделать всё, чтобы она выжила… Вот только вряд ли у неё получится. Елена это понимала, как понимала и Людмила, но последняя не теряла надежды.

«Лучше бы меня просто убили, чем всё это…» — в отчаянной слабости подумала Разумовская, готовая принять свою судьбу, но не желавшая становится тварью Хаоса. — «Лучше уж смерть, чем это».

И будто в насмешку над её мыслями, шепот вдруг на какое-то время затих, а женщине стало гораздо лучше. Её сжавшийся во тьме силуэт накрыло, словно одеяло, синее пламя. Незнакомое, тёплое, такое приятное и обещавшее защиту и покой. Пожалуй, впервые за время с той битвы, где она потеряла друзей и своих напарников, Елена смогла расслабиться от всего того ужаса, что окружал её.

Но хуже всего было шепоту и тварям, обитавшим во тьме…

— Он… Его не должно быть здесь… Как он посмел⁈ — неожиданно разъярился шепот, но за этой бравадой отчётливо звучала паника, а скулёж страха от сотен глоток только подтвердил это. — Владыка узнает… да, он узнает… Враг Хаоса вернулся, Владыка должен узнать! Должен!

Давление на её разум возросло в разы, будто шепот потерял терпение и хотел поскорее сломить её волю. Он неистовствовал, требовал, молил и просил. Обещал кары и угрожал, а затем сулил дары, силу и власть. Всё повторялось из раза в раз, а Елена лишь сильнее старалась прижаться к тёплому синему пламени, укрывшему её от бед.

В какой-то момент шепот и вовсе, казалось бы, сошёл с ума. Тварь закричала столь громко, что содрогнулась вся тьма. А Елена вдруг почувствовала, что ей стало ещё легче. Она даже нашла в себе силы приоткрыть закрытые в собственном кошмаре глаза, чтобы в следующую секунду оторопеть от увиденного.

Огромная, просто немыслимых масштабов кроваво-красная волна пожирала тьму. Она раздирала её, впитывала и уносила прочь, не оставляя после себя ничего. Более того, Елена на краткий миг почудилось, что в этой волне она заметила силуэт того, чему не могла найти объяснение.

Человеческий разум просто не мог понять и осознать увиденное, а вот ощутить на себе внимание — вполне. Это нечто словно всмотрелось в её душу, оценило её, взвесило и вынесло вердикт, после которого шепот исчез, как и рёв сотен глоток.

Дальше… Дальше тьма ушла и она проснулась, услышав громкий стук, возбужденные споры и увидела юношу. Незнакомец был в униформе Корпуса, гораздо младше её, а ещё… очень уставшим. С его руки капала кровь, общий бледный вид говорил о том, что он нуждался в отдыхе, но глаза… Глаза его полыхали синим пламенем столь сильно, что у Елены перехватило дыхание.

— С-спасибо… — только и смогла она произнести, чтобы поблагодарить того, кто защитил и спас её от этого кошмара.

Юноша улыбнулся. Устало, вымученно, но доброжелательно.

Силы покинули её и второй раз Елена проснулась уже в другой палате. Чистой и пахнущей отнюдь не кровью, а свежими цветами и духами Людмилы. Аппарат, к которому она была подключена, возмущенно пискнул и женщина точно знала — сигнал ушёл к целителям и скоро в её палате появятся те, кто начнёт задавать вопросы.

И она ответит на каждый из них, выложит всё, что видела и знала. Как и свои предположения о предательстве. Кто бы ни был тот незнакомец, но он не просто спас ей жизнь, а сделал нечто большее. Дал возможность Корпусу узнать, что война с Хаосом вышла на новый уровень, а его служители среди людей отнюдь не были истреблены до конца.

Но помимо всего этого, Елена дала себе слово сделать две вещи. Когда она доложит начальству и поправится, то найдёт того юношу и отблагодарит его. А ещё, младшая дочь князя Разумовского пообещала себе, что никому и ни при каких обстоятельствах она не расскажет о том синем пламени, которое она видела в глазах своего спасителя. Пламени, которое, по легендам, могло возродиться только в потомках богов и героев.

— Нужно будет только узнать его имя…

* * *

Цитадель.

Дом группы Спицина.

«Премного благодарны вам за помощь, ваше сиятельство, а теперь можете отдохнуть! Любое ваше распоряжение и желание исполнится!»

Хотел бы я такое услышать, но реальность бессердечная стерва, так что после исцеления Елены мне пришлось, грубо говоря, сразу же выходить с корабля на бал.

Одно хорошо, вся суета в лазарете обошла меня стороной. Фархатова в спешке успела поблагодарить и занялась своей подругой, другие целители развили бурную деятельность в уборке последствий ритуала, а присланные бойцы в униформе Корпуса отконвоировали меня в уютный двухэтажный домик на главной площади Цитадели.

И вот я здесь, утопаю в удобном кресле, держу в руках кружку горячего травяного отвара и хмурюсь. Как от общего своего состояния, та же мигрень меня до сих пор не отпустила, как и слабость, так ещё и узнаю свои перспективы от сидящего передо мной человека.

— … в связи с этим, Константин Викторович, приказ о вашей аттестации, как Мага Крови, уже ушёл наверх. Пока что только в штаб Корпуса, но канцелярия Его Величества императора уже в курсе.

Сидящий передо мной человек сложил пальцы в замок, поставил локти на стол и пытливо всмотрелся мне в глаза. На лице его всё такая