Княгиня пепла. Хранительница проклятых знаний - Юстина Южная

ужасное. И за какую-то долю секунды мозг просчитывает все последствия: мою возможную смерть, ее позор, казнь… а может, и скрытое милосердие в ней включается. И вот она уже пытается остановить содеянное. Даже зовет на помощь…

Что произошло с ней потом? Разглядела ли она в себе чудовище? Смогла ли оправдать себя? Или для нее с этого момента начнется история расплаты, сначала внутренней, а затем, вероятно, и внешней? Ох, ладно, увидим… В любом случае, то, что я понимала Лидию, никак не отменяло ее вины. Она слишком распустила свой разум.

Впрочем, отложим… Вот уж о ком, о ком, а о Лидии хотелось думать в последнюю очередь. Я жива — слава Богу и спасибо людям. А проблему с этой чокнутой бабой решим позднее. Не до нее сейчас, тут в себя бы прийти для начала.

Дверь снова отворилась, впуская Дану.

Следующие несколько минут женщины обтирали меня холодной водой, пытаясь охладить мое пылающее тело. Я хотела сделать это сама, однако смогла добраться лишь до рук и груди, потом меня вновь одолела слабость.

После процедур женщины впустили в комнату друида, одного из тех жрецов, с которыми я познакомилась в процессе очищения озера. Он внимательно расспросил и осмотрел меня, окурил травами все помещение, спел пару своих мантр и, как и рассчитывала Мойна, пообещал приготовить всякие укрепляющие настои. Уже стоя на пороге, друид вдруг оглянулся и, заметно поколебавшись, все же вернулся к моей кровати.

— Леди-княгиня, холод очень глубоко проник в ваше тело. Вам надо остерегаться грудной болезни, — произнес он негромко. — Я… я, к несчастью, вижу первые ее признаки. Простите. Завтра я попрошу, чтобы вас осмотрел брат Аодхэн. Все может быть очень серьезно. Не хочу вас пугать, но, прошу, следите за малейшими изменениями в вашем теле. — Он повернулся к вдовствующей княгине и служанке. — С этого момента не оставляйте леди-княгиню без присмотра на длительное время. Давайте выйдем, я расскажу вам, как следует ухаживать за болящей…

Не успела я ему ответить, как Мойна и друид скрылись за дверью, а я осталась наедине с побледневшей Даной.

Грудная болезнь? Он что, говорил о воспалении легких?

Внутри резко стало еще жарче.

Воспаление легких здесь, в этом месте, в этих условиях… да это же практически мой приговор.

Глава 31. Болезнь

Накативший внезапно приступ паники из-за мыслей о возможной смерти пришлось снимать глубоким дыханием и уговариванием себя, что пока все в порядке и никто еще не помер. Продышавшись и прокашлявшись, я наконец успокоилась.

Так, всё, вот теперь можно включить голову и придумать план лечения.

Для начала моя болезнь вполне могла оказаться не пневмонией, а каким-нибудь ОРЗ или ОРВИ. Тогда опасности особой нет, я прекрасно справлюсь местными травами и общеукрепляющими настоями. Если это вирус, то главное — не мешать организму, а помогать ему всеми доступными средствами. Небольшую температуру так и вовсе сбивать не нужно, она — знак того, что иммунитет работает и скоро преодолеет болезнь.

В этом случае я буду пить липовый чай, отвар шиповника и морс из брусники и клюквы — это поможет пропотеть, даст телу полезные вещества и витамины и снизит нагрузку на почки. Горло можно полоскать ромашкой, календулой, корой дуба, шалфеем — эти травы и обеззаразят, и смягчат. Если начнется кашель с мокротой, надо будет попросить у друидов какие-нибудь природные муколитики вроде тимьяна и мать-и-мачехи. Заодно и противовоспалительный эффект получим. В общем, не пропаду.

А вот если все-таки начнется пневмония… да, это и впрямь смертельно опасно. Причем вирусная или бактериальная — без разницы. Организм станет сжигать сам себя, борясь с инфекцией. Меня ждет обезвоживание, интоксикация, дыхательная недостаточность... Здесь понадобится тяжелая артиллерия.

По-хорошему, нужны антибиотики. В бункере их нет — все лекарства давным-давно израсходованы теми, кто вышел на поверхность в первых рядах. Вопрос: смогу ли я создать их здесь сама?

Дождавшись, когда служанка выйдет из комнаты по делам, я добралась до каминной полки и взяла оттуда браслет с инфокристаллами, который с меня заботливо сняли, прежде чем уложить в кровать. Преодолевая слабость, открыла «меню». Ну-с, посмотрим, что нам может предложить наука.

Спустя полчаса стало ясно, что наука может предложить многое. Но только в условиях технического прогресса и стерильных лабораторий. Все мои наивные представления о том, что я смогу быстренько создать пенициллин из зеленой плесени, выращенной на каком-нибудь продукте, разбились о суровую действительность, бесстрастно показанную кристаллом.

Во-первых, требовался конкретный плесневый штамм, так как большинство обычных видов плесени были попросту бесполезными, а многие — и ядовитыми. Во-вторых, выделить, собственно, пенициллин, а затем очистить его от примесей, которые тоже вполне могут отравить человека, возможно лишь в стерильных условиях и с применением специальных питательных сред. При этом контролировать надо все: от кислотно-щелочного баланса среды до ее температуры. Без этого получится не лекарство, а токсичная смесь бактерий и грибков, которая только и сделает, что вызовет отравление и последующее заражение крови.

Ну и, в третьих, даже если мне каким-то чудом удастся получить слабый пенициллиновый раствор, его будет слишком мало, чтобы обеспечить постоянный прием, да и рассчитать дозу не так легко, не говоря уже о сохранении лекарства. Пенициллин — соединение нестабильное, он быстро разрушается при неправильном хранении и даже сам по себе — под действием продуктов жизнедеятельности плесени.

Да, в бункере была своя лаборатория, и в теории я могла бы ей воспользоваться. Вот только как?! Времени на это понадобится уйма, я просто могу не дожить до положительного результата. Кроме того, я и сейчас уже еле ползаю, а если болезнь начнет развиваться, так я и головы от подушки не подниму, не то что медицинские подвиги совершать.

Короче говоря, о создании пенициллина в моем случае можно было забыть. Потом, когда-нибудь, когда я буду не больна и у меня найдется хотя бы полгодика на исследования…

Нет, конечно, в крайнем случае можно просто наудачу вырастить плесень, соскрести ее и проглотить. Этакая русская рулетка: антибиотик или смертельное отравление — в соотношении примерно один к девяносто девяти. И даже если сработает, надолго этого «антибиотика» не хватит.

В общем, в случае худшего развития событий вариант оставался только один: использовать медкапсулу. Искусственный интеллект предупреждал меня, что система бункера работает на пределе и вскоре может выйти из строя, но все-таки пока еще есть все шансы, что капсула меня спасет.

Будем иметь это в виду. А пока попробуем обойтись местными средствами…

И