Лыжня Антикайнена. Снова в СССР - Алексей Почтарёв

Белофиннам этого было мало, и они решили присоединить территорию Карелии к своей стране, чтобы создать Великую Финляндию от Онежского озера до Белого моря. 23 апреля 1919 года финские войска перешли границу и началась война. Красная армия в это время вела жестокие сражения с белогвардейцами на юге нашей страны, в Карелии практически никаких войск не было. 29 апреля белофинны захватили село Пряжа, которое находится всего в 50 километрах от Петрозаводска. Все это происходило в то время, когда с севера на Карелию наступали английские, американские и французские интервенты. В боях на Сулажгорских высотах Петрозаводск тогда удалось отстоять. В общей сложности война с белофиннами в Карелии продолжалась до 1921 года.

В январе 1920 года отряд курсантов Петроградской интернациональной военной школы в количестве 170 человек под командованием Тойво Антийканена прошел по глухим лесам Карелии около 900 километров и разгромил штаб финской армии в деревне Кимасозеро, а потом и другие опорные пункты врага.

— Вот этот поход мы и хотим повторить, — закончил свой рассказ отец, — будем заходить по пути в деревни, выступать в клубах с концертами, с рассказами о подвиге советских бойцов в защите нашей родины. Поход признан важным политическим событием. Нас поддержал петрозаводский горком комсомола. Сегодня на завод приходил корреспондент газеты «Комсомолец», напишет о нашей инициативе статью.

— Желающие то найдутся в поход идти, — спросила скептически настроенная мама, — все-таки зимой, в январе, самое морозное время. Почему, например, не в марте?

Март в Карелии самый солнечный месяц. Некоторые люди даже умудряются загорать на закрытых от ветра лесных полянах.

— Желающих полно, будем еще выбирать, кого возьмем, — сказал папа, — считай дополнительный отпуск. Зимние палатки у нас есть. Горком комсомола обещает достать теплые спальники на лебяжьем пуху. Заводской профком поможет с продуктами: какао, кофе, сгущенка, сыр, тушенка, сырокопченая колбаса и так далее. Печки для обогрева палаток уже делают в инструментальном цехе завода. Так что не замерзнем.

— Ладно, если отпуск летом не отменяется, то я не против, — сказала мама.

* * *

В классе уже все дети читают и пишут, умеют выполнять простейшие арифметические действия. Есть отстающие, с такими дополнительно занимаются лучшие ученики, а не учительница или репетитор, как принято в будущем. Октябрята обязаны помогать своим товарищам в учебе — здесь это закон. Я, например, занимаюсь после уроков с Васей Петровым. Мальчик он очень шустрый, но во время урока невнимательный, все время о чем-то мечтает, глядя в окно на облака. Отказаться от сомнительной роли репетитора для одноклассника невозможно.

— Раз ты хорошо учишься, ты обязан помогать своим товарищам в учебе, — сказала Валентина Тойвовна на мои возражения.

В Советском Союзе учеба в школе не право, а обязанность. Советскому государству нужны образованные рабочие, технологи, инженеры, ученые. Поэтому если ученик почему-то плохо учится, виноват не учитель, а ученик. За двойки учитель может вызвать в школу родителей школьника и потребовать, чтобы они приняли меры. Ходят на такие разборки, как правило, мамы нерадивых учеников, а дома совместно с отцом делают своему чаду хорошую выволочку. Иногда выволочка помогает, и ребенок начинает учиться лучше. Учитель для учеников и их родителей непререкаемый авторитет.

В XXI веке все не так. Там учеба в школе не обязанность, а право ребенка. Соответственно виноват в плохой учебе не лентяй школьник, а учитель, который не может научить ребенка. Недовольные родители предъявляют претензии не к своему ребенку, а к учителю, который видится им кем-то вроде слуги, не справляющегося со своими обязанностями, а плохого слугу, если что, можно уволить с работы, а то и кулаками поучить, чтоб знал свое место.

* * *

В понедельник учительница задержала наш класс после уроков и пригласила в кабинет двух девочек. Обе явно старше моих одноклассников.

— Я просто в шоке, до сих пор не могу поверить в случившееся, — сказала Валентина Тойвовна, — мне стыдно за одного из моих учеников.

Мы все замерли от таких слов учительницы. У меня в голове сразу замелькали кадры из будущего: школьники и школьницы избивают, калечат и убивают своих одноклассников, — еще и снимают все это на видео, чтобы выложить в сеть.

— Лиза Ежикова и Маша Пермякова, ученицы третьего «А» класса сейчас расскажут вам, что произошло в минувший выходной в одном из троллейбусов, — сказала учительница и села на свое место за учительским столом.

Девочки стали рассказывать, иногда перебивая друг друга. Очень волновались. Видно впервые так выступали перед незнакомым классом.

— Мы ехали в троллейбусе номер один, стояли на задней площадке, — начала свой рассказ девочка с голубыми глазами, кажется ее представили, как Лизу.

— А впереди, возле средней двери, где не два сиденья, а одно, сидел вот этот мальчик, — перебила Лизу ее подруга Маша. У этой девочки, как я заметил, глаза были карие.

Маша показала пальцем на Васю Петрова.

— А чего это я?! — возмутился тот, но учительница сказала:

— Петров, встань, чтобы все тебя видели.

Вася нехотя поднялся со своего места и встал рядом с партой.

— На следующей остановке в троллейбус вошла старенькая бабушка с палочкой и встала, держась за поручень возле этого мальчика, — продолжала свой рассказ Лиза.

— А он отвернулся лицом к окну и сделал вид, что ее не замечает, — возмущенно перебила свою подругу Маша.

— Мы подошли к нему и сказали, что нужно уступить место бабушке, — сказала Лиза.

— А он нас не послушал, — возмущенно сказала Маша, — и не захотел вставать со своего места.

— Хорошо, что неподалеку стоял мужчина, — сказала Лиза, — он подошел и отвесил леща этому мальчику.

— Тогда он только встал и уступил место бабушке, — закончила рассказ Маша.

«Удивительно, — думал я, — у нас в будущем, этот мужик уже бы сидел в СИЗО, а тут такое рукоприкладство воспринимается как само собой разумеющееся». Даже учительница на действия мужчины не обратила внимание. Ну да, за подзатыльник тут никого в тюрьму не сажают — так, воспитательный момент.

А потом началось, как я понял, заранее подготовленное действо. Дети поднимали руку, все как один командиры звездочек, а это в нашем классе исключительно девочки и говорили, как им стыдно, что они учатся в одном классе с таким мальчиком, как Вася Петров.

На Петрова было больно смотреть, он покраснел и согнулся под градом обвинений. Одно дело, когда тебя ругает учительница, ей по должности положено, другое, когда обвиняют одноклассники (в данном случае одноклассницы).

Учитель в советской школе не просто учитель, но еще и воспитатель, особенно учитель младших классов. И именно в школе большинство детей узнают, как нужно