FATALITY. Наследники - Владимир Ахматов

Она и впрямь, замечтавшись, пропустила момент. Интуиция запоздала. Мара только оборачивалась к врагу, когда в челюсть прилетел неслабый хук. Зубы клацнули, в глазах потемнело — упала на землю, прямо на копчик. Когда, встряхнув головой, пришла в себя, Шестого рядом уже не было.

— Один-ноль в мою пользу! — противный голос откуда-то сверху. — Но раунд только начался! Поднимай свою задницу, поиграем!

Шестой парил над полем. Странно, конечно, но Мара не особенно любила летать. Великий Вольт, конечно, готовил их к сражению в небе, да только все это махания крыльями, пикирование, набор высоты отнимало так много сил, что она отлынивала от тренировок. Десять минут на крыле изматывало похлеще кросса на десять километров. В общем, Мара летала редко — для души. Что ж, вот и настал момент жалеть о невыученных уроках.

Мара встала, картинно покачнулась, будто закружилась голова, присела поправить несуществующие шнурки. Так могло показаться со стороны, на самом деле же, она успела прикинуть расстояние, незаметно вынуть из подвязок два коротких меча и размять затёкшие мышцы. В следующее миг Мара, как взведённая пружина, взмыла в небо, сильно оттолкнулась крыльями от воздуха, выкинув руки со смертоносными мерцающими жалами вперёд, но пронзила пустоту.

«Вот сраный сученок!»

— Неплохо, для начинающего, но не мой уровень… — ядовито крикнул Шестой, зависнув в десяти метрах справа. — Кстати, ты помнишь Зорга? — в пухлых руках толстого пацана чернел шестиствольный пулемёт. Он провёл коротким пальцем-сарделькой, по царапине, на одном из стволов.

Марина, конечно, помнила бульдога — одного из херувимов Шестого. Была бы она человеком, от его зубов на плече остались бы шламы.

— Один раз я уже отделала твою псину, могу повторить!

Ей показалось, что пулемёт тихо зарычал.

— Выходит, помнишь! — жирное тело мальчика колебалось, как холодец. — Это его смертоносная форма! Прощайся с жизнью! Зо-о-о-орг!!! — Шесть чёрных стволов начали вращаться, извергая вместо пуль сотни плазменных сгустков. Да так быстро!

Но Мара не боялась — небесная защита хоть и недолго, но продержится. Сгустки плазмы, как плевки останавливались в полуметре от неё, затем с шипением сползая по стенкам голубого кокона, который пронзительно звенел. Паша и Маша порхали рядом, заняв любимые места — за правым и левым плечом.

— Дорогуша, ему известны все наши уловки… — констатировала факт Маша.

— Он сильнее нас… — равнодушно заметил Паша.

— Попробуем «Первичное слияние»? — хитро предложила Мара.

— Хм, должно сработать! — подмигнул крылатый Горностай.

— Но нам нужно несколько минут, чтобы собрать достаточно энергии, а Паша не сможет поддерживать защиту — ты останешься с врагом один на один… Выдержишь? — уточнила Маша.

— Выдержу, только давайте побыстрее… — Марина взмыла ввысь, уходя от шквального огня.

Кокон пал — плевки плазмы засвистели мимо. Она летела рывками и загзагами дальше от врага, надеясь, что расстояние рассеет огонь. Глянула вниз. Дела у Глеба не очень. Крысы успели обратить в Перевёртышей всех футболистов, но хотя бы держались вдали от Погребнюка. Шестеро крысенышей лишились браслетов один за другим, мальчишки падали и засыпали на траве. Но оставшиеся пятнадцать, взяли Глеба в кольцо. Тот же, неожиданно прытко юлил, уворачивался, стрелял — чаще по земле, оставляя на зеленом поле рытвины. Перевёртыши старались спрятать браслеты, а Глеб старался не травмировать невинных мальчишек. Его фокус сработал. Неуклюжие враги, попадая в воронки выстрелов, падали навзничь, так что сжечь их браслеты оставалось делом техники.

«Какой он у меня Молодец! Здорово придумал!» — успела подумать Мара, успела удивиться тому, как о нем подумала, успела смутиться, успела уклониться от сотни плазмо-пуль. Ещё бы херувимы успели, пока силы не кончились. Она сильно вывернула крыло, исполняя кульбит на уклонение, крыло отозвалось болью, зато резко сменила направление, уходя ввысь под неправильным углом. Шестой, внизу блажил, матерился, шипел. Внезапно огонь прекратился. Марина глянула через плечо, на нее стремительно летел огромный сгусток зелёной плазмы. Она рухнула в пике, сгусток прошёл поверху, да только вдруг, по-прежнему слишком близко, взорвался россыпью брызг.

Плечо, крыло, нога, щека — вся правая часть тела отозвалась всплеском боли. Мара почти потеряла сознание, но запах горелых волос, перьев и плоти отрезвил.

Она разозлилась:

— Ты достал меня, засранец! — взмахнула, полетела прямо на него.

— Два-ноль! Детка, лети, лети ко мне! — второй подбородок пунцовой кровавой колбасой содрогался под пунцовой мордой Шестого. — Налеталась? Сейчас я тебя прикончу!

— Ты не видел меня в гневе… — себе или врагу шепнула Мара.

— Всё готово… — сообщили херувимы.

«Как вовремя!»

Она дважды с силой взмахнула крыльями, набрала скорость, ловко лавируя между плевков плазмы. Заложило уши. Только свист. Только ветер в лицо. Закричала, несуразное: «Эй-е-е!» — просто, для устрашения и послала в Шестого оба лазерных меча, без надежды попасть — отвлечь. Крылья больно распахнулись, резко остановив её в воздухе. Было сказано кодовое слово. Механизм сложного заклинания, сработал сразу. Как хорошо, что они придумали его две недели назад.

«Первичное слияние».

Мир будто лишился красок. На неописуемо малое мгновение всё вокруг потемнело. Сила погасила само солнце. Херувимы, мерцающие от переполняющей их энергии, стали двумя яркими шарами — огненно-красный и иссиня-белый. Шары, связанные невидимой нитью, закрутились вихрем внутри себя и вокруг друг друга. Молниеносная скорость и адская мощь. Их не мог различить даже глаз эллина. Двойная пуля сорвалась из-за плеча. Раз и нет её. Только черта в воздухе ведет к Шестому…

Он, конечно, пытался уйти от атаки, да толку. От «Первичного слияния» не уйдешь — скорость космическая. Даже звук запоздал — засвистело, когда внизу уже случился бесподобный, титанический, ни на что не похожий выброс — взрыв. Ударная волна подхватила её, как пушинку. Мотнуло туда-сюда. Она сама не поняла, как оказалась на земле. Когда всё кончилось: вернулось зрение после вспышки, вернулся слух после грохота, вернулась боль от ожогов, вернулись херувимы — Марина осталась способна только оторопело моргать.

— Чёрт, что это было?

— Мы тоже не совсем поняли, — поучительно начала Маша. — Но ясно одно — мощь «Первичного слияния» сильно выросла. Возможная причина — неизвестная духовная комбинация…

— Проще говоря, — перебил Паша, забравшийся на голову хозяйки — нам не стоит больше сражаться с Шестым, иначе последствия могут оказаться фатальными не только для нас, но и для людей. Съешь это! — горностай протянул зелёную пилюлю.

— Паша-а-а, ну ты же знаешь, как я это не люблю, — застонала