Три старушки под окном - Елена Анатольевна Казанцева

- Идите отсель! – вновь заорал сторож. – Прибью!

- Девочки, пошлите, - Тимофей сделал шаг в сторону. – Мы тут ничего не добьемся.

Он пошёл на выход, подруги посеменили за ним.

- У меня есть план, - тихо сказал он.

План Тимофея оказался прост. Он предложил идти вдоль забора и выискивать старый участок кладбища, а потом просто перелезть через забор.

Долго искать не пришлось. Старый погост выделялся на фоне нового. Тут и кресты покосились, могилы заросли бурьяном. Памятники были красивы и выделялись своей необычной формой. На этом погосте лежали представители древних фамилий, и прабабка Ржевского.

- Давай через забор, - Фроловно, заглянула внутрь. Между досочками были зазоры.

- Ты высоту забора видела? – возмутилась Марковна.

- Я в высоту прыгала, когда Сталинские нормативы сдавала, - Фроловно поплевала на руки и подпрыгнула, ловко ухватившись за верхнюю часть доски.

Одно не учла, доски были уже старые, забор давно подгнил, и когда она повисла на заборе, тот просто сломался. Что-то треснуло. И в этот же миг Фроловна оказалась на земле, а сверху на неё лежало часть забора.

- Ты не ушиблась? – к ней подскочила Тимофеевна.

- Сними это с меня, - простонала Фроловна. Девчонки начали разбирать доски и раскидывать их по сторонам.

Они так были заняты этим делом, что не сразу обратили внимание на смех. А когда обернулись, то удивленно уставились на Тимофея. Тот стоял на территории кладбища и ржал.

- Че ты ржешь? – обиженно сказала Фроловна, поднимаясь с земли.

- Вы зачем на забор прыгали? – сквозь смех, спросил Тимофей.

- А как туда попасть? – и Фроловна ткнула в сторону кладбища пальцем, удивленно тараща глаза.

- Рядом была калитка, - вновь сквозь смех ответил Тимофей и указал на дверцу, что вела на погост. Подруги несколько метров не дошли до неё. И не обратили внимание на Тимофея, который шел впереди них.

- Ну, мог бы и позвать, - обиженно ответила Фроловна, смахивая мусор с одежды.

- Пошли, - Марковна шагнула в сторону калитки.

- Зачем, мы и тут дыру сделали, - и Фроловна шагнула в образовавшуюся щель. Но что-то пошло не так. Гвоздь, что удерживал старые доски, остался на месте, и одежда Фроловны за него зацепилась.

- Ой! Ой! – задергалась Фроловна.

- Машка, тудыть, растудыть налево, - заорала на неё Марковна. – Тебе говорят, иди через калитку, зачем через забор лезть…

И тут Марковна застыла. Им навстречу двигалось что-то белое. Что-то такое, от чего мороз по коже, и язык немеет.

Глава 29

- Ты это видела? – с ужасом в голосе проговорила Марковна, тыча пальчиком в сторону удаляющегося приведения.

- Так это кладбище, - пожимает плечами Фроловна.

- А ты мне все талдычишь: «Вурдалаков нет, вурдалаков нет», если приведения есть, то и вурдалаки есть.

- Ты одного уже видела, сторожем кладбищенским назвался, - фыркнула Фроловна. – Чего с ним не осталась, он же черненькую хотел. Ты ба парик сняла, а там лысая голова, вы с ним просто созданы друг для друга.

Фроловна заржала громко и неуместно. От её смеха даже мурашки у двух подруг под кожей побежали. Тимофеевна стукнула Фроловну кулаком в плечо.

- Хватит ржать! Уймись уже.

- А я чё? Я ни чё, - Фроловна пожала плечами. – Ну, куда дальше пойдем?

Они обернулись и посмотрели в ту сторону, куда ушёл Тимофей. Вот только тут стоял, сделал пару шагов в сторону и исчез.

- А Тим где? – Арина Тимофеевна зябко поежилась.

С наступлением ночи повеяло прохладой, а средь могилок начал собираться туман.

- Пошли ка поищем Тимофея, - поёжилась о сырости Фроловна.

Но идти им никуда не пришлось. Тим вынырнул из кустов.

- Нам надо искать могилу в той стороне, если судить по датам захоронения, - он говорил так спокойно, словно находился не на кладбище в полночь, и только что не приведение проплыло в темноте ночи.

- С чего ты решил, что нам туда? – боязливо спросила Марковна, рассматривая внимательно Тимофея, а вдруг его уже покусал вурдалак.

- Там наиболее старые могилы, датируются началом прошлого века.

- Но мы точно не знаем дату её смерти, - пожала плечами Марковна.

- Ну, надо же с чего-то начинать, - пожал плечами Тимофей.

Подруги поежились, глянув на кусты. Но отступать они не могли. И, выстроившись в ряд, они засеменили в сторону захоронений сквозь кусты и заросли травы.

Старая часть кладбища не убиралась. Родственников у тех, кто тут похоронен, практически не осталось. За могилами никто не ухаживал, и они поросли кустарником, мхом и травой. На гранитных плитах надписи закрывал мох. Подругам приходилось скоблить ногтями по плитам, отрывая его. Они шли по темноте, спотыкаясь о каменные плиты и корни деревьев, пытаясь в темноте найти нужную могилу.

- Ой, кааааатца мне, что это бесперспективное дело, - пошутила Фроловна.

- А мне вот уже не «каааатца», - зло пришипела Марковна.

- Да ладно вам, девочки, таких приключений у нас никогда по жизни не было, - попыталась всех примирить Тимофеевна.

- Чья бы корова мычала, - огрызнулась Фроловна. – Кто орал громче всех про яйца.

- Какие яйца? – оглянулась на Фроловну Тимофеевна, та в этот момент пыталась прочитать надпись на чьей-то могиле.

- Кто громче всех орал: «Яйца дешевые», кто поскакал, как сайгак, на автобус…

- Тихо вы! – заорала вдруг Марковна. – Слушайте…

Подруги притихли. В тишине кто-то плакал.

- Страшно, - тихо сказала Тимофеевна.

- Плачет кто-то? – спросила Марковна.

Подруги с Тимофеем осторожно пошли вперед. На могиле с черным камнем сидело приведение. Оно рыдало, или подругам так казалось. Но когда женщины приблизились, вдруг взвилось в воздух, как воздушный шарик и издало такой душераздирающий крик, что кровь полилась из ушей.

- Верните мне его!

Подруги побелели и осели в траву.

- Отдайте! – визжало приведение.

Они с диким ревом пронеслось между могил и пропало.

- Ма-ма-марковна, посмотри, я не обосралась? – заикаясь, спросила Фроловна.

- У меня волосы встали дыбом, - прошептала Марковна.

- У тебя нет волос, мы вчера все сбрили, - Тимофеевна сидела, уставившись в одну точку.

- Так парик дыбом встал от испуга, - Марковна повернула