Мир Теней. Книга вторая. Властители Лимба - Денис Игоревич Камков

ГЛАВА 26. Лимб. Первая треть нашего пути в глубину.

Новые дни подарили нам подступающую скуку от однообразия нашего пути и постепенно снижающуюся температуру лимба, замеры которой ежедневно проводил Росс. По его мнению, мы были лишь в первой трети нашего полета, а прошедшая неделя, прошла в самой теплой атмосфере, если так можно было выразиться. Несколько раз, или мне так только казалось, я замечал неясные тени, мелькавшие на периферии моего сенсорного восприятия, но стоило мне лишь немного расширить свой диапазон, как они тут же пропадали, словно их никогда и не было.

Я прекрасно помнил все те шутки, в которые играет с незадачливыми путешественниками пространство лимба, а потому давно уже не поддавался на иллюзорные завихрения его молочно-белого тумана, то вдруг сгущающегося, то принимающего самые причудливые формы. В них, в меру собственной фантазии, можно было увидеть всё, что только сможешь себе представить, а потому реагировать на эти, тут же размывающиеся под более пристальным взглядом формы, я давно перестал. Но сейчас я ощущал сенсорное, то есть зафиксированное приборами, что нам заменяют органы чувств в астрале или лимбе, то есть измеренные изменения параметров среды, а потому я тут же передал свои опасения Россу, имеющему гораздо более высокоточные и тонко откалиброванные датчики.

– Нас уже несколько дней, как сопровождают, – подтвердил он то, что я только что заметил. – Помнишь историю про того незадачливого путешественника, что едва не поплатился собственной жизнью, в последний момент развернувшегося, и едва успевшего вернуться в астрал, прежде чем его не осушили досуха?

– Угу, – подтвердил я, поскольку после того как получил физическое тело, уже не так досконально опирался на некогда идеальную точность своих воспоминаний.

– Так вот, если бы не выверенная до идеала наша динамическая защита, они бы уже давно попытались заполучить энергию наших сущностей. А так им попросту никак не присосаться к нам, ввиду полного отсутствия нами стороннего излучения.

– Кого именно ты засек, Росс?

– Тряпки, – бросил он презрительно. – Первого и второго уровня.

Я покачал головой, благо даже в форме акульего тела это представлялось вполне возможным, после чего попытался более тщательно просканировать пространство рядом с нами, чтобы не докучать Россу глупыми вопросами, типа:

«Сколько их, и где именно сейчас находится каждая из тварей».

– Не трать энергию, друг мой. Их пока трое, но четвертая и самая крупная, периодически, то появляется, то снова отходит в сторону, где даже я теряю ее след.

– Что будем делать? – Спросил я настороженно.

– Давайте, я их попробую сбить, только кому-то нужно будет дать мне точные азимуты всех целей. – Оживился Вирдан.

– Азимут в сферических координатах, при неравномерно движущихся относительно друг друга, как самих целей, так и стрелка, та еще задачка. – Обозначил я трудности с предстоящей наводкой.

– Не дрейфь, салага, я еще и не в таких условиях успешно поражал своих врагов. – Не согласился с озвученными трудностями Вирдан.

– Но не вслепую же. – Заметил я резонно.

– Не стоит сразу превращать нас в заведомых врагов, у нас же не карательная миссия, а научно-исследовательская, – вставил в наши препирательства свою ремарку Росс.

– Ага, конечно же, исследовательская, причем сугубо для рекогносцировки, а потом уже сразу карательная. – Заржал Вирдан, не признающий полумер.

Я снова покачал головой, представляя себе то, что о нас сейчас могут подумать тряпки, если, конечно, они умеют думать, в нашем понимании этого термина, и к тому же имеют в наличии настроенные на нашу ментальную частоту сенсоры восприятия меслеречи, в принципе. Я даже упустил тот момент, когда Росс убедил Вирдана в несвоевременности эскалации конфликта, после чего мы втроем снова впали в привычное уже нам всем, единоличное размышление о своих собственных проблемах и мыслях.

– Обнаружен третий уровень тряпок, – мыслеречь Росса вклинилась в поток моих личных мысленных образов, отвлекая и тут же настораживая. – Внимание, передаю образ.

Пакет информации раскрылся внутри меня, и я увидел амебообразную форму, которая постоянно меняла свои очертания, плавно перетекая из одной фигуры в другую. Она безостановочно менялась, превращаясь то в кривобокий шар, то в неправильный овал, а иногда размывалась и вовсе в неопределенные, рваные фигуры. Ее структура была сродни рядовым тряпкам, но в отличие от них, эта тварь существовала уже не в двух, а в трех измерениях, приобретя не только конечную площадь, но и объем. Так же как и более низкие по своей внутренней организации твари, она состояла из уплотнившегося лимба. Словно в этой, вполне конкретной форме, вечно голодный туман сконцентрировался, уплотнился, превращаясь во что-то кисейное, то есть пусть совсем немного, но все же чуть более плотное, чем обычные, молочно-белые разводы, уже привычного для нас, пространства лимба.

– Есть попытки агрессии от него? – Тут же поинтересовался Вирдан, очевидно тоже получивший от нашего ученого такой же информационный пакет.

– Пока нет! – Росс отвечал коротко и отрывисто, очевидно занятый не только отслеживанием траекторий нового вида объекта, но и всевозможным анализом его структуры и возможностей.

Шел восьмой день нашего пути. Мы неслись уже со скоростью, на порядок превышающей нашу обычную, крейсерскую скорость, принятую нами как базовую, для перелета между мирами. Даже на одно только торможение, ушли бы расстояния, сравнимые с разлетом между собой миров на Ветви. А если бы мы решили вдруг резко остановиться, то инерция, которая даже при отсутствии релятивистской массы, в привычном понимании, тут же расплющила бы наши энерго сущности во что-то гораздо более тонкое, чем даже диаметр самой элементарной частицы, типа фотона.

Именно поэтому не о каком боевом столкновении речи сейчас идти не могло, ибо возможности маневров были крайне сильно ограничены. И хотя в относительной системе, составленной из нас троих и четырех тварей лимба, наши взаимосвязанные движения, относительно друг друга, казались ничтожными, по сравнению с абсолютной скоростью каждого из нас, маневрировать было абсолютно невозможно, из-за той же самой инерции, которую мы даже не ощущали, пока не пытались даже в таком малом количестве менять либо скорость, либо направление своего движения.

Видимо всё это касалось и тварей лимба, которые тоже не предпринимали никаких агрессивных шагов по отношению к нам, хотя вполне возможно, они, в отличие от нашего воинствующего друга, и не замышляли ничего подобного, оставаясь для нашей группы, лишь наблюдателями. К сожалению, мы не могли знать об их намерениях заранее, поскольку подобных нашей, иной экспедиции из других прецедентов, не существовало еще в принципе.

Все это пронеслось в моей голове, подобно курьерскому поезду. И хотя я и отдавал себе отчет в том,