На острие проклятия - Виктория Хорошилова

Глебушка-хлебушка.

Глава 11.

Глава 11.

Глеб, делая мелкий глоток пива, ментально отвечает:

«Вот тот красноволосый щеголь. Да, тот, что на нас пялится.»

— Нужно было платье одеть покороче, — сказала вслух грустно. — Не стоило тебя слушать,

котик. А то так во мне никто девочку не видит.

Тони поперхнулся, а нужный объект обратил на нас внимание.

— Ну просто куда это годится? Этот костюм пацанячий прячет все мои прелести и достоинства.

Бедный Тони смотрит на меня, как кот, которому на хвост наступили. Специально расстегнула

кофту и указала ему на свою фигуру.

— Ну и зачем мне это прятать?

Тони, что-то ворча, стал застегивать обратно.

— На то, что под кофтой, буду смотреть только я! — сказал он сердито.

— Оу, а ты, оказывается, собственник! — сказала, чуть дебильно улыбаясь. — Мальчики, мне

скучно! — протянула им капризно.

Стрельнула глазками на Тони и пошла к крашеному щеголю. А нечего стоять так откровенно

пялиться на меня.

— Нравлюсь? — спросила, подходя и обнимая его за талию, будто пытаюсь обнять.

А сама быстро оплетаю его магией. В первую очередь к чертям сжигаю его защитные артефакты.

Он от этого начал шипеть, но сделать ничего не успевает. Я вжимаю его в себя и оплетаю еще

сильнее, вплетая заклинания, которые сделают ему больно, если он попытается мне навредить

каким-либо образом. Лишкорт как-то научил с оговоркой: когда нужно расколоть разных

ублюдков.

— Пошли пошалим, мои мальчики хотят понаблюдать.

Он попытался меня послать и отказать, но понял, что это причиняет ему боль.

— Не стоит меня расстраивать своим отказом, — сказала елейным голоском. — Мальчики, пошли

развлекаться.

Тони с Глебом мигом оказались рядом. Красноволосому ничего не остается, кроме как

подчиниться и отвести нас в свой кабинет. Следом зашли еще трое амбалов.

— Шеф, мы видели, как эта сучка воздействовала на вас. Только скажите — мы ее проучим.

— Ты же не хочешь меня расстраивать и сделать мне больно? — спросила капризно. — Ведь если

мне будет плохо, больно будет и тебе.

Он сам попытался меня ударить. Я жестом остановила Тони. А крашеный смог только руку

занести и засипел от боли. Зыркнул на своих парней. Те попытались на нас напасть, но их

наниматель завыл от боли.

— Я же предупредила, — сказала с идиотской улыбкой. — Будет больно мне — будет больно и

тебе. Ты меня расстраиваешь.

Крашеный заскулил.

— А когда я расстраиваюсь, тебе будет очень больно. Ты хочешь и дальше меня расстраивать?

— Нет, — он упал на колени. — Скажи, что ты хочешь! Я дам тебе все, что ты хочешь!

— О, чего же я хочу?! — постучала пальчиком по губам. — Я хочу, чтобы ты похвастался, чем

промышляешь и чем зарабатываешь. И еще хочу знать, что делают эти господа для тебя.

Трое амбалов дернулись в мою сторону. Тони молча спеленал их магией. А крашеный тихо завыл,

когда они решили на меня напасть.

— Надоели, - проворчал Тони.

— Спасибо, милый. Итак, слушаю. Порадуй меня рассказом, правдивым. Ведь ложь меня

расстроит.

Когда он начал говорить, хотелось воскликнуть что-то радостное. Но приходилось держать лицо

как минимум скучающим, чтобы оно не стало зверским с желанием его выпотрошить. Мало того что

они подростков подсадили на наркоту, так еще наглотавшихся невменяемых девчонок подкладывали

под мужиков. И тебе типа добровольно легли с ними. Удавить хотелось на месте. Перевела

взгляд на Тони. Он ментально сказал:

«Нужно вызывать парней, все ждут звонка.»

Только телефоны не работали. Крашеного скрутило от боли.

— Я расстроена, — сказала холодно. — Мне нужно позвонить, иначе я буду еще более

расстроенной. И тебе не понравится, что я с тобой сделаю.

— Я тебя убью, сука!

Рявкнул он, разрывая часть моих заклинаний. Я только демонстративно закатила глаза и

вырубила его с одного удара. Позвонили с его рабочего телефона.

— Клиент рассказал все при нас троих.

— А кто третий? — удивленный вопрос от шефа.

— Гражданский. Глебушка, тебе сколько лет сейчас?

— Девяносто.

— Совершеннолетний, — услышала от шефа. — Это хорошо. Вы где и кого взяли?

— Главаря и его троих подручных. Может, портал откроем?

— Потерпи, мы окружаем здание. Будет шумиха.

— Поосторожнее, в здании много подростков. А портал я хотела в камеру открыть и отдать

добычу. А потом пойти помахать кулаками. Нужно напряжение сбросить. Можно?

— Да. Мира! — рявкнул шеф. — Принимай посылки.

Отправив четверых бандитов в камеру, Глеба отправила к Мире под надзор. Парень сопел

недовольно.

— Мира, проследи за ним.

Она только кивнула. А мы пошли искать те комнаты, где притаскивают почти бессознательных

девчонок. Нашли. Оторвались немножко. Сильно бить рожи было нельзя, потому было только

максимально болезненное задержание. Порой укладывали связанных и без одежды. А девочек потом

собрали в одной комнате и помогли им одеться. На первом этаже уже был шум от наших коллег. К

нам поднялся Тим.

— Как они? — спросил медведь, показывая на девчонок.

— Обдолбанные, — сказала коротко. — Нужно их в больницу и лечить от зависимости. Голых и

связанных забрали?

— Ждем, пока оденутся. Братья присматривают за ними. Как вам удалось?

— Потом расскажу, — буркнул Тони.

— Нужно вернуться в участок. Мира там одна.

— О нет, — улыбнулся Тим. — Если кто сунется, их там ждут с распростертыми камерами и

когтями.

Когда закончилось задержание и бандитов отвезли в участок, а остальных, кто нуждался в

принудительном лечении, — в соответствующее заведение, мы с Тони вернулись в участок.

«Не смывай пока грим, — сказала ему ментально. — Пусть видят именно это лицо и

волосы.»

Он просто кивнул. Мы слили свои воспоминания в кристаллы и сразу занялись отчетами. Глеб,

как неприкаянный, сидел рядом со мной.

— Сестра на лечении? — спросила у парня, когда дописала отчет. Он молча кивнул. — Давно?

— Месяц, но сейчас уже на принудительном, так чтобы не сбежала.

— Сколько ей?

— Семьдесят пять, — буркнул он.

— От этой гадости реально избавиться и не быть зависимым?

— Да, просто долго и неприятно.

— Долго — это сколько?

— Минимум год лечения и год еще под наблюдением. Параллельно работа с этим, как его, забыл,

тем, кто мозг правит и в кучку собирает.

— Целитель души, —