Фантастика 2026-102 - Николай Петрович Марчук

плохо… совсем неплохо. При жизни я кем только не успела побывать. Всерьез поверить, что надолго останусь в столь непривычном состоянии, я не могла. И посему природное легкомыслие взяло верх. Что ж, дорогие мои, будем развлекаться!

Первым делом я решила испытать свои новые способности, проведав Вайдера, ну и свое тело, конечно. То, что они находятся рядом, у меня сомнений не вызывало. Как я это только что делала? Лишь начав представлять лицо желтоглазого демона, буквально через мгновение я уже любовалась им воочию. Хотя слово «любовалась», наверное, не совсем правильно передает мои чувства в тот момент. Бледное лицо, лихорадочный блеск в глазах и плотно сжатые губы выдавали решимость. Мое бездыханное тело возлежало на шикарной кровати – бледное и неожиданно красивое. А обилие книг, разложенных на всех горизонтальных поверхностях, весьма реалистично напоминало мне нашу с Амели подготовку к сессии. Тихий голос, плавно пропевший слова на неизвестном мне языке, подействовал гипнотически. Но результат… вокруг моего возлежащего тела сгустилось марево, а когда оно рассеялось, я как никогда более походила на ту Реехеану, какой меня поначалу желали видеть в замке вампиров. Длиннющие смоляные волосы, черный маникюр на хищно заостренных скорее когтях, чем ногтях, вкупе с карминовыми губами производили удручающее впечатление.

Но самое главное – эти же изменения отобразились и на моей бестелесной сущности. Попытка немедленно привести себя в порядок, к моему удивлению, успехом не увенчалась. Вайдер, увидев результаты своего эксперимента, помянул всех темных богов и демонов и вновь погрузился в чтение. Тихонько хихикнув и решив, что, пока демон при деле, за него можно не волноваться, я удалилась в свой замок набираться сил перед завтрашней коронацией.

– О жутчайший кошмар моего сна, вставайте! – Маджаран скулил под дверью вот уже недобрые десять минут.

– Я не собираюсь вставать в пять утра из-за какой-то там коронации! – отозвалась я, цепляясь за остатки сна, накрыла голову подушкой и прижала ладони к ушам. Но, к моей великой досаде, визгливый голосок престарелого джинна достал меня и здесь. Ну что ему неймется? Хуже всякого будильника.

– О мягчайшая подушка этого конца вселенной, смилуйтесь! – продолжал неугомонный старикан. – Вас надо подготовить к церемонии! К тому же ваше желание спать – не более чем самообман, на самом деле вам не нужен сон.

– А мне он очень нравится! – предприняла я еще одну попытку воззвать к совести жестокого посланца гримеров и гардеробщиков.

Еще через пятнадцать минут мне пришлось признать, что посланец все-таки могущественнее моих средств самообороны в виде подушек и одеяла на голове. Ко мне робко поскреблись пресловутые костюмеры с парикмахерами, но я непреклонно заявила, что издеваться над собой не дам. Полчаса мне красочно описывали, что хотят получить в результате. Поныв для приличия, я соорудила наряд, в который меня собирались одеть, однако прическу сделала в своем вкусе. Ничего, пусть учатся королеву любить!

К полудню меня загнали на главную площадь, где при всем честном народе и проходила коронация. Церемония была настолько занудной, что и описывать не хочется, но длилась, к счастью, недолго. Пристроив мне на голову золотой обруч короны и отконвоировав до дворцового парка, меня оставили на попечении самой себя, чему я была несказанно рада. Неудобное пышное платье тут же превратилось в простенькие рубашку и бриджи, изрядно отросшие за полгода волосы завязались в конский хвост. Так-то лучше! Интересно, как до меня никто из правителей не взбунтовался? Ну ничего, я у них еще наведу свои порядки. Думать надо было, кого выбираете, потому что с жуткой Лиерой лучше не связываться!

Отвлекшись на эти мысли, я пропустила момент, когда что-то большое и горячее подтолкнуло меня сзади под колени. Взвизгнув, я полетела в роскошный фонтан, на краю которого блаженно отдыхала от суеты сегодняшнего утра, и от купания меня спасла только быстрая реакция – я успела перенестись в сторону, чтобы лицом к лицу встретиться с нападающим. Его, к счастью окружающих, обязанных теперь ради собственной безопасности беречь меня от нервных срывов, не оказалось. На меня дружелюбно смотрела очень большая ярко-оранжевая собака, состоящая, кажется, из сплошных языков огня. Теперь понятно, почему даже через одежду она показалась мне горячей! Пес отчаянно махал хвостом из стороны в сторону, а выражение его морды можно было трактовать как восторженно-довольное. Пока я с удивлением рассматривала это чудо природы, оно пошло в наступление: подбежав ко мне, встало на задние лапы, положив передние мне на плечи, и тщательно облизало лицо, благо его рост с лихвой позволял и не такие фокусы.

– Ну спасибо, дружок! – выдавила я, вытирая слюну излишне дружелюбного пса.

В следующий момент пес огорошил меня еще больше.

– Извини, не сдержался, – покаялся он, хотя особого сожаления на его хитрой, пылающей огненными сполохами морде я не заметила.

– Ты что, говорить умеешь? – вытаращилась я. Разговаривать с собаками мне еще не приходилось.

– Не узнала? – Пес откровенно веселился. – Я тот элементаль, которого ты освободила, помнишь?

– Так это ты! – Я расплылась в улыбке. Хоть одно знакомое существо будет в этом мире кроме зануды Маджарана!

Пес довольно помотал огненной башкой и едва ли не выпихнул меня на экскурсию по городу (впрочем, я не особо и сопротивлялась: посмотреть местные достопримечательности, да еще с таким гидом, было интересно). Прогулка продлилась довольно долго – во время нее я успела наделить своего четвероногого спутника именем Эль, и в конце концов мы остановились у огромного фонтана. Пока я бултыхала руками в воде, надеясь, что среди многочисленных мелких рыбешек нет хищных, элементаль, как самая обыкновенная невоспитанная дворняга, увлеченно гонял голубей, иногда подбегая ко мне, чтобы гордо продемонстрировать зажатый в зубах трофей, и, отпустив птичку в предынфарктном состоянии, заново начинал свое грязное дело. Хорошо, что птицы, как и все здесь, были, по-видимому, нематериальны, иначе даже просто соприкосновение с огненной стихией, пусть даже в таком милом виде, было бы для них последним острым (вернее горячим) впечатлением в жизни. Когда птички наконец наскучили, Эль набросился на меня – к счастью, не в прямом смысле, а с расспросами. Пришлось рассказывать поднадоевшую мне уже историю от начала до конца.

– Зря ты не позвала меня, пока в ловушке у Каридад сидела, я бы тебя вытащил, – пожурил меня пес.

Я виновато пожала плечами – признаваться, что я элементарно забыла про такую возможность, мне не хотелось.

– Мне там было чем заняться, – вяло отмахнулась я, с невольным содроганием вспоминая борьбу с упрямым тяготением.

Пришла моя очередь расспрашивать. Но, к моему огромному огорчению, как он оказался плененным на эльфийском