Фантастика 2026-157 - Арсений Громов

class="p1">— Никто не станет его там искать, — пожал плечами Грибовский. — тем более внешне он замаскирован под гостиницу. Гостиницу с о-о-о-чень глубоким подвалом. Я там даже как-то раз заблудился… на два с половиной месяца.

— Грибовский — ты все эти два месяца, уйдя в отпуск, спал с одним из кураторов хранилища.

— Но это не отменяет того факта, что я понятия не имел, как мне выйти наружу. Хотя нам с Летицией и под землей было нормально…

— Избавь меня от подробностей, эспер, — отмахнулась О’Хара.

Все верно. Гвардия, в лице Чон Сука, все спланировала до мельчайших деталей. В том числе и придумала очень… своеобразный механизм предохранителя.

Они отправили один из самых опасных артефактов, когда-либо существовавших за всю историю Земли, с минимумом охраны, чтобы не привлечь ненужного внимания.

Слишком много эта самая «третья заинтересованная сторона» оставила хлебных крошек, явно указывающих на то, что их влияние просочилось по все сферы жизнедеятельности общества. В том числе и в саму Гвардию — самую секретную организацию, о которой, почему-то, знали все кому не лень.

А на случай, если что-то пойдет не так, они подстраховались. Заслали меч в открытый океан, где тот, в случае чего, пойдет ко дну. Ну и если, не дай дьявол, что-то пойдет не так. То меч синхронизируется с ближайшей подобной сущностью — Александром Думским.

Тот уничтожит угрозу (в придачу со всем лайнером и его пассажирами), а затем, когда его душа выгорит, пойдет на дно вместе с одинцом. И, самое главное — не останется ни единого свидетеля с ни с одной стороны участников конфликта.

Алекс потер переносицу и скучающе спросил.

— И на ком из вас поисковый маячок?

О’Хара с Грибовским закончили перепалку буквально «на лету».

— Что?

— Ну, на ком из вас висит маячок, чтобы потом можно было достать меч со дна, когда мы все здесь, нахрен, подохнем.

— Никто не собирается, как вы выразились, подыхать, профессор.

— Ага, — кивнул Алекс. — обычно все так и думают. Что не помрут. А потом… бац! И вот уже в их доме играет музыка, вот только они её нихрена не слышат.

Грибовский показательно громко хрустнул своим клятым драже.

— Логично, — кивнул Дум. — у тебя больше вех шансов выжить, рептилоид поганый.

— А вот щас было обидно, дорогуша. Я видел восстановленные по скелетам модели этих самых рептилоидов, — брови Алекса поползли вверх. Он ведь, проклятье, просто «пошутил». — Но не дрейфь. Все будет…

— Только не надо этого говорить!

Но Алекс опоздал.

— … хорошо, — закончил Грибовский.

В этот же самый момент лайнер ощутимо тряхнуло и в лифте погас свет.

— Супер…

Глава 38

В этот же момент, когда погас свет, Алекс почувствовал как к его воле потянулось что-то. Что-то настолько черное, опасное и разрушительное, что он сам на фоне этого нечто выглядел какающим радугой, чудеснейшим фиолетовым единорожкой.

Почему фиолетовым?

Да кто, мать его, знает!

— Только не говорите мне, — Дум задышал чуть чаще. Ему пришлось выставить перед собственным сознанием ментальный блок. Это отсекло щупальца первозданного мрака. Будто разочарованный и непонимающий почему его отвергли ребенок, мрак остался на границе. «Как это со мной не хотят поиграть. Но ведь ты такой же как я… я ведь чувству… пусти меня к себе. Ты и я — мы одной крови…» Вот только стоит Думу дать слабину и меч Азазеля, пусть и не сразу, но возьмет над ним верх. И что сделает обезумевший черный маг с бездонной пропастью силы и магии догадаться не трудно… — Только не говорите, что вся защита артефакта завязана на электро-энергии.

Учитывая, что ответом была тишина и с хрустом зажигающиеся люминесцентные палочки, то Алекс вполне получил ответ на свой вопрос.

— Да вы издеваетесь, что ли.

— Обычно магия и электричество находятся в разных плоскостях, — едва ли не оправдывалась О’Хара.

Полукровка светила зеленым «фонарем» на двери лифта, пока Грибовский, с натугой, их постепенно раздвигал в разные стороны. Жилы и мышцы на реках эспера вздулись так, что Дум никак не мог понять — трещал фонарик Тэли (или как её там звали) или это была кожа поляка.

— Обычно никто не взламывает защищенные протоколами шифрования военные камеры и не подставляет профессора Черной Магии в ритуальной убийстве барона Фейри, — Алекс щелкнул кремнием и зажег огонек на зажигалке, поднеся её к сигарете.

— Давай детка, — от натуги эспер, обладавший силой гориллы на стероидах, аж покраснел. Кровь потекла из его ноздрей, но двери лифта, все же, постепенно начали разъезжаться в разные стороны. — Еще капельку.

— Ой, не делай такое лицо, — закатил глаза Дум. — я может и не очень разбираюсь в современных технологиях, но я смотрел «Wired».

— Что ты смотрел?

— Проехали…

О’Хара, уже доставшая из ножен кортик, а из кобуры излюбленную пушку агента «007» (и в каком месте в своем облегающем костюме она все это хранила?!), встала рядом с Грибовским, чтобы прикрыть того.

— Я не про камеры… ты не говорил, что убийство барона Гальта О’Келли являлось частью ритуала.

— Что? Не сказал? Ой, ну какая неловкая ситуация. Честное черномагическое — я собирался. Примерно сразу после того, как, — Алекс продемонстрировал свою татуировку на среднем пальце. Там, рунами Фейри, было выведено «Doom». Что имело весьма неприятный перевод. Совсем не такой, как с латиницы.

Дум всегда успокаивал себя тем, что он не сводит её лишь потому, что та оказалась созвучна его прозвищу. И вовсе не по той причине, что татуировку фейри могли вывести лишь эти же самые, поганые фейри.

— Есть! — Грибвоский, будто библейский Самсон, раздвинул руки в сторону и зафиксировал стремящиеся сомкнуться стальные листы дверей грузового лифта. Сколько могла весить каждая из них и какое усилие создавали механизмы — одним лишь инженерам известно. — Давайте шустрее! Долго не удержу!

— Мы не закончили разговор, — сверкнула звериными глазами О’Хара, после чего повернулась обратно к Грибвоскиму и замерла.

— И как ты предлагаешь…

Лифт застрял не в лучшем положении. Следующий этаж… палуба начинался намного ниже линии пола лифта. Так что большую часть арки занимала железная конструкция и лишь между ног Грибовского, высотой в тридцать сантиметров, красовался проход.

— Ползком, блять, — процедил Грибовский, у которого от натуги уже дрожали руки.

Фейри процедила что-то на своем певучем языке, после чего кортиком рассекла юбку, превратив её в весьма недурственное мини и, встав на четвереньки, поползла между ногами поляка.

Алекс пожалел, что у него не было с собой смартфона. Ну а мысль о том, что видео можно записать и на линзы, пришла ему слишком поздно.

О’Хара уже выбралась на