Стеллар - Роман Прокофьев

большей частью из клановых ветеранов, готовящихся к отставке. Это считалось поощрением, некой синекурой, отличившихся легионеров переводили дослуживать домой, но в итоге привело к тому, что войска в провинциях оказались более лояльны родному клану, чем Легиону.

— Приготовься, мы садимся, — произнесла Оливия Стоун, — не передумал?

Я взглянул на эксперт-координатора Водных Городов, управляющую флаингом. Вопрос стоило переадресовать ей самой. Стоило больших трудов убедить Оливию в чистоте моих намерений. Не знаю, удалось ли бы это без «Повелителя Стаи», исподволь подточившего человеческую волю. Дети кланов умели закрываться от ментального контроля, но на моем уровне пси-поле действовало своеобразным усилителем эмпатии, заставляя проникаться и верить, просто слушая то, что я говорю. Впрочем, мне не пришлось прикладывать запредельных усилий, чтобы убедить эксперт-координатора помочь. Водные Города исторически и технологически были близки к Городу, клан Змея колебался, выбирая между гибелью и предательством. Выбор был плохим, они прекрасно понимали это сами. Когда я предложил соломинку — Оливия вцепилась в нее с отчаянием утопающего. Осталось немногое — проделать то же самое с остальными.

— Я готов. Действуем как договорились, — сказал я, надевая шлем и поляризуя забрало. На мне снова был легионный «Гардиан» — потому что я играл роль спутника-телохранителя Оливии Стоун. Другого способа мы не придумали. Речь шла о расторжении Клятвы, представители кланов враждебно настроены к городским Инкам, и вряд ли я смог бы попасть на их тайное совещание под собственным именем. К тому же после обстрела Нео-Арка «Абсолютами» и орбитального удара по базе Левши стало кристально ясно, что мне лучше оставаться инкогнито. Кое-кому на небесах очень не нравится мое существование, и этот кто-то приложит все усилия, чтобы уничтожить наследника Прометея. Возможно, мой предшественник это предвидел, поэтому и принял решение взять новое имя и пройти весь путь заново.

Нас встречали. Несколько людей в одежде, явно изготовленной не в Репликаторе. Она выглядела не синтетической стилизацией неоготики, модной в Городе, а настоящей, всамделишной ручной работой. Мех, шнуровка, кожаные пояса, круглые металлические застежки, синий и зеленый клетчатый орнамент на плащах, вышитая золотой нитью пикирующая птица на войлочных коттах. Хотя тут больше подошли бы мечи и арбалеты, легионное вооружение и элементы технологической экипировки встречающих неожиданно хорошо вписались в этот средневековый микс. Как и в Водном Городе, по повадкам авалонцев читалась давняя привычка к оружию.

— Вас ожидают. Следуйте за нами.

Холодные полутемные коридоры. Открытые бойницы, ветер, бесконечные лестницы. На стенах виднелся орнамент, кое-где попадались настоящие, не голографические статуи. Гнездовье было электрифицировано, но по самому минимуму, в нишах виднелись горящие факелы и чаши-жаровни. Вместо автодверей стояли массивные деревянные створки с примитивными механическими запорами. Создалось впечатление, что технологии Утопии и древняя техника здесь вообще стали редкостью и применялись по минимуму. Не хватало только рыцарских щитов и вышитых гербами гобеленов. Я ощутил, что проваливаюсь куда-то в далекое прошлое — здесь, среди холодных камней Авалона, явственно ощущалось, насколько далеко откатилась человеческая цивилизация.

Сопровождающие привели нас в отдельное помещение с открытой галереей-балконом. В камине, потрескивая, горел живой огонь. Возле него в медицинском парящем кресле — такие применялись для передвижения инвалидов — сидел очень старый человек. Укрытый клетчатым пледом, с просвечивающим венчиком седины, глубокими морщинами на лице и аккуратной, полностью белой бородкой. Увидев нас, девушка, стоявшая за спиной кресла, развернула его к нам.

Я узнал ее мгновенно. Темно-каштановые с рыжинкой длинные волосы, уложенные красивой волной, капризный носик и россыпь едва заметных веснушек вокруг него. Последний раз я видел их в Городе, когда она, до крови закусив губу, поймала мой взгляд, медленно опустила роскошные ресницы, словно в знак согласия — и резко ударила Пером под подбородок удерживающего ее легионера «Змееносцев», начав ту кровавую схватку на плаце Тимуса.

Ева. Та самая, которую прочили в невесты Свену Грейхольму. Третья дочь Эрика, лэрда клана Ястреба. Надо сказать, зеленое платье ручной работы с тугим шнурованным вырезом и витым золотистым пояском шло ей гораздо больше, чем обмундирование трибута Тимуса. Значит, она все-таки выжила, хотя легионеры на моих глазах всадили в нее целую очередь.

Будто почувствовав любопытство, девушка с интересом взглянула на меня. Я сжал пси-поле до минимума, замкнулся, закуклился, стараясь выглядеть абсолютно посторонним человеком. Весьма несвоевременная встреча. Хорошо, что из-за непроницаемого шлема Ева не может узнать меня.

— Оливия, здравствуй, — с усилием произнес старик, протягивая навстречу руки.

— Здравствуй, лэрд.

Глава клана Ястреба был очень стар. Опасно близок к грани смерти. Я отчетливо видел это — он уже перешагнул рубеж, доступный человеку, и его жизнедеятельность поддерживали только умные имплантаты в сердце и голове, а также неугасимый дух.

— Хорошо выглядишь, Оливия.

— А ты что-то не очень, — бесцеремонно заметила эксперт-координатор. Но это не помешало ей склониться и дружески обнять его, прижавшись щекой к щеке. Их руки сошлись в крепком солдатском пожатии, Эрик Ястреб когда-то тоже был легендой Легиона. — Совсем расклеился, старый змей?

— Есть такое дело, Оливия. Слишком долго копчу небо, да? — слабо улыбнулся старик. Он явно не потерял с немощью тела ясность мыслей. — Но меня есть кому поддержать. Познакомься, это Ева, моя третья дочь.

Девушка, везущая кресло, коротко поклонилась. Я заметил ореолы А-энергии вокруг фамильных артефактов — кольца с печаткой Ястребов и футляра на поясе, в котором пряталось Перо. То самое, как и нож Грейхольма, содержащее прикованную А-Тварь. За милой внешностью принцессы Ястребов скрывалась железная воля и целеустремленность. Проницательные зеленые глаза продолжали изучать меня, молча стоящего за правым плечом Оливии Стоун.

— Третья? Выходит, это она? — с интересом спросила Оливия.

— Да, после того, что случилось с Аурелией, Ева — наследница Ястребов. Она вернулась из Тимуса совсем недавно. И назад я ее уже не отдам.

Я зафиксировал ранее неизвестные факты — выходило, Аурелия-Немезида, служившая в Легионе, тоже была дочерью Эрика и приходилась Еве сестрой. Скорее всего, сводной — их разделяло минимум два десятка лет. Да и генотип, если проанализировать внешность обеих, выдавал разных матерей.

— А кто это с тобой? — тоже обратил внимание старик.

— Мой пилот и телохранитель. Он подождет снаружи, если хочешь.

— Нет нужды, если ты ему доверяешь… Тебе здесь не угрожает опасность, Оливия. Ты же среди старых друзей.

— Да, знаю, Эрик. Однако, Змей свидетель, опасность может исходить… извне.

Намек был ясен. Несколько секунд старик молчал, как будто обдумывая ответ, затем произнес:

— Да, понимаю. Все остальные тоже боятся, прихватили с собой охрану. Не беспокойся, все под контролем. Цирцея прикрывает замок. У Города сейчас хватает забот. Они вряд ли вообще знают о нашем сборе, наши в Легионе