Фантастика 2026-149 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

С ними о любви мы говорили.

Голос Мартынова из динамиков ласкал слух, заставлял печалиться воспоминанием о прошлом. Каретников разлил водку в стаканы, причем обоим по «Марусин поясок». Полковник не ожидал от молодого такого. Хотя?.. Промолчал.

– Помянем.

Забияка одним махом выпил водяру, уставился на подопечного, медленно цедившего прозрачную жидкость, словно по капле выпивал горечь нынешнего дня. Подумал: «Молодой совсем. Сейчас окосеет, пьяные сопли вытирать придется».

Не окосел. Мало того, жестом подозвал официантку.

– Соня, неси еще бутылку и сразу расчет.

– Момент!

Каретников выпил стакан березового сока, между тем как полковник прикладывался к пиву. Вот его как раз повело. Близко к сердцу принял трагедию паренька. Все мы после «полтинника» становимся чуточку сентиментальны, а если еще на душе накипело, то…

– Я ведь вижу, генерал тебя на какой-то крючок подсадил. Думай, прежде чем соглашаться. Или уже согласился?

Каретников пожал плечами. Разлил водку по стаканам. Снова односложно предложил:

– Помянем их.

Осушили «посуду».

– Я ведь тебя к делу хотел пристроить, а он… А еще Кузьмич! Когда увидел его, понял, под себя генерал гребет.

– При чем здесь Кузьмич?

– Аксенов этого волка просто так не вызывает. Кузьмич ему многим обязан. Жизнью обязан. Сириец любого за генерала порвет.

– Сириец?

– Гм! Ладно. Ты парень умный. Кузьмича в определенных кругах Сирийцем прозывают. Он там нелегалом работал, а потом спалился. Аксенов его полуживого смог домой переправить, хотя по всем законам должен был бросить. Сам на провал чуть не нарвался, а для нашей службы это хуже смерти.

Динамик надрывался стонами «Землян»:

А мы летим орбитами, путями не избитыми,

Прошит метеоритами простор.

Оправдан риск и мужество, космическая музыка

Вплывает в деловой наш разговор.

В какой-то дымке матовой

Земля в иллюминаторе,

Вечерняя и ранняя заря.

А сын грустит о матери, а сын грустит о матери,

Ждет сына мать, а сыновей – Земля…

Вот и помянули. До самого аэропорта Забияка проспал, а перед посадкой на рейс искоса, с подозрением поглядывал на Михаила. Чувствовал, что наговорил лишнего. В Москву прилетели ночью. В Домодедово ожидала машина.

И Каретникова, и полковника оставили ночевать в общаге «Леса». Прощаясь, Каретников сказал Забияке:

– Спокойной ночи, Евгений Сергеевич. Спасибо вам за совместную поездку, и не волнуйтесь. Вы ничего мне не говорили, а я не слышал.

Утро выдалось беспокойным. Казалось, весь «институт» бегает, будто в неприличное место ужаленный. Каретников с интересом наблюдал за картиной человеческих страстей на пустом месте. Спросил у появившегося Забияки:

– Что там у них случилось?

– Беда. Володя Пигузов умер.

– А это кто?

– Секретарь парткома института. Теперь будут разборки устраивать, сам он скончался или кто помог. Андропов это дело под свой личный контроль наверняка возьмет. Всех, кто в «школе» ночевал, на изнанку вывернут. Как же не вовремя мы здесь оказались. Начнут копать, выяснится, что мы с тобой на территории по временным пропускам находимся…

Въезд и выезд перекрыли. К одиннадцати часам «Лес» был полнехонек приехавшим начальством из Москвы. Прибыл даже Цвигун, первый зам «Самого». Казалось, над всей территорией «Школы» нависли «тучи», а сам воздух «звенел» невидимым напряжением. Бригада следователей, рассыпавшись по кабинетам, «вытаскивала на ковер» все новых и новых подозреваемых пока не понятно в чем. Каретников воспринял все происходящее как профилактику или «удар по хвостам». Видел в своей прежней жизни такое неоднократно. По легенде, они с Забиякой прибыли на собеседование с генералом Аксеновым. Само алиби у обоих имелось. И если полковника успели вытащить «на допрос», то до Михаила, скорей всего, исходя из возрастной категории, дело не дошло. Пришли материалы вскрытия, медики констатировали инсульт без внешнего вмешательства…

– …Ну и зачем ты это сделал?

Аксенов был раздражен. Судя по его лицу, едва сдерживал в узде накопившееся напряжение и эмоции. Каретников, напротив, спокоен и собран, по-мальчишески пожав плечами, чем подтолкнул генерала к выплеску чувств.

– Ты не понял, что еще не подготовлен к таким операциям?

Ответил:

– Представился случай… грех было не воспользоваться. Я ведь его сразу узнал. Он приехал в «Школу» сразу за нами. Подумал, ну не может полковник не пройтись по территории перед сном, вот и… Кузьмич мне один из способов убийства показал. В теории мы его отработали. Проверил на практике. Пигузов толком даже не понял, что мертв. Кровоизлияние в мозг, мгновенная смерть и никаких следов.

– Твое счастье, что не додумались служебную собаку по следу пустить.

– Мой наставник дело знает. Объяснил, что «петли» нужно делать. Я ведь от тела уходил по следам Пигузова. Прошел в его «апартаменты», вышел через открытое окно. А еще брал в расчет то, что, обнаружив мертвого Пигузова, товарищи натопчут место его кончины. В общем, так и случилось.

Звонок в дверь конспиративной квартиры, где находились оба, заставил Михаила напрячься.

– Спокойно! – произнес генерал. – Пришел тот, у кого есть пара вопросов к тебе.

В кресло опустился человек, по возрасту сходный с генералом. В незнакомце можно было предположить обычного советского служащего, работающего «клерком» в одном из гражданских министерств. Генерала отпустило, стал похож на себя обычного.

– Знакомься, Михаил. Это Борис Сергеевич, волхв и мой куратор. У нас с ним одна «пуповина» на двоих, ею и связаны.

– Здравствуйте, Михаил Викторович.

– Здравствуйте.

– Ваши дела с генералом меня не касаются, но кое-какие вопросы хотелось бы прояснить, так сказать из первоисточника.

– Спрашивайте.

– Что вы знаете о зарубежной экономике СССР?

Интересный персонаж! Странно вообще, что такие вопросы задает. Каретников в принципе мог и не знать подробностей того, о чем спрашивают. Мог!.. Только ведь в силу характера, на чистом интересе одно время заглядывал во всеобщую «помойку» – Интернет, ну и озаботился подобной информацией.

– К концу семидесятых фактически сформировалась «трехконтурная» экономика. Главный, срединный контур представляет «официальная» экономическая система под управлением ВПК. Внутренний, скрытый контур, «теневая» экономика, находится под «крышей» МВД. Существует еще и внешний контур зарубежной экономики, легальной и нелегальной, который курируется КГБ, прибыльность его операций в несколько раз выше, чем в сфере ВПК.

– При социализме кризис практически исключен. За счет чего может пострадать внутренняя экономика?

– С вашими патриархами я имел подобный разговор, и даже в развернутой форме.

– И все же?

– Ну, хорошо. Попробую подойти к ответу с другой стороны. У генерала Питовранова… Знаете такого?

Собеседник кивнул. Немногие в стране знали о начальнике личной разведки Андропова, о выведенном за общие скобки большом подразделении комитетчиков.

– Так вот, его сын, ведущий научный сотрудник Международного института прикладного системного анализа в