Фантастика 2026-114 - Екатерина Владимировна Скибинских

– Я с радостью поделюсь, – ответила она, не сводя с меня глаз.

– Спасибо тебе. Я рада, что знала тебя, – слабо улыбнулась ей я.

Миранда, сглотнув, лишь кивнула и, наклонив голову, выбежала из комнаты. А мне вскоре стало не до того. Когда пришли мои телохранители, меня вновь ослепило болью. Не знаю что на этот раз, но доктор провозился немного дольше.

– Я знаю, вы заботились обо мне. Прошу, сделайте все возможное, чтоб мой ребенок, а ваш новый Наследник, рос окруженный теплом и заботой. С детства готовьте его к тому, что он будет ответственный за Темные Земли. Учите его справедливости, прощению, доброте, стойкости и многому другому, чему я сама научилась здесь. И, хотелось бы знать, что вы хоть иногда, но будете рассказывать ему или ей обо мне, – слабым голосом попросила я.

Рик, Дейярд и Лоран лишь кивнули, не справившись с эмоциями. Их убитый вид меня ранил прямо в сердце, но не в моих силах что-то изменить. Вперед шагнул Ринальдо, как самый стойкий. Но в его окаменевшее лицо было страшно смотреть. Глаза были будто неживые.

– Будь уверена, с нами он будет в безопасности, – коротко сказал он.

– Хорошо. Ты назначаешься регентом. Бумаги все я подготовила заранее. Они лежат на моем столе. И последнее. Asde rithko tioja! Я снимаю с вас вашу клятву. Надеюсь, в свое время вы принесете ее черному дракону, – вспомнила я еще об одном деле.

Затем на меня накатила следующая волна боли и я вновь потеряла сознание. Очнулась спустя пару часов. Мои телохранители и Аэрон вповалку спали на полу рядом с моей кроватью. Над ними возвышался хмурый и серьезный Эрроральд.

– Пора. Я и так дал много времени, – сказал он и начал делать какие-то пассы у меня над головой, шепча незнакомые слова.

«Мама? Мама, мне страшно», – захныкал вдруг малыш.

«Все хорошо, милый. Я рядом», – ответила я, не зная что бы мне еще добавить.

«Что-то меняется. Я чувствую. Очень тесно и я чувствую, тебе плохо. Что с тобой, мама?» – донесся испуганный голосок.

Мне снова стало очень больно и я стиснула зубы, чтобы не закричать и не напугать ребенка еще больше.

«Мама? Тебе больно, мама? Я что-то сделал не так?» – не унимался дракончик.

«Нет, малыш. Все хорошо. Помнишь, о чем мы говорили? Мне скоро придется уйти», – едва выдавила из себя я, пытаясь ни отголоска боли не пустить в свои мысли.

«Я не хочу! Я же тебя даже не видел. Я люблю тебя мама! Пожалуйста, не покидай меня!» – испуганно закричал вдруг он.

«Я не могу, солнышко. Я просто усну. И всегда буду рядом, просто ты не сможешь меня увидеть. Но я буду видеть тебя постоянно. Помни об этом», – ответила я, чувствуя, как по щекам текут слезы.

«Ты не хочешь меня видеть?» – сделал свои выводы малыш.

«Хочу, очень хочу! Но, ААААЙ! Ничего-ничего, все нормально. Но, это от меня не зависит. Я тебя люблю солнышко, больше жизни люблю. Сколько смогу буду находиться с тобой. ААААЙ! Но уже очень скоро мне придется уйти. Ты подрастешь и все поймешь», – принялась утешать его я.

Боль становилась все сильнее. Голос Эрроральда тем временем также повышался в тональности. Скорей бы уснуть, я уже едва сдерживаюсь, чтобы не орать от боли.

«Мама, не уходи! Я не хочу без тебя! Я не смогу!!!» – жалобно закричал малыш.

«Глупенький. Ты – черный дракон. Ты в безопасности. Мама об этом позаботилась. Все будет хорошо. Ты сможешь. Ты же у меня умный, сильный, красивый. У тебя все получится. ААААА!!» – не сдержавшись, я все же закричала вслух. Думаю, в мыслях это также отразилось.

«Мама! МАМА!!! Что происходит, мама?! Я очень четко чувствую свое физическое тело. Мама, что-то меняется! Я делаю тебе больно?! Я плохой???» – истошно продолжил кричать ребенок.

«Нет! АААА! Нет, солнышко! Все хорошо! АААА! Так и должно быть. Все нормально. Все будет хорошо!» – уже теряя сознание (или погружаясь в сон?) прокричала ему я.

«Мама! МАМА!!!! МАААМАААА!!!!!» – последнее, что услышала я, прежде чем отправиться в мир без сновидений…

28 глава

Аэрон

Последняя неделя была одновременно и самой счастливой, и самой печальной за этот год. Я не могу смириться с тем, что Златы на самом деле не будет. Как ни странно, новость о том, что Злата и есть Темная Наследница, меня шокировала намного меньше, чем тот факт, что она жива, но ждет ребенка от меня. Смогу ли я полюбить его, зная, что из-за него ушла из жизни моя любимая? Не знаю.

– Она… Ей не больно? – спросил я.

Я продолжал каждую минуту находится возле Златы. Не знаю кто уж ее этот загадочный друг, но она спала уже несколько дней. Ребенок продолжал травмировать ее тело, но она, к счастью, этого уже не чувствовала. Впервые за несколько дней, меня посетила другая странная мысль. А каково сейчас ребенку? Злата от него до последнего скрывала, что что-то не так, но сейчас-то он ее не слышит. Могу ли я с ним поговорить? И стоит ли? Те несколько раз, когда я решался с ним заговорить – было очень странно. Голос в голове, который радостно называет меня папой. Не знаю даже, есть ли во мне какие-то отцовские чувства. Но ребенка нужно успокоить.

«Ребенок, ты меня слышишь?» – неуверенно позвал я, дотронувшись к животу спящей Златы.

«Папа? Мама не отвечает», – услышал я хныканье.

«Ну, мама… хм… она далеко. Нет ее. Она тебе ничего не говорила?» – совсем смешался я, не зная что сказать.

«Она сказала, что ей нужно уйти. И ей было больно. А потом она замолчала. Мне страшно», – вновь услышал я жалобный испуганный голос.

«Все это очень сложно. Хочешь, я расскажу сказку?» – спросил я, не зная как успокоить несчастного ребенка.

«Хочу. Про фею можешь? Мама ее часто рассказывала», – вполне серьезно попросил малыш.

«Пусть будет про фею», – согласился я и начал рассказ.

Когда я закончил сказку, малыш замолчал. Наверное, уснул. Как же это все сложно. Ребенок не виноват. А кто виноват в том, что та, кого люблю больше всего на свете, сейчас умирает? Выходит, что все и одновременно никто.

Я никуда не отходил от постели Златы больше, чем на несколько минут. Врач также почти постоянно был рядом. Мимо периодически кто-то сновал. То телохранители, желающие лишний раз убедиться, что Злата еще жива, то служанки, которые приносили еду или же медикаменты доктору. Я