Системный разведчик. Консолидация. Том 4 - Валерий Юрич

— Эй! — рявкнул он. — Что у тебя там? Имплант неучтенный? Или ты, мать его, беглый берсерк?

Слово «берсерк» он произнес с особым нажимом, словно зачитывал приговор.

За долю секунды все вокруг изменилось. Ситуация мгновенно накалилась до предела.

Михаил, уже прошедший пост, развернулся и двинулся обратно. На его лице появилась кривая, нарочито дружелюбная улыбка.

— Брат, это старые шрамы от аномалии. Была авария, еще в позапрошлом сезоне. Энергетический выброс на маршруте, фонит до сих пор, мы уже…

— Отойди, — охранник даже не повернул головы в его сторону. Он смотрел только на меня. Его пальцы легли на рукоять пистолета.

Я стоял неподвижно, разведя руки в стороны и направив их ладонями к человеку с оружием. Сейчас главное не провоцировать его на необдуманные поступки. Если он выстрелит, то в эту же секунду Алекс Карамазов исчезнет, а на его месте появится Сципион Аид в мутагене Броненосца. И тогда я разнесу весь этот КПП к чертовой матери. Но вот за жизнь Михаила и кучи гражданских, стоящих в очереди к КПП, я в этом случае проучиться не смогу. Да и наша дальнейшая судьба будет уже не такой радужной. А прятаться по аномалиям, когда на тебя ополчился весь белый свет, мне не очень-то и хотелось.

Поэтому никакой агрессии. Только спокойное и поступательное движение к разрешению конфликта.

Но вот конкретные варианты дальнейших действий… С этим было туговато.

Тем временем Маша замерла и начала прикрывать глаза. Я примерно представлял, что могло за этим последовать. Девчонка совсем недавно достигла третьего круга Силы и взорвать мозги двум охранникам областью из максимально пониженного давления не составит для нее особого труда.

Я перехватил ее взгляд и мотнул головой, одновременно передав через Майю по внутренней связи:

— Спокойно. Еще не время.

Маша понятливо кивнула и отошла немного в сторону, скрывшись в полумраке ворот.

— Принято. Если что, я рядом, — дошел до меня ее холодный ответ.

Очередь за моей спиной затихла. Разговоры резко оборвались. Люди, стоящие у КПП, начали быстро расступаться. Они определенно знали, что бывает, когда у ворот начинается стрельба. Вокруг нас с Михаилом быстро образовалось пустое пространство.

Справа, за мешками с песком, скрипнул металл. Я не повернул головы, но заметил периферийным зрением, как ствол крупнокалиберного пулемета быстро повернулся в нашу сторону.

Пять секунд тишины… Десять. Они растянулись на целую вечность.

— Бросайте оружие! Лицом на землю! — рявкнул первый охранник, выхватывая оружие. При этом его голос едва заметно дрогнул.

Я знал, что он видит. В моих глазах не было паники и страха. Только спокойствие и холодный расчет. И это пугало его гораздо больше, чем истеричный писк сканера внутренних аномалий.

Мне кажется, что он каким-то шестым чувством понимал, что это добыча ему не по зубам, но отступить при этом не мог. Ни перед очередью, ни перед сослуживцами.

И в этот момент из полумрака ворот вышла фигура.

Я сразу ее узнал. Еще до того, как разглядел лицо. Узнал по походке, по умению держать себя. Ровные, экономные движения. Ни одного лишнего жеста. Темная практичная одежда: высокий ворот, усиленные локти и колени. На поясе — боевой нож. Внушительный револьвер в открытой кобуре. А на загорелой коже лица белел длинный шрам.

Сойка не смотрела по сторонам. Она прямо и целенаправленно шла ко мне. Миновав первого охранника, она даже не удостоила его взглядом.

Остановилась она только перед тем, кто держал меня на мушке. Причем встала между им и мной.

Похоже, этот хмырь сразу ее узнал. Я заметил это по тому, как дернулось его лицо. В этой мимолетной мимике читалась смесь уважения и раздражения. Он со всей ясностью понимал, что перед ним сейчас стоит та, с кем лучше не спорить.

Сойка чуть повернула голову и едва заметно кивнула в нашу с Михаилом сторону.

— Это мои люди. Пропусти.

Слова прозвучали не как просьба. Это была одновременно и констатация факта и приказ, который, по всей видимости, не подлежал обсуждению. Четыре слова, которые стоили сейчас дороже всех собранных нами кристаллов.

Охранник на несколько секунд замер. Похоже, он все еще пытался оценить ситуацию и понять, можно ли меня, если не задержать, то хотя бы обуть еще на пару сотен фунтов.

А потом он вновь взглянул на Сойку. В ее холодные стальные глаза. И этого хватило, чтобы окончательно остудить его пыл.

Он злобно скривился, убрал пистолет в кобуру, и махнул сканером в сторону города.

— Черт с вами! Если Гильдия ручается, с нас спросу меньше. Проходите, не задерживайте очередь! — раздраженно прикрикнул он.

Сойка тут же потеряла весь интерес к охраннику, развернулась и пошла через ворота. При этом она ни разу не оглянулась, не проверила, идем ли мы следом. Она выполнила свою функцию, а на остальное ей было, по всей видимости, плевать.

Я опустил руки, поправил ремень автомата на плече и встретился взглядом с Михаилом. Его лицо оставалось спокойным, но в глазах читался немой вопрос. Я качнул головой, мол, все вопросы потом. Сейчас главное выбраться из этой клоаки. Потом мы обменялись короткими взглядами с Мари. Она удовлетворенно кивнула и вышла из тени ворот.

Мы последовали за Сойкой, двигаясь под тяжелой аркой из армированного бетона мимо внутреннего поста охраны в сторону ожидающего нас вольного города. И каждый из нас так или иначе задавался примерно одним и тем же вопросом: «Если такая хрень произошла на входе, то что же тогда ожидает нас внутри?»

Глава 19

Город обрушился на нас, словно снежная лавина.

Густой, многослойный гул сотен голосов, слившихся в один непрерывный поток, множился и отражался от стен. Скрип тележных колес по булыжнику, ритмичный стук кузнечного молота, металлическое дребезжание генератора. Надо всем этим довлела музыка, доносящаяся сразу из нескольких источников и создающая режущий слух диссонанс.

Вместе со звуками пришли и запахи. Тяжелый, жирный дым от угольных жаровен, ароматы перезрелых фруктов и разнообразных специй. Мясо, прожаривающееся на открытом огне, тушеные овощи, какая-то каша, кипящая в огромном чане прямо у дороги. И сквозь все это пробивался запах пота, грязного белья и машинного масла.

Улица перед нами была довольно узкой. Метра четыре, не больше. Это был проход между тесно стоящими двухэтажными каменными домами с облупленными стенами. И этот проход был полностью забит людьми, ларьками, лотками, тачками, какими-то ящиками. Некоторые торговцы разложили свой товар