Кофе с собой или Свадьба (не)отменяется! - Елена Северная

— Что ты имеешь в виду?

— Госпожа, ну вот представьте: «Мясная гадость» и розовая «Пузыряшка»!

— Мда, — Ольдэк задумчиво потёр подбородок. — Такая «Пузыряшка» больше подойдёт к детским сладостям.

— Сделайте газировку со вкусом кофе, или чая, — пожал плечами Марк. — В чём проблема?

И правда. Как это я раньше не додумалась? Я покосилась на маркиза. Он стоял и подпирал бедром стол. Невозмутимый и холодный, как айсберг. Только брюнетистый.

Сон — прочь! Я опять засела за создание формулы заклинания, а Ольдэк — за подбором подходящего материала для артефакта.

В итоге к раннему утру были готовы несколько артефактов.

— Неудобно, — огорчённо почесал затылок техномаг. — Надо всё объединить.

— Надо немного поспать, — буркнула Дана.

Сайя и Берта уже давно посапывали в своей комнате и видели десятые сны. Ещё перед моим вторым озарением они забрали Лину и поднялись наверх. А мы вчетвером полуночничали.

Ольдэк помотал головой:

— Вы отдыхайте, а у меня идейка образовалась.

И побежал в подвал — он там уже обосновался со всем своим оборудованием.

Переглянувшись, мы побрели наверх. До открытия кофейни оставалось два часа, а до начала занятий в Академии — три.

Марка определили в небольшую комнату для гостей. И в который раз я подивилась предусмотрительности своей горничной: это она настояла на наличии такой комнаты.

— А вдруг? Вдруг ваш управляющий или ещё кто задержится допоздна? — философствовала она, защищая свою идею. — А мы тута — раз! — и койка в приличной комнате готова! И постеля чистая! А с утра — завтрак! Се-е-ервис! — многозначительно поднятый вверх указательный палец должен был убедить меня окончательно.

Убедил. Вот и пригодилась комнатка.

Я заснула ещё на подлёте к подушке. Как раздевалась — помню, как садилась на кровать — помню, а дальше — провал. Теперь в полной мере осознала смысл слова «отрубилась», как говаривала Дана, когда сильно уставала.

Проснулась от настойчивого бубнения в ухо Митрича:

— Хозяйка, вставай! Там наш маг такое придумал! ТАКОЕ! Вставай! Зацени!

Любопытство проснулось раньше мозга, потому, как в памяти совсем не отразился процесс одевания и заплетания. Он очнулся, когда нос врезался во что-то твёрдое. Надо сказать, это «что-то твёрдое» приятно и знакомо пахло. А потом сильные ладони коснулись талии и ухо обдало тёплым дыханием:

— Доброе утро!

Мои руки сами обвили неожиданно возникшую преграду, а многострадальный нос ещё и потёрся об него.

— Надеюсь, носик не сильно пострадал? — промурлыкали сверху.

Кажется, это Марк. Марк? Марк Раденбергский! Ой!!! Я с ним обнимаюсь!?

— А…

— А вот вы где!

Ну, конечно! Дана! Как же тут без неё! И хорошо, и слава всем богам, что Дана, а не кто-то другой. Она снова выдернула меня из таких приятных объятий… Эх, каждое утро так просыпаться бы…

И ничего я не влюбилась! Не влюбилась, я сказала! Просто… Просто, иногда так хочется побыть маленькой и хрупкой, и чтобы кто-нибудь позаботился, защитил от всех бед и неприятностей. Ну, ладно. Не кто-то. Марк. Не могу подумать, чтобы меня касался какой-то другой мужчина с такой же теплотой. Не представляется! А, если представляется, то душу наполняет отвращение. Особенно графские лапы… Фу-у-у-у, чуть не стошнило!

— Быстро вниз! — радостно воскликнула Дана, совсем не обратив внимание на мои красные уши. Интересно, а Марк тоже покраснел?

Убедиться в этом не дала деятельная горничная.

— Скорее! — она всем своим немаленьким весом потащила меня вниз. Марк торопливо следовал за нами. — Там ТАКОЕ!

Вот тут уж мозг проснулся окончательно. Что ж там такое, что даже Митрич пришёл будить меня?

Спустившись, нет, скорее, скатившись с лестницы, мы застыли при виде ЭТОГО.

На стойке рядом с кофемашиной красовалась ещё одна, похожая на неё, фиговина. Только рожков, из которых, по-видимому, что-то должно выливаться, было несколько. И каждый окрашен в разный цвет.

— Вот! — Дана чуть ли не лопалась от гордости. — Наш гений всё придумал! Вы только посмотрите!

Она ловко подскочила к фиговине, нажала рычажок над оранжевым рожком и подставила высокий стеклянный бокал. Из рожка, шипя и ворча, потекла оранжевая жидкость. Пара секунд — бокал наполнился, а стенки мгновенно покрылись крупными пузырьками.

— А ещё вот так! — Дана плюхнула в бокал три кусочка льда, вставила трубочку, которую мы предлагали деткам в молочных коктейлях, и важно выставила на прилавок.

— Вот! — в который раз повторила она.

Мы с Марком переглянулись, дружно сделали шаг и потянулись к бокалу.

Забыв обо всех приличиях, Дана вставила в бокал ещё одну трубочку. Дегустация так и прошла — Марк держал бокал одной рукой, а другой придерживал трубочку. И я тоже. Наши пальцы переплетались на запотевшем стекле, я чувствовала касание смоляных волос на своём виске, и вдвоём мы пили живительную шипучую влагу с ярким апельсиновым вкусом из одного бокала. Как вкусно!

— А чтобы увеличить количество пузырьков, нужно нажать вот сюда! — Дана продолжала с упоением показывать и демонстрировать новое изобретение-приобретение. — А вот тут, если нажать на этот рычажок, можно регулировать количество сахара! Здорово! Правда, госпожа?

Ой, слух уже резали многочисленные «вот», а девушка не унималась. Она щебетала, порхая вокруг «аппарата для газировки», и наливая всё новые порции напитка. Правда, уже в маленькие кофейные чашечки, справедливо рассудив, что только так мы можем всё оценить. И всё равно — всё попробовать не получилось. Банально — не вместилось!

— Госпожа…

Дана вдруг замолчала. Мы с Марком переглянулись и осознали, что до сих пор стоим, тесно прижавшись друг к другу. Марк даже руку на талию мне положил, притянув ближе, а я держу чашку и мы по очереди пьём из неё.

— Ох ты, господи! — закудахтала девушка. — Ваша Светлость! Пожалуйте за столик! Я вам сейчас кофейку спроворю, а госпожа пока причешется! Вон, коса порастрепалась ото сна, пожалте, за столик. Щас девочки уже придут, втроём, оно быстрее зал готовить!

Это она так деликатно намекала мне о приличиях.

Сама знаю. Но ведь никто не будет осуждать сонную девушку? Да? Дана не будет? Не будет. И Марк не будет. А девушки-официантки не видели!

Я торопливо высвободилась из собственнического захвата молодого мужчины и поспешила наверх.

— Я подожду тебя, Тина! — догнал меня голос Марка. — Я подожду, пока ты сама не сваришь мне кофе!

— Да что ж такое! — злилась я, раздирая спутавшиеся за ночь волосы. — Он же помолвлен! Более того — зимой у него свадьба намечается! А ты, Тина, дура! Расплылась малиновым желе!

И в самом деле, чего это я? Сколько раз уже одёргивала себя и