Перемены на краю империи - Ян Анатольевич Бадевский

Именно здесь меня и ждал глава Рода.

— Вряд ли это вам поможет, — заметил я, указывая на кривой меч и круглый щит в руках беса. — Лучше сразу сдаться и приступить к переговорам.

Бес выглядел молодо.

Как и подавляющее большинство из них.

Я слышал, что минимальный порог инициации бессмертного — что-то в районе семнадцати-восемнадцати лет. Верхний порог — до пятидесяти. Есть очень много теорий, объясняющих такие ограничения, но факт остаётся фактом. Среди бесов вы не встретите дряхлых стариков и малолетних ребятишек.

Глава Рода смотрел на меня холодным немигающим взглядом.

Безусловно, передо мной был отменный боец. Крепкий, вечные тридцать, ни седины, ни морщин. И дело не в том, что этот тип прожил четыреста лет и принял участие в десятках нескончаемых войн Халифата. Я видел его стойку. То, как он держит меч и щит. В реальной схватке, без читерства, я мог бы и проиграть. Но я проиграть не могу. Потому что я — имбовый сукин сын.

Я делаю бесплотным крохотный участок пола под опорной ногой беса. Ровно настолько, чтобы он качнулся, теряя равновесие. Но не провалился.

Аль-Кааби понял.

— Все мертвы, — сказал я. — Могу скинуть слепки.

— Все? — помрачнел глава Рода.

— Исключая тех, кто не мог мне помешать.

В глазах моего противника полыхнул яростный огонь.

— Осторожно, — сказал я. — Иначе мне придётся вас убить. И с кем тогда договариваться? У вас потомков, конечно, дохрена, но они перегрызутся между собой за право на наследство.

Бес был подобен взведённой пружине.

Он готов был кинуться на меня в любой момент, но держал себя в руках. Быстро просчитывал варианты. Я не врал: этот ушлёпок за четыре столетия настрогал толпу детей, и сейчас по миру было разбросано огромное количество представителей Рода Аль-Кааби. Я даже не уверен, что мы успели всех вычислить. Не только дети, внуки и правнуки. Потомки с большим количеством приставок «пра».

— Чего ты хочешь? — спросил бес.

— Угадайте, — хмыкнул я. — Деньги правят миром.

Глава 20

Когда все формальности были улажены, а мирный договор подписан, я сделал знак рукой, и Николай Филиппович Аркус собрал наши экземпляры в папку.

Переговоры были завершены.

Мы сидели в кабинете Абдуллы Аль-Кааби. Окна кабинета выходили в сад, до моего слуха доносилось журчание фонтана.

— Я догоню.

Николай Филиппович, Джан, два наших юриста и люди самого Аль-Кааби вышли за дверь. Мы с поверженным шейхом остались наедине.

— Что вам угодно, барон? — бес посмотрел на меня с откровенной ненавистью. — Война закончилась. Мы пришли к соглашению.

— Всё так, — кивнул я. — Но я обязан вас предупредить о том, что будет после.

— После? — в голосе шейха послышались нотки удивления.

— Да. Погибли ваши дети и потомки, нанесён ущерб репутации. Вы лишились значительных накоплений и активов, кое-какой элитной недвижимости. И, безусловно, вынашиваете планы мести.

— И вы решили забрать у меня даже это? — не удержался от сарказма Абдулла.

— Вовсе нет. Главное, чтобы ваши планы не перетекли в практическую плоскость.

Шейх горько усмехнулся:

— И тогда что?

— Ваш Род окончательно перестанет существовать. А я приду уже за вашей головой. Вообще, странно, что вы не навели обо мне справки перед тем, как ввязываться в эту авантюру.

— Начал наводить, — неохотно признал шейх. — Но не успел собрать все материалы.

— Погорячились, — кивнул я. — И не узнали о Гамовых. Да и не только о них. Поэтому я облегчу ваши размышления, упомянув, что вы увлеклись чрезвычайно выгодным предложением Питера Бланта и тех, кто стоит за ним. Я прав?

— В некотором роде.

— Значит, прав. Вам предложили быстрое решение проблем в Африке, но при условии, что вы начнёте действовать незамедлительно. А ведь я ничего плохого вам не сделал. Кроме того, вы знали о нашей дружбе с Назаром Куртом. И о том, что он поддерживает выбор своей дочери. И всё же хотелось ухватить удачу за хвост.

— Всё гораздо сложнее, чем вы думаете, юноша.

— О, нет. Всё просто, как апельсин. Вы хотели заполучить месторождение алмазов на юге Африки, но оно принадлежало местному царьку. Царёк заломил высокую цену. А рычаги давления на этого типа есть у британского правительства. И это месторождение оказалось для вас более значимым, нежели многолетняя дружба с Куртами. Ах да! Чуть не забыл. Вы сделали ставку на Юсуфа, который горел желанием возглавить Род.

— И к чему всё это? — нахмурился мой собеседник.

— А к тому, — вкрадчиво произнёс я. — Что моя разведка очень хорошо осведомлена о каждом вашем шаге. И поверьте, если на моих землях объявятся ваши наёмники, я найду след. А когда найду — обижусь по-настоящему.

Шейх наградил меня тяжёлым взглядом.

— Вы ошиблись, — сказал я. — Найдите в себе мудрость и благоразумие двигаться дальше. Выбросьте меня из головы. Иначе вашу семью ждёт забвение.

У двери меня настиг вопрос:

— Сколько вам лет, барон?

Я обернулся.

— Вы и этого не знаете, Ваше Превосходительство?

— На самом деле.

Моё лицо осталось непроницаемым.

— Я не бес, если вы об этом.

Абдулла задумчиво кивнул.

— Знал, что вы это скажете. Прощайте, господин барон.

Я вышел из кабинета.

* * *

Створки шикарных кованых ворот разошлись, открывая мне путь в ялы.

Юсуф Курт тоже поселился на берегу Босфора, и его имение практически не уступало по роскоши особняку отца Джан. Подъездная дорожка вилась среди магнолий и кипарисов, в глубине сада мелькали беседки, а слева я заметил искусственный пруд в японском стиле.

Дорожка вывела меня на открытую парковку перед домом.

Слева поднимался горный склон, по которому вверх карабкались крыши зажиточных соседей Юсуфа. Справа высился каменный особняк в пять этажей, фасад которого выходил прямо на залив. Светло-розовое здание с черепичной крышей, многочисленными эркерами, пристройками и балкончиками. Вдоль фасада тянулась каменная набережная с причалом для яхт, но отсюда её не было видно.

Я вышел из спорткара даже не удосужившись открыть дверь.

Прямо через кузов.

Хозяин ялы в сопровождении двух охранников спустился ко мне с парадного крыльца. Никакого намёка на гостеприимство в его глазах не было.

— Эфенди Юсуф! — расплылся я в фальшивой улыбке. — Вижу, что вы безмерно рады нашей встрече!

— Завязывай с этим, барон, — проворчал кинетик. — Скажи спасибо, что ты живым добрался до этого дома.

Я оценил психотипы быков, сопровождавших Юсуфа.

Прыгун и мета.

Ничего серьёзного.

— Вы плохо понимаете расклад, эфенди. Я могу зайти в ваш дом, когда захочу, оставить там склад трупов и выйти когда захочу. Вы