Душнила. Книга 3 - Александр Кронос

— Знаешь, тут есть один оборотень германский. Ему бы твой характер точно понравился.

Алиса повернула голову к Владе, которая сверлила лисицу гневным взглядом. И отрицательно помахала головой.

— Не. Тупые качки — не моя тема. Пусть с ним крестьянки зажигают.

Выражение лица Оболенской, которая уже окружила себя барьером, прочитать было сложно. Но одно я понимал без слов — подобные разговоры чужой свиты для неё точно в новинку.

Впрочем, моё собственное внимание было обращено к дому, который постепенно становился всё ближе.

Стены с иссиня-чёрными прожилками. Затянутые тёмными пузырями стёкла окон. Покрытая непонятной пульсирующей гадостью крыша, с которой свисали ошмётки чего-то похожего на тёмно-розовую плоть.

Не слишком презентабельный внешний вид. Не говоря уже про запах, который бил в нос.

Поняв, что позади свиты Оболенской плетётся ещё один человек, я остановился. Оглянулся назад.

— Возвращайся к машине и жди там. Если твой отец вдруг ещё жив, я его приведу.

Костя потрясённо уставился на меня.

— В каком смысле, если? Он сегодня со мной говорил.

— Угу. Именно так оно всё и происходит, если ты не знал. Вот ты с кем-то говоришь, а через пару часов всё уже кончено. Но он может быть жив. И тогда я приведу его к тебе.

Сам не знал, почему решил отреагировать настолько жёстко. Как будто вскипело что-то внутри, вынуждая ответить Косте на грани. Судя по его собственному лицу, сам он тоже подобного не ожидал. Тем не менее взял и просто побрёл назад.

— Да ты философ, — усмехнулась Оболенская. — Специально где-то учился?

А ведь она до сих пор надеялась вытащить из меня информацию. Интересно, что духоглядка станет делать, когда поймёт, что рассказывать я ей ничего не собираюсь?

Хотя нет. Основной вопрос был в ином — какие мысли посетят её голову после отчёта о моей предыдущей жизни. Могу поспорить, не ранее чем завтра, его положат девушке на стол. И вот тогда ей придётся как-то объяснить самой себе, как так со мной вышло? Причём основных вариантов будет всего два. Либо я успешно скрывался ото всех вокруг, либо обрёл свои возможности совсем недавно.

При выборе второй версии, разветвлений было немного и самые вероятные из них — совсем не в мою пользу.

С другой стороны — прямо сейчас она не понимала кто перед ней и подлинной угрозы не представляла. Да и потом, Оболенские скорее всего предпочтут постепенно прояснять картину, а не бросаться в атаку с шашкой наголо.

Мы были уже совсем близко от стен дома, что позволило с чистой душой проигнорировать вопрос блондинки. Сама она, притормозив, повела взглядом, рассматривая стены.

— Вперёд. Выполнить разведку и доложить.

Не успел я понять, к кому она вообще обращается, как вперёд устремились все трое телохранителей. Оба мужчины окутались защитными барьерами и сформировали энергетические шпаги. Позвоночник женщины сверкал бирюзой, а сама она достала револьвер, на котором тут же засияли символы.

Один из почти одинаковых парней рубанул шпагой дверь, вскрыв замок. Осторожно заглянул внутрь. Потом снял с пояса и метнул внутрь что-то осветительное.

— Быстрее! Мне что, всю ночь тут торчать?

В голосе Оболенской звучало явственное раздражение, а её люди тут же ускорились. Все трое исчезли внутри, продвигаясь вглубь дома.

— У вас наверное очень детализированные слова присяги. Чтобы даже плюнуть на труп хозяина было нельзя.

Слова Влады буквально сочились иронией, а вот повернувшаяся к ней Оболенская, расплылась в улыбке.

— Откуда тебе знать что-то о присяге, дикарка? У кого ты её в своих лесах принимала? Медведей с волками разве что.

В воздухе негодующе каркнула Грана. После чего послышался скрипучий голос вороны.

— Порр-р-рвать и утопить! Рр-р-распутная девка!

Аристократка медленно подняла взгляд. Проводила им улетевшую птицу. Повернулась к Владе.

— Она у тебя разговаривает?

— А что, твои так не умеют? Присяга запрещает?

Духоглядка моргнула, пребывая в однозначной растерянности. Из проёма же показалась женщина-ведьмачка.

— Всё в порядке, Ваше Златешейство. Можете заходить.

— Может пусть она одна идёт? А мы назад поедем, пиво пить… Что скажешь, хозяин?

Судя по тембру голоса, Алиса заходить в дом желанием не горела. Но отступать сейчас было бы глупо. К тому же, Анна использовала фразу «выкачать силу» — значит внутри могут ждать трофеи. Да и трое её присяжников двигались первыми. С одной стороны — могут что-то присвоить, пока никто не видит, но с другой именно они примут на себя первый удар.

— Можешь подождать здесь. Вместе с Владой. А мы с Верпой сходим внутрь.

Шаманка с кицунэ обменялись взглядами. Потом вместе уставились на Анну, которая сделала вид, что ничего не заметила.

— Ну уж нет. Я помню истории о том, как ценна свежая кровь.

Посмотрев на решительно шагнувшую вперёд Владу, я сначала не понял, о чём она. Но уже через секунду дошло. Духоглядцы активно размножались. Но от соития обычного человека и того, что может использовать золотую мощь, чаще всего рождались самые обычные дети.

Для надёжности результата, требовался партнёр с «родословной». Тот, кто обладал точно такой же мощью. Как итог — все крупные и влиятельные семьи духоглядцев давно приходились друг другу роднёй. Как минимум, их основные ветви. Отыскать новых партнёров, которые бы не являлись твоими родственниками, при этом будучи настоящими духоглядцами, стало настоящей проблемой.

На днях всё это вывалила на меня Беатрис, которой внезапно захотелось поговорить на тему размножения. А для надёжности приправила краткой геополитической справкой — семьи, которые не были в союзнических отношениях, как потенциальные партнёры рассматриваться не могли. Даже пожелай кто-то из них заделать ребёнка с человеком противоположного пола из фамилии конкурентов, ему бы такого не позволили. В самом крайнем случае убили бы.

Всё это пронеслось в голове, пока я шагал следом за шаманкой, что решительно вломилась в проём. Правда перед самой дверью меня обогнала Верпа.

— Негоже в такое место нечистое и первому вам заходить, юный господин.

Сзади чмокнули губы Алисы, вытащившей изо рта чупа-чупс.

— А мне зато видна жопка господина. Така-а-ая задница. Я бы её пожамкала…

Впереди что-то буквально прорычала Влада. Тяжело вздохнула Оболенская, закатившая глаза. Сам же я шагнул за порог.

Стены внутри были точно такими же — покрытыми странными пульсирующими полосками. Издалека те казались похожи на те «вены», которые опутывали стены техникума. Но вблизи стала понятна разница.

Если в том случае, я действительно наблюдал