Фантастика 2026-2 - Олег Велесов

кровь сосём из младенцев, ну и дальше в том же духе. Настроены они крайне отрицательно, поэтому их нужно остановить. Это очень важно, Кирюша, от этого зависит наше будущее.

— Ты мне доверяешь, папа?

— Да, котёнок. Но только прошу…

— Беречь себя. Спасибо, пап, я тебя не подведу.

Она чмокнула меня в щёку, глаза лучились радостью.

— Помни главное, дочь, эти люди не должны пострадать. Они должны перейти на нашу сторону, понимаешь? Ты должна поговорить с ними и убедить, что их обманули. Кровь младенцев мы не пьём, наоборот, хотим прекратить всё то, что принесли им Олово и его адепты. Мы вернём, что было при Конторе и сделаем мир ещё лучше. Думаю, кто-то из них попытается убить тебя. Это последователи примаса…

— Разберусь, — Кира прижалась ко мне. — Я хорошо чувствую, когда и от кого исходит угроза. Я сделаю всё правильно. Можно взять с собой Филиппа?

— Возьми.

— Филипп!

Пацан всё это время следил за нами взглядом ревнивца. Услышав своё имя, выскочил из броневика и кинулся к платформе.

— Надеюсь на тебя, котёнок.

Я хотел обнять Киру покрепче, но она вывернулась из моих рук.

— Ты не пожалеешь, папочка! Всё, до встречи. Алисе привет!

Платформа развернулась и, посылая сигналы марширующим звеньям, направилась к Дальним воротам. Дорога от Анклава в конгломерацию шла по краю поля крапивницы до реки, от неё, минуя заброшенный животноводческий комплекс, к Василисиной даче. Это полста километров. Потом вдоль железнодорожных рельс до первых мельничных посёлков конгломератов. Как таковой дороги там нет, не накатали, но земля ровная, без оврагов и холмов, лишь к западу начинается пустошь, а вместе с ней ложбины, изломы, каменистые россыпи. Но это бог с ним, меня другое интересует: где они аккумуляторы заряжать будут? Последний пункт зарядки на Василисиной даче, а дальше всё — конец цивилизации. В посёлках электричества давно нет, как и во всей конгломерации. Далеко ли платформа без зарядки уедет? Как возвращаться будут?

Как у меня вообще ума хватило отправить туда своего ребёнка? Идиот…

Но я же хотел, чтобы она была самостоятельной, рассуждал об отмене родительской опеки. Вот она отмена, правда, выглядит так, словно я родную дочь только что швырнул в реку и теперь гляжу с бережку, как она выплывет… Впрочем, на то она и двуликая. Двуликие взрослеют быстро. Кира давно жаждала самостоятельности, именно эта жажда и подвигла её на авантюру с Савелием. Вот пускай и выплывает.

Подъехала платформа с лабаза, двое бойцов помогли Алисе спуститься. Я подбежал, подхватил жену на руки и понёс к броневику. С Коптичем вместе устроили её в задней части боевого отсека.

— Где Кира? — мгновенно сориентировалась Алиса.

Сначала я кратко обрисовал ситуацию по Загону — штурм, потери и наличие угроз со стороны, дабы иметь возможность объяснить свой поступок, и лишь после этого сказал, куда отправил дочь. Сразу же попытался объясниться, дескать, не совсем прав, надо было ещё лет семь подождать до полного совершеннолетия, но, увы, что сделано, то сделано, а теперь ругай. Алиса ругаться не стала. Она, в принципе, никогда не ругается, только на вид ставит, а сейчас, наоборот, похвалила.

— Правильно. Давно пора из-под крыла её выпускать. А то квохчешь как клуша. Олово где?

— На платформе с гвардейцами.

— Придумал, как брать ворота?

— Есть мыслишка. Главное, подойти к ним поближе. Ты как, поможешь?

— Нет, Дон, пока не готова, и вряд ли раньше завтрашнего дня оправлюсь.

— Понял. Но ты не волнуйся, мы с Коптичем справимся. Справимся же, дикарь?

Коптич кивнул.

— Ты только объясни, что делать.

На планшет прилетело сообщение от Куманцевой.

Всем командирам подразделений приказано выполнять твои распоряжения. Поздравляю с получением ранга штаб-звеньевого Красного анклава.

Внизу стояла ссылка на общий чат. Что ж, пришла пора действовать.

— Желатин, к Загону.

Смешно: я штаб-звеньевой Анклава, следующий по старшинству после Наташки. Голикова не дожила, жаль, вот бы взбесилась. Мне плевать, конечно, на все их ранги, но приятно.

Взгляд вдруг уткнулся в Данару. Она лежала рядом с Алисой и по-прежнему спала. Лицо мирное, спокойное, на запястьях верёвки. Две женщины, две моих… женщины… которые час назад едва не убили друг друга. Алису я люблю, а Данара… Перед ней я чувствовал вину — с того самого дня на свалке. Грязная, опаршивевшая, обезумевшая… Сначала я испытал радость — жива! Но потом пришло отторжение. Я пытался избавиться от него, гнал, проговаривал мысленно, что Данара моя единственная и останется единственной до конца… Не получилось, не избавился. Я обманул её, предал ту клятву, которую мы дали на Аллее любви на виду двух безмолвных свидетелей — Оки и Волги…

— Дон!

Жёсткий голос Алисы выдернул меня из пут самобичевания. Я встряхнул головой:

— Что?

— Как дела у Гука, спрашиваю?

— У Гука? Ага… У Гука… Сейчас свяжусь.

Я открыл чат.

Привет, крёстный. Как ты? Мы взяли Олово и королеву. Урса и Гамбит покойники. Сейчас едем на штурм Загона. Анклав с нами.

Ответ пришёл минут через десять, когда броневик подъезжал к защитному периметру жилого микрорайона. На въезде стоял патруль редбулей. Высокий парень в зелёной каске закричал:

— Стой! Прижмись к обочине!

Желатин принял вправо, следом за нами повернула платформа с гвардейцами.

— Коптич, объясни ребятам ситуацию, — приказал я и открыл сообщение от Гука. Алиса прижалась ко мне, вглядываясь в экран.

Хорошие новости. Были сомнения, но вы смогли. Поздравляю. Только не расслабляйтесь, война ещё не закончена, адептов внутри Загона хватает. Свяжись с Германом, я пытался — не ответил. Мы держим выход из Квартирника. Пока тихо, квартиранты выходить не пытались.

Может, решили не встревать? Если попытаются связаться с тобой, скажи, что Олово у нас, это заставит их задуматься. Но в любом случае посылаю тебе роту редбулей, будут ждать на перекрёстке. Попробуй блокировать Северный пост, людей теперь хватит.

Понял. Редбулей встречу, спасибо за подмогу, Дон.

Не за что. До связи.

Броневик двинулся дальше. Я приподнял голову над бортом, высокий патрульный вскинул руку к виску, приветствуя новоиспечённого штаб-звеньевого.

За полкилометра до Восточного въезда остановились. Желатин припарковался за обшарпанной двухэтажкой. Ко мне сразу подбежал редбуль с тремя годичками, представился:

— Командир батальона особого назначения звеньевой первого ранга Солнышкин.

— Красивая фамилия.

— Так точно, товарищ штаб-звеньевой.

Я предупредил:

— Запомни, Солнышкин, все эти «товарищи», «звеньевые» сейчас только мешают. Я — Дон, и больше