"Дорогой барон". Компиляция. Книги 1-41 - Сириус Дрейк

— Ставки сделаны, ставок больше нет! — хлопнул в ладоши Горький, окатив всех легкой волной энергии.

Оба соперника приготовились, и бой начался.

В помещении находился телевизор с трансляцией. Звездочет добавил громкости, чтобы слышать комментатора.

'Мария Кутузова, дочка генерала Сергея Кутузова, делает первый выпад. Ее соперник, Фанеров Евгений, пока только блокирует и уворачивается от атак, иногда делая довольно слабые попытки бить в ответ. Все же мастерство дочери генерала на куда более высоком уровне. Даже опытному магу будет сложно выстоять против нее.

Но что это⁈ Мария просто отходит и ждёт, когда ее соперник начнет нападать. Удивительно, насколько же она уверена в себе!

Вот оно! Фанеров начинает слабые попытки нанести хоть один удар, но все впустую. Видно, что для Марии это просто лёгкая забава…'

— Эх, я так понимаю, поздно менять ставку? — грустно вздохнул Горький.

— Конечно, — хихикнула царевна. — Помните, ставки сделаны, ставок больше нет!

Ещё десять минут они наблюдали за однобоким поединком, пока Кутузова не принялась кричать на Евгения.

— Он что, плачет? — подняла бровь Екатерина, наклонившись к стеклу ложи.

'Удивительно, Фанеров, осознав слабость и безвыходность, разревелся! Как же…

Постойте, что происходит? Наш плакса перешёл в агрессивное наступление! Что? Что твориться, дорогие зрители?

Евгений Фанеров отбивает каждую атаку Кутузовой! Все удары, один за другим! И он продолжает рыдать в голос!'

Тут уже и Звездочет с Горьким наклонились к стеклу.

Во время очередной атаки Фанеров буквально рассек арену на две части. Такой силы был удар.

Теперь оба соперника поменялись местами. Мария пыталась нанести хоть один удар, но Евгений только увеличивал темп. В какой-то момент его атаки просто невозможно было разглядеть, и Марии пришлось перейти в глухую оборону.

Еще через несколько минут Евгений сделал простую подсечку, выбил оружие из рук Марии и быстрым движением вырубил Кутузову рукоятью меча.

— Ха! Я же говорила! Наконец-то ставочка зашла! — хмыкнула царевна и вытянула руки, в которые тут же легло по рублю. Стандартные ставки, которые они делали уже много раз. И эти выигранные два рубля куда ценнее миллионов. Азарт, и никакой корысти.

— Удивительно, — в шоке произнес Звездочет. — Я думал, что он не победит… Даже при том, что Евгений будет сражаться в полную силу. Все же Кутузова…

— Да, Евгений довольно экстравагантный молодой человек, — согласился Горький. — Но да, результатом я удивлен.

Только Екатерина знала истину. Ведь она видела досье, и была в курсе, что с Фанеровым произошло лет десять назад. Любопытно, насколько он стал сильнее. Она и подумать не могла, что он сможет настолько вырасти.

Все же Маша проиграла, сражаясь в полную силу. Хотя, если бы они бились, используя магию, исход был бы куда непредсказуемей. Но судя по тотальному подавлению Фанерова, ничего не изменилось бы.

Он с самого начала осознавал свою силу, поэтому ревел как девчонка, не желая причинять вред любви всей жизни.

* * *

Комната отдыха барона Кузнецова.

Такого исхода я не ожидал. Все же в план не входило поражение Маши. Хотел просто обеспечить ей достойный поединок.

Я наблюдал, как объявили победителя, и как Евгений быстро подскочил к Марии и, рыдая, подхватил ее на руки. Хоть она уже очнулась и просила поставить ее на землю, Евгений спустил ее с арены и только там отпустил.

Я стоял в коридоре. Мозг понимал, что это честный поединок, но все же почему мне так обидно?

— Маша, пожалуйста, прости, я честно… — продолжал твердить Фанеров, размазывая слезы по красному лицу.

— Женя, ты молодец! — потирая ушибленное место, сказала Маша. — Наконец, ты показал свою силу. Я тобой горжусь. Пожалуйста, прекрати рыдать!

Она улыбнулась.

— Я честно, не хотел… — и продолжал он хныкать и пускать сопли на дорогой пиджак.

— Хватит реветь! — рявкнула Маша.

Тот резко прекратил, вытер сопли и встал по стойке «смирно».

— Молодец! — погладила она его по голове как щенка. — А теперь иди и готовься к финалу.

Когда он ушел, Кутузова повернулась ко мне.

— Я была ужасна, — утвердительно сказала она и сама пустила слезу.

Первый раз увидел, как Маша плачет, и даже немного растерялся.

— Идиот, обними ее! — зашипела Лора и кольнула меня энергией в щеку.

Я быстро обхватил Машу, и мы пошли ко мне в комнату. И тут она дала волю эмоциям и разрыдалась в голос, уткнувшись мне в плечо.

— Я честно хотела победить! — сквозь слезы произнесла она. — Я так старалась…

— Я знаю, дорогая, знаю! Ты все сделала правильно, ты молодец! У тебя был достойный соперник.

Она отстранилась от меня.

— Он очень силен, Миша, очень…

— Знаю, но и я не слабак, — подмигнул я и поцеловал ее в щеку. — Ты же подождешь меня?

Я взял свою Волшебную палочку и пошел на выход.

— Жди меня, моя принцесса! — воскликнул я и по-дурацки отправил ей воздушный поцелуй. — Сначала Овчинников, потом Фанеров.

— Позер, — вытирая слезы, улыбнулась Маша.

Глава 24. Неудачное интервью

Где-то в коридорах стадиона КИИМ

— Уму непостижимо! Проиграть, и кому? Какому-то барону⁈

Граф Трубецкой в ярости пнул урну, и ее содержимое рассыпалось по полу. Сзади за ним шагал его сын, Марк.

После проигрыша отец долго кричал, хотя Марк не понимал, в чем причина? Он в прошлом году даже в четвертьфинал не попал. Весь год он только и делал, что тренировался.

— Отец, что случилось? — Марк редко видел его в таком состоянии. Как будто за проигрышем кроется еще нечто, и отцу нужен лишь повод, чтобы попсиховать.

— Ты проиграл, вот что случилось! — огрызнулся Трубецкой-старший. — Завтра же я уезжаю в Москву.

— Папа, я думал, ты немного побудешь в городе…

У Юрия Анатольевича в голове роилась куча мыслей: от плохих, до просто ужасных. Но он пока сдерживался. Все же он граф, а не хрен моржовый.

Его проблемы никак не должны касаться семьи. Трубецкой-старший остановился и сделал пару глубоких вдохов.

— Ладно, прости сын, ты молодец. Я тобой горжусь…

— Прости, что не смог выиграть!

Марк догадывался, что у отца что-то случилось, вот только расспрашивать о его делах было не к месту, и вряд ли он с ним поделится.

— Ничего, — пробубнил Юрий Анатольевич. — Но мне надо уехать как можно раньше… — он глянул на часы. — Еще придется заехать в парочку мест, по делу.

— Ладно, — согласился Марк. — А мы скоро увидимся?

Юрий Анатольевич призадумался. Все же он любил сына. Прислушавшись к своим чувствам, он понял, что по большому счету не сильно злится на Марка за то, что он не прошел дальше. Скорее, Трубецкой злился на соперника. Да и утренний инцидент с девушками добавил лишних переживаний.

— Не хочешь поехать со мной? — наконец