"Фантастика 2026-160". Компиляция. Книги 1-28 - Вахтанг Глурджидзе

— Завтра узнаешь, — пообещал он.

И не ошибся.

Утром пошел дождь, и такой сильный, что полевые работы отменили. Однако изменившаяся погода не уберегла от наказания первокурсников, попавших в лапы Кощея.

Приговор был жесток: десять километров бегом по пересеченной местности, с грузом. Под холодным осенним дождем, из-за которого еще и дороги размыло. Каждому выдали мешок, куда насыпали килограмм пять картофеля из суточной нормы. По замыслу Кощея, этот картофель после забега нужно принести обратно в столовую и почистить, иначе все курсанты останутся без обеда. А еще провинившимся выдали карту и каждого курсанта пометили маячком, чтобы никто не сворачивал с намеченного маршрута.

Я легко пропустила бы это мероприятие. И совесть не мучала бы, ведь в клуб я пошла из-за Этери. Но она же не оставила мне выбора.

— Драка из-за меня началась, — сказала она. — Я со всеми побегу.

— Драка началась не из-за тебя, — попыталась возразить я.

Но Степан согласно кивнул, Мишка закатил глаза, Сава довольно усмехнулся, а Матвей начал разминаться.

— Ты тоже⁈ — изумилась я, обращаясь к брату.

— Это справедливо, мы же тоже там были, — ответил за него Сава.

Кощей против нашего участия, естественно, не возражал. А однокурсники определенно одобрили такое рвение.

По совету Матвея мы разделили картофель в мешке на две примерно равные части, предварительно завязав мешок. Получился «шарф» с толстыми концами. Первые же метры доказали, что нести его на шее удобнее, чем в руках.

Я вовсе не была уверена в собственных силах. Я могла одолеть десять километров, но по ровному покрытию. Иногда Сава заставлял меня бегать по песку, недлинные дистанции. Тут же дождь, ноги скользят и разъезжаются, одежда мокрая, мешок натирает шею. И корсет, вишенкой на торте. А ребята с самого начала взяли высокий темп. Все же… мужики. Сильные, выносливые, крепкие. Обидно проигрывать вот так, по глупости.

Но все же сильнее я переживала за Этери. Понятно, почему она гибкая и ловкая. Занятия танцами, тренировки с братом. Вот только брат не устраивал ей марш-броски по сельским дорогам, размытым дождем. И чего она такая неуемная? Сидела бы тихо! После того, что случилось вчера вечером, никто ей слова обидного не сказал бы.

Перед началом «экзекуции» Глеб успел предупредить, что общий сбор назначен на «после того, как все это закончится». И обсудить надо два вопроса. Один из них определенно касался меня.

Если в начале пути я проклинала дождь, то к концу была благодарна за то, что он не прекращался. Он скрывал мои слезы.

Как я и предполагала, Этери быстро отстала, и я сбавила темп, чтобы не оставлять ее одну. Матвей и Сава бежали впереди. Полагаю, для них это было чем-то вроде легкой прогулки. Этери перешла на шаг, еле плелась, и частично мои силы уходили на то, чтобы толкать ее вперед и не позволять упасть. В конце концов, мы потеряли из виду тех, кто бежал впереди.

А карту нес Глеб.

Какое-то время я ориентировалась по следам в грязи, но вскоре мы добрели до развилки, где в лес уходили две тропы. И по какой из них нам нужно двигаться, я не представляла.

На эмпатию и магию — никакой надежды. Дождь приглушал эмоции и смывал следы магических эманаций. Мы с Этери остановились, и тут из-за деревьев вышел Степан.

— Догоняй, — сказал он мне, указывая направление. — Я за ней присмотрю.

Я не ослышалась. Не «за ним», а «за ней». Это подтверждало, что парни раскрыли секрет Этери. Возможно, и мой тоже.

Степан забрал у Этери мешок с картошкой.

— Нет, я с вами, — возразила я.

Пожалуй, догнать однокурсников я уже не смогу.

Без мешка Этери зашевелилась быстрее. Вскоре я обнаружила, что рядом бежит Мишка. А потом мы каким-то непостижимым образом догнали парней.

Выяснилось, что это не мы круто бежим, это, с подачи Глеба, авангард ждал отстающих. После мы все так же плелись в конце, но темп бега снизился.

— Забрать мешок? — спросил Матвей, поравнявшись со мной.

— Нет, — отказалась я.

Матвей справился бы и с большим весом, но я не желала показывать слабость. Хотя двигаться становилось все труднее.

Последние километры слезы лились из глаз, дополнительно сбивая дыхание. Я практически не ощущала собственного тела. И ничего не чувствовала, кроме боли. Потому и плакала, радуясь, что из-за дождя не видно слез. О моем позоре знали только эсперы. И то, если им хватало сил прислушиваться к чужим эмоциям.

Этери повезло меньше. Ее мешок по очереди несли Степан, Мишка и Глеб. А ее саму на закорках тащил Матвей. Вроде как Мамука подвернул ногу, а бросать его одного нельзя. Ложь, в которую никто не поверил. Кажется, все уже знали, что Мамука — девушка.

Добравшись до лагеря, я повалилась на землю. Не я одна. В грязи, раскинув руки, лежали многие. Грозный окрик Кощея напомнил нам, что наказание не закончилось.

Чистить картошку пришлось под дождем. На кухню нас, мокрых и грязных, не пустили. Зато повара облегчили задачу: выдали ведра и велели их наполнить очищенными клубнями. А все, что осталось, забрали на склад.

Только после этого Кощей нас отпустил.

— А я предупреждал, — с видом мудрого старца изрек Сава, когда мы полезли в свою палатку за чистой одеждой.

— Тебя тоже предупреждали, в свое время, — отозвался Матвей. — Тебя это остановило?

Мишка первым умчался к душевым, занимать очередь.

Чего я не могла понять, так это почему Сава чувствует себя виноватым. Он почувствовал, что я плакала?

— Сава, спасибо, — искренне поблагодарила я его. — Если бы не ты, я не смогла бы… то есть, не смог. Не добежал бы. И спасибо, что не опекал.

Теплая радость вытеснила чувство вины.

Так как дождь не прекращался, Глеб выпросил разрешение провести собрание первокурсников в столовой, после обеда. Я уже более-менее пришла в себя, и общее настроение курсантов уловила без труда. Усталость и раздражение, что вполне логично. И еще что-то вроде предвкушения.

Любопытно, они так разоблачения ждут, что ли…

Этери, бледная и подозрительно спокойная, определенно готовилась к худшему.

— Обойдемся без вступления, — сказал Глеб, как только все расселись. — У меня всего два вопроса. Первый. Какая сволочь решила, что заглянуть в штаны чужими глазами — не нарушение правил игры? Второй конкретно к тебе, Ярослав. Как часто ты игнорируешь этические нормы, принятые у