Мятежник - Роман Феликсович Путилов

которых было следить за обстановкой, собирать слухи, сплетни и прочую информацию, успеть запереться за стенами в случае опасности и продержаться двое суток, пока мои боевые эскадрилии не принесут с небес возмездие любому, кто посмеет нарушить мои прошлогодние договоренности с местными владыками, баями и прочими эмирами.

На Севере, в Сибири, вроде бы тоже все было нормально. В Европейской части Империи императрица Инна, проиграв войну, пыталась обрести опору своей власти, задабривала гвардию и аристократию, для чего вводила новые налоги и утилизационные сборы, округляя существующие ставки в пользу казны и раздаривая фаворитам государственную собственность и экономические привилегии. От такой жизни, от призывов затянуть пояса и сплотиться вокруг молодой Императрицы и Наследника, народ побежал в Сибирь, к низким налогам и мирной жизни. Особенно много среди переселенцев было беженцев из западных областей, что бежали от этнических чисток ляшской кавалерии и ураганного огня тяжелых орудий Германского союза. И, на первый взгляд, эти обстоятельства меня полностью устраивали, но, как говорили почти полвека в бывшем Союзе, главное, чтобы не было войны.

Мое новоиспеченное государство располагало горсткой профессиональных солдат, разбросанных на огромной территории, иррегулярной кавалерией из числа кочевников, родственных Гюлер племен и авиацией, которая пока была козырем в этом мире. Но, это было пока, до той поры, пока за меня всерьез не взялись старые аристократические дома, с их фамильными магическими приемами и способностями, которых я не знал и даже не представлял пределов их могущества. Одна Ванда с ее колдовством, чья природа была неизвестна здесь даже моей божественной покровительнице, вследствие которого я, до сих пор, не мог полноценно пользоваться своими ногами, чего стоила. А если этих колдунов и волшебников будет не один десяток, да и при поддержке родовых дружин с десятками магов низкого уровня, примерно равных по способностям мне…

Поэтому, мне было крайне необходимо разработать нетривиальный шаг, который поможет мне сорвать, организуемую британцами, интервенцию. Я должен был выставить ее истинного организатора — премьер — министра Британской империи безголовым кретином, нанести англичанам невосполнимый и ничем не оправданный ущерб, который поможет будущему королю Эдуарду, не помню с каким номером, прочно сесть на трон. Не то, чтобы я надеялся на союз с Британией, но пока Эдуард должен был мне денег, о чем имелись вполне себе официальные расписки, написанные будущим Величеством собственноручно. И хотя я помню, как заканчивали свой жизненный путь кредиторы королей, типа членов ордена Тамплиеров, но ведь Ротшильды сумели на этом подняться.

В любом случае, первым делом мне надо готовиться к войне в условиях жутчайшего дефицита личного состава, так я не считал возможным для себя ставить в строй людей, бежавших в мою страну от войны.

Глава 17

По всему периметру моих границ грохотали барабаны и выли боевые трубы. В Лондоне местные газеты обвиняли в гибели монарха меня и требовали организовать крестовый поход в Сибирь, дабы прибить меня и все мое семейство к крестам, сжечь и развеять пепел по ветру. Толпы лондонской черни толпами бродили по городу, в поисках моих агентов, и горе тому прохожему, кто казался им похожим на сибиряка. Зато в великосветских салонах обсуждались статьи из европейских газет, что мины, взорвавшиеся под носом крейсера «Орландо», действительно были взяты из Королевского арсенала, а премьер раскопал где-то на задворках империи кого-то из потомков Тюдора, и государство ждет смена династии. Из Шотландии же доносились слухи, что из небытия вынырнул опальный герцог Эдинбургский, объявивший себя королем Эдуардом Девятым, который во главе небольшого отряда движется по Шотландии, и к нему стягиваются представители шотландской аристократии второго и третьего эшелона, видевшие в самозванце единственную возможность изменить свое нищенское существование, стать наконец-то кем-то.

Очередной удар по имиджу премьер-министра нанесла французская газета «Парижский обозреватель», множество экземпляров которой были изъяты британской таможней, но отдельные листы попали в Лондонские великосветские салоны, из которых высший свет узнал, что сразу после гибели большей части представителей правившей королевской династии и пожара в королевском дворце, подданная Российской империи и Сибирского царства, известная, как Ванда, княгиня Строганова, получила от премьер — министра уютное поместье в графстве Корнуолл всего за пять фунтов стерлингов, и впервые люди стали шепотом передавать друг другу слово «Измена». Но это пока были всего лишь шепотки, премьер — министр крепко удерживал власть в стране, на территории колоний и зависимых от Британии областей.

Моя разведка плотно наблюдала за поездами с оружием, но способа уничтожить их я пока не нашел. Поезда шли медленно, находясь под охраной кавалерийских отрядов местных бандитов. С каждой третьей платформы в небо смотрели либо многоствольные Гатлинги или пушки, в небе висел дирижабль, а пара левитирующих магов осматривала состояние «чугунки» по ходу движения поезда. На принятие решения мне оставалось около десяти дней (примерно столько оставалось для прибытия поездов с оружием в точку сбора конных шаек) и я решил пока заняться воцарением моего должника на престол.

Трагедия на реке Тэй.

Их Величество я застал в городе Данди, небольшом городке, расположенном на берегу величественной реки Тай. Короля поселили в старинном замке Дадхоуп, недавно отремонтированном и перестроенном, скорее, во дворец. Замок — дворец виднелся из любой точки города, так, как располагался на высоком холме, который, за последние пару дней превратился в средневековый военный лагерь. У меня было ощущение, что я попал в сказку. Только очень страшную. На вершине пологого холма, вокруг светлых стен дворца располагались десятки палаток и шатров, горели костры, варилось какое-то варево и бродили сотни пьяных вооруженных мужиков, большинство из которых были обряжены в шерстяные юбки цветов шотландских кланов. Единственным образцом порядка в этом бедламе была цепь стрелков в красных мундирах, окружавших здание замка.

Воины — увани, набранные мной на территории принадлежащего мне Якутского княжества, бесстрастно взирающие на этот бедлам и единственные, кто отреагировали на мое появление. Прозвучала команда и от цепи отделились двое стрелков, которые освободили мне дорогу и проводили до дверей дворца, расталкивая компании пьяных шотландцев.

— Ваше Величество…

— Брат мой… — король Эдуард Девятый сделал пару шагов мне навстречу.

— Вас можно поздравить? Вас окружают сотни сторонников…

Король с легкой гримасой покосился в сторону десятка дворян, стоявших в углу зала с бокалами шаманского в руках и недовольно косящихся в мою сторону.

— Премьер — министр направил сюда два эскадрона гвардейской кавалерии. Они уже на том берегу реки.

— Не понял, ваше величество, что за пессимизм? У вас только вокруг дворца пара тысяч человек. Вам ли бояться сотни гвардейцев?