Управляю недопониманиями - Boroda

Глава 11

«То пусто, то густо», — с лёгкой иронией думал я, поглядывая на сестру, которая увлечённо пересказывала леди Мэрили очередную морскую байку одного из наших старших братьев. Столько лет не был в компании прекрасных леди, и вот, пью чай сразу с двумя. И не важно, что одна из них сестра — она тоже меня не баловала своим присутствием.

Эм… сейчас понял, что последнее время только и делал, что тусовался по выходным с красивой девушкой. Пусть и замаскированной. Но я-то не знал, так что не считается!!! Да и Свэн, реально, натуральный «свой парень».

Мы с матушкой, Мэрили и Тильтой недавно покинули столичный театр, где наблюдали «чудесную» комедийную пьесу. Баронесса отправилась в особняк, чтобы готовить его к скорому приему, а мы втроём поехали в заведение, где можно попить чая, пообщаться в целом и обсудить комедию. Ну как, комедию… По мне, так юмор в представлении был настолько беззубым, насколько это только возможно. Ни шуточек ниже пояса, ни сортирного юмора. Леди понравилось, а я, по большей части, веселился ловя на нашей компании удивлённые взгляды других зрителей. Общество было поражено тем, что ложа Валуа не просто не пуста, но в ней присутствует ещё и кто-то помимо наследницы графства.

Дело в том, что на это свидание меня пригласила Мэрили. Если точнее, то девушка отправила приглашения в театр на моё имя и имена баронессы Евлампий с дочерью. Это было слегка неожиданно, потому что при прошлой нашей встрече мы с девушкой просто обтекаемо обсудили возможность посмотреть пьесу. Ну и, во время беседы, я обмолвился про то, что мои родственницы скоро прибудут в столицу, а для Тильты будет в ближайшее время организован небольшой приём в особняке Брэйн. Последнее было сказано ради того, чтобы намекнуть наследнице графа Валуа о скором приходе приглашения на это мероприятие.

Почему о театре говорили обтекаемо? Тут нужно слегка углубиться. В пору театрального сезона ложи выкупаются полностью домами высшей аристократии. Мне, недавно простому рыцарю, о чём-то подобном и мечтать не стоит. Деньги — космические. Ещё и связи нужны. Леди Мэрили об этом прекрасно знала, и сидеть в общем зале желанием не горела. Именно поэтому я не звал её туда, где большое скопление людей находится от нас в непосредственной близости — девушке некомфортно. Но и она прямо не спрашивала в формате: «а погнали в театр?», чтобы не поставить меня в неловкое положение.

Род Валуа, наследница которого «просто так» интересовалась моим отношением к театральным постановкам, имеет СОБСТВЕННУЮ ложу в театре. Не арендованную, не выкупленную на сезон, а собственную. Фактически — купленный кусок театра. Такое есть ещё только у герцогства Лупердель. У Короля бы тоже было, но для монаршего рода есть специальная королевская ложа во всех подобных заведениях.

Так что самому факту приглашения в театр я не удивился, а вот расширенному составу — немного. Ненадолго, в принципе. Тогда я подумал, что Мэрили либо решила улучшить отношения с моими родными, либо просто хотела сделать мне приятное. Но в ходе театрального представления понял, что несколько ошибся, и в очередной раз себя обругал.

Леди Валуа явственно получала удовольствие от общения с Тильтой и баронессой. Сестрёнка смущалась, причём как саму Мэрили, так и меня, но была очень вежлива и говорила с Мэрили тепло и с охотой. А наша с Тильтой матушка… Она просто была расположена к леди Валуа, и открыто демонстрировала хорошее отношение. Баронесса Евлампий — очень добрая женщина, которая явно одобряла наш с Мэрили… э-э-э… процесс сближения.

Мда, несмотря на всё своё обучение, опыт и, в принципе, не самые слабые мозги, временами я туплю. Забавно, но иногда это даже хорошо. Мне было приятно видеть, как моя леди чуть ли не купается в хорошем отношении окружающих. Я с удовольствием подмечал новые грани радостных эмоций, мелькающих на лице Мэрили. Да, это замечательно. Я был искренне счастлив видеть, что девушка именно наслаждается компанией других людей, а не просто пытается сделать мне приятное. Это… дарило и мне надежду. Надежду, что для Мэрили не будет человека, который станет абсолютным центром мира.

Потому что это неправильно. Это страшно. Когда влюблённый человек говорит объекту обожания, что тот для него — весь мир, то он, обычно, не вкладывает в эти слова и доли смысла, что вложила бы Мэрили из оригинальной игры.

Я самолюбив, эгоистичен, ревнив, временами жесток, в части вопросов — бескомпромиссен. Нарушаю законы: как Эйрума, так и человечности в целом. Но, несмотря на вышеперечисленное и собственнический характер, я не хочу, чтобы дорогой мне человек фокусировался на моей персоне до помешательства. Да, это тоже эгоистичное желание. Эгоизм…

Я эгоистично хочу, чтобы моя леди была счастлива во всех смыслах. И в моей компании, и с подругами, и… с детьми. Я хочу, чтобы она любила жизнь и получала от неё удовольствие не только в те моменты, когда её мужчина рядом. Чистой воды эгоизм. Ведь её счастье — будет и моим счастьем тоже.

— При Академии, на океанической кафедре, есть немаленький музей, где собраны разнообразные экспонаты, — Мэрили улыбалась, беседуя с Тильтой. — С нетерпением жду вашего зачисления, чтобы можно было услышать ваши комментарии к академической коллекции, леди Тильта.

— Там много интересного! — сестра сначала открыто улыбнулась, потом запнулась и быстро добавила. — Я читала про океаническую кафедру и музей!

Тильта наверняка видела эту коллекцию. В прошлой жизни.

Вчерашний рассказ сестрёнки заставил меня очень сильно задуматься. Да, было в какой-то мере забавно, что я оказался прав в своём, больше шуточном, предположении о временном регрессоре, но на этом забавное заканчивалось, и начинались вопросы. Вопросы, которые подвергали сомнению эффективность моего самого сильного оружия — знания глобального канона.

Тильта в игре была лишь одинокой строкой текста, не имея ни единой визуальной сцены. Я про эту девушку из новеллы и вспомнил-то с трудом. Если бы не изучал лор ради написания фанфика, возможно, вообще не обратил бы внимания на дочь семьи Евлампий.

Почему же факт временного регресса был так важен для меня? По словам Тильты, она сейчас и она тогда — два совершенно разных человека. Девушка, сгорая со стыда, рассказывала, как она прожила прошлую жизнь, и насколько сама себе сейчас противна.

Для меня, разумеется, факт того, что тогда сестрёнка выросла избалованной эгоисткой не