Восхождение Морна. Том 8 - Сергей Леонидович Орлов

Только вот эта тварь в плаще соображала ничуть не хуже моего кота.

Я уловил движение его кисти. Короткое, отточенное, без замаха. Клинок, который он уже держал в руке, мгновенно развернулся в сторону Себастьяна — острием вперёд, прямо навстречу прыжку. Чисто, без лишнего движения, как у человека, который этот разворот отрабатывал тысячи раз. Через мгновение лезвие пришлось бы коту точно в шею.

Себастьян этого видеть не мог: он уже был в прыжке, в той самой точке, где остановиться или сменить траекторию невозможно.

И вот тут моя новенькая фишка с крыльями неожиданно пригодилась — в качестве щита.

Я махнул обоими крыльями вперёд, и они захлопнулись вокруг меня и Себастьяна плотным огненным коконом. Вспышка, короткий хлопок воздуха — и я оказался в нескольких метрах впереди, прямо между Тенью и тем местом, где должен был приземлиться кот. Себастьян врезался мне в грудь горячим, рычащим, упирающимся клубком, и я успел перехватить его, прижать к себе, обернуть крылом.

И в ту же секунду Тень довёл клинок до конца.

Сталь вошла мне между лопаток, чуть ниже левой. На два пальца глубины, до самой кости. Сердце, лёгкое, позвоночник, по счастью, остались целы. Удар получился дозированным и аккуратным, рассчитанным до миллиметра: вышибить меня из боя, но при этом оставить в живых.

В глазах резко потемнело.

— Твою мать… — хрипло выдохнул я.

Левая рука перестала слушаться немедленно, повисла безвольной плетью. По спине между лопатками потекла горячая кровь, широкой струёй, до самой поясницы. А следом за ней по позвоночнику пополз тот тяжёлый, ноющий холодок, который у любого опытного бойца означал одно и то же: всё, дорогой, на этом твоё сражение закончилось.

Я медленно опустился на колено. Кот вывалился на ковёр, тут же подобрался на лапы, шерсть на загривке встопорщилась дыбом. Он яростно зашипел на Тень и явно собирался повторить атаку.

— Не надо… — с трудом выговорил я.

И Себастьян, как ни странно, послушался. Видимо понял, что очередное нападение может плачевно закончиться для нас обоих.

Тень спокойно отступил на полшага и тем же экономным движением, каким доставал клинок, вытянул его из моей спины — ровно, без лишнего усилия, не задев по дороге ни кости, ни мышцы. После чего неторопливо вытер лезвие о край собственного плаща.

— Артём… это глупое благородство когда-нибудь тебя погубит, — произнес он с некой заботой. — Постарайся в будущем так не подставляться. Твоя смерть, пока что, не входит в мои планы.

Гениально. Мне ещё нотацию читают.

Я хотел ответить что-нибудь подобающе ядовитое, но в этот момент крылья за спиной начали гаснуть.

Огонь, который сидел в каждом пере, потёк обратно. Перья посыпались на ковёр светящимися хлопьями, и каждая такая хлопья ещё пару секунд горела на полу, а потом тихо рассыпалась в серую тонкую пыль. Глаза перестали светиться. Кожа на руках вернулась к своему обычному состоянию, и я опять стал просто Артёмом Морном, семнадцати лет, который сейчас стоит на одном колене, истекает кровью и понятия не имеет, как выкарабкиваться из этой ситуации.

Паршиво…

Магической энергии в ядре у меня не осталось ни капли. Даже того тонкого осадка на самом дне, который обычно сохраняется после самого тяжёлого боя, в этот раз тоже не было. Огонь Морнов выплеснулся весь, разом, одним большим залпом, и использовать его снова тоже не получится.

— Я же говорил, что ты не сможешь мне помешать.

Тень спокойно отвернулся от меня, сделал шаг в сторону Розы.

Я попытался подняться. Не вышло.

Левая рука висела мёртвая, ни на что не годная. Правой я попробовал оттолкнуться от пола, но боль в спине свела весь корпус намертво, и тело отказалось меня слушаться. Так я и остался стоять на одном колене, с гудящей от боли головой и выжженным до дна ядром, бессильный что-либо сделать.

Оставалось только смотреть, как эта сволочь в плаще неторопливо и аккуратно заносит над спящей Розой узкое лезвие.

И в эту секунду время вокруг меня замедлилось.

Это ощущение случалось со мной раз пять или шесть за всю прежнюю жизнь, и начиналось оно всегда одинаково: глаз вдруг начинает считывать кадры быстрее, чем мозг успевает их обрабатывать, и на какие-то полсекунды у тебя появляется запас, чтобы увидеть очень много мелких деталей.

Я увидел, как у Тени напряглись пальцы на рукояти.

Увидел, как у Розы под маской дрогнул во сне уголок рта.

Увидел, как у Алисы на ковре раскрылась ладонь, и из неё выпал серебряный медальон, который она, видимо, всё это время сжимала в кулаке.

А потом раздался такой грохот, что замедление мгновенно слетело с моего восприятия, и время рвануло вперёд.

Дверь в комнату попросту вышибло внутрь. Дверь ударилась о пол, треснула пополам, и щепки полетели во все стороны, засыпая мелкой стружкой ковёр у порога. И ровно в эту секунду в проёме появилась она.

Высокая. Светлые длинные волосы спадали ниже лопаток свободной небрежной волной. Белое платье с боковым разрезом до бедра. Под платьем высокие сапоги на тонком каблуке, золотые, отделанные мехом. На правом плече массивный наплечник, золото с тёмной отделкой и густым мехом по краю. От наплечника по всей правой руке шла латная перчатка из того же золота, с тонкой гравировкой, плотно облегающая кисть и заканчивающаяся узкими сегментами на пальцах.

За её спиной, в коридоре, я успел различить несколько силуэтов. Отряд. Закованные в металл. Все, как один, замерли в ровном шаге за её плечом.

Она дала своим знак оставаться на месте, шагнула в комнату и подняла правую руку.

А в следующее мгновение меня прижало к полу. Сверху навалился чудовищный вес: будто кто-то одним движением умножил мою массу на пять. Стоять на одном колене в такой ситуации мне оказалось попросту нечем. Тело меня в этой позе уже не держало, и я тяжело, медленно, но неотвратимо завалился на бок. Даже моргать стало мучительно: веки потяжелели настолько, что одно движение растягивалось до невозможности.

Себастьян у стены коротко хрюкнул и попытался прижаться к полу плотнее. Вышло у него с тем же успехом.

Но больше всех в этой комнате досталось Тени.

Я лежал на боку и смотрел на Тень снизу. Тот фокус с весом, благодаря которому половицы под ним весь вечер молчали, у него отказал. Гравитация блондинки попросту вышибла его. Тень медленно опустился на одно колено, тяжело, через силу, будто из-под него выбили опору.

С