Ва-Лера. А чо сразу мы - Галина Чернецкая

Народ, пользуясь тем, что разбойники практически кончились, бросились тушить огонь.

— Вяжите тех, кто не разбежался, — велел Валерка и присел прям на крыльцо. Ухват стал внезапно неподъемным, и он его аккуратно прислонил рядом.

— Выглядишь ты так себе, — заметил Горыныч, сев на задницу прям в середине двора. Люди уважительно обходили его по широкой дуге.

— Чувствую примерно так же, — признался парень. — Кстати, я смотрю, ты хвост отрастил?

— У тебя там кровь.

Валерка опустил глаза и уставился на руки. На правой красовался длинный и кривой порез. Наверное, меч с ухвата соскользнул, когда парень отмахивался.

— Надо Аглаю найти, чтоб перевязала, — устало заметил он и не двинулся с места. — А ты тут какими судьбами? Спасибо за помощь. Я — твоя должница!

— Запомню, — серьезно кивнул дракон. — А я мимо пролетал. Обожаю вечером перед сном пивка попить. А сегодня так и подраться получилось. Считай, вдвойне повезло.

— Обращайся, — Валерка вытянул ноги и прислонился к перилам. — У меня часто такого рода веселье. Слишком часто.

— Барыня, за стрельцами изволите послать? — наклонился к нему Прохор. — Али сами казним? Иль за чародеем послать?

Валерка подумал, что чародея тут только не хватает. Да и чем бы он уже помог? Разбойников повязали, а если кто и уцелел в недрах усадьбы, так вернувшиеся мужики, прихватив дубье, отправились искать выживших супостатов, и Валерка последним не завидовал.

— Стрельцов зови, — решил он. — Может, заодно узнаем имя заказчика. Кто-то же их нанял?! И еще, Прохор, а почему у нас до сих пор нет никакого оружия? Я имею в виду огнестрельного?

— Луки, стрелы есть, — отозвался управляющий. — Да вы не приказывали вооружать луками никого. С ними в доме и не развернуться.

Путем наводящих вопросов Валерке удалось выяснить, что порох тут был. Царь фейерверки любил устраивать, порох купцы иноземные привозили, а что огнестрельного оружия тут не было, он и в прошлый раз выяснил уже. На медведя ходили с собаками да рогатиной, как дедами было заповедано, дичь били стрелами или из арбалета на худой конец.

— Повезло, что у них тоже не было арбалетов, — заметил парень. — Ладно, напомни мне завтра, как от чародея вернусь, заняться ружьями. Я не то чтоб спец в этом, но простое ружье, думаю, получить сможем. Пусть оба Ивана заедут, или мы к ним?! Организуешь, ладно?

— Тебе бы прилечь, — участливо заметил Горыныч, — выглядишь ты — краше в гроб кладут.

— Спасибо, — кивнул парень, — ты — настоящий друг!

— А то, — кивнул дракон. — Кто как не друг тебе правду-то скажет. Кстати, ты, как подруга, не угостишь пивком, что я так бездарно растратил на твой сарай?

— Оно было уже переработанное, — возмутился Валерка. — И я что-то не уверена, что у нас тут вообще пиво есть. Мы вроде не варим.

— Плохая подруга, — попенял дракон. — Ладно, полечу тогда домой голодным и непитым. И трезвым.

Валерка рассмеялся.

— Щас, спрошу на кухне, чего у нас есть, покормим спасителя нашего.

Валерка повернулся, и Прохор тут же наклонился, готовый слушать распоряжения и, главное, выполнять их. Покивал, что всё понял и отрядил какого-то пацана на поиски съестного.

— Слушай, Горыныч, — произнес Валера, — наше знакомство с тобой не удалось, я знаю. Но спасибо тебе, прям по-братски спасибо!

— Ладно, с-с-сестра, — кивнул ящер. — Я и сам виноват. Но не очень сильно. А ты мне вообще хвост оторвала и сожрала, как только не стыдно! А еще девочка!

— Я еще и заработала на нем, — усмехнулся Валерка. — Эти деньги мне сейчас очень пригодятся. Хозяйство поднимать. А ты быстро хвост обратно отрастил!

— Это не повод так глумиться над волшебным созданием!

— Ладно, — Валерка первым протянул руку. — Я больше не буду.

Горынычу с поклонами поднесли стопку пирогов и пригнали блеющего барашка. Манька как раз собиралась сегодня похлебкой всех баловать, но решили, что спасителю нужнее.

Валерка посидел еще на крыльце, после извинился и, попрощавшись, отправился на поиски повитухи. Адреналин спал, и рука заболела.

Попасть на приём к специалисту удалось только через час. Раненых было много, и Валерка не стал ломиться вперед. Тихонько сам нашел спирт, промыл и перевязал как сумел. Но разрез оказался длинным и довольно глубоким. Тут надо было шить, а отвлекать повитуху было стыдно. Другим досталось сильнее.

Пока ждал, его два раза покормили, пару раз он разнял стихийно вспыхнувшие драки и один раз даже накричал на Глашку, которая пыталась поставить явно разбитый сервиз в буфет.

— Жалко же, — всхлипнула она. — Фарфор заморский! Может, склеить получится?

— Выбрось, — устало заметил успокоившийся Валерка. — Посуда бьется к счастью. Мы тут сегодня как минимум на выигрыш в лотерею намолотили.

Глашка всхлипнула и прижала остатки сервиза к груди.

— Я тогда заберу?!

— Целую посуду оставь, попьем чаи пока из разносортицы. А сервиз после с оказией новый справим.

Тут и Валеркина очередь к повитухе подошла, и он прошел в отведенную ей комнату.

— Шить надо, — заметила уставшая женщина. — Потерпите? У меня отвар кончился, или подождите, пока я новый сварю.

— Потерплю, — отмахнулся парень. И так бедная женщина с ног валится, а помощников у неё толком как не было, так и нет. Валерка честно хотел помочь, но из рук всё падало, и его выгнали. Перевязывать было кому, выполнять тяжелую работу тоже, а шить он не мог, руки дрожали от усталости.

Вытерпел неприятную процедуру, послушно выпил отвар от воспаления и отправился спать.

Но сон не шел, он долго ворочался, слушал Леркино нытье и жалобы на жизнь. А после провалился в какую-то серую вязкую темноту.

* * *

Снилась ему палата, деловитые врачи и медсестра Артём Андреевич. Но к нему никто не подходил, и он просто рассматривал потолок.

Глава 16, В КОТОРОЙ ВАЛЕРА НАКОНЕЦ-ТО СТАВИТ СЕБЕ ВЕРНЫЙ ДИАГНОЗ и ЛЕЧИТСЯ

Утро выдалось хмурым и тяжелым. Болело примерно всё, но рука сильнее всего. Умываться, одеваться пришлось одной левой, а косу плести и вовсе Парашку звать.

— Может, не пойдете никуда сегодня, — участливо спросил Прохор. — Гонца к чародею отправлю, скажу правду.

Сам он выглядел тоже не очень. Да и завтрак сегодня был простой. Чай пили из разносортных кружек, священник и вовсе из походной, солдатской. Валерке, правда, его кофе в фарфоровую чашечку налили. Чуть ли не единственную уцелевшую.

— Нет уж, — отказался Валерка. — Нормально я себя чувствую, нехорошо с самого начала пропускать.

Матрёна заохала, но почти сразу замолчала. Отец Владимир глянул одобрительно. Он, кстати, единственный, кто выглядел огурчиком, прочитал молитву и к завтраку приступил с аппетитом, словно ничего и не произошло.