Мира - Тина Солнечная

нескольких шагах от нас, рядом с другим нером, и о чем-то беседовал. Ну вот, а говорит, что это плохая идея. Может, развлечётся и перестанет быть таким врединой. Я переключила своё внимание на обстановку.

Большой зал был украшен в красных и чёрных тонах. Достаточно вызывающе, как на мой взгляд, да и в глазах рябило от такого. Ещё и светомузыка добавляла яркости. Повсюду были вазоны с розами. Я обратила внимание, что бутоны очень маленькие, а стебли длинные. Непропорционально выглядит и, совершенно, не привлекательно. Я бы уволила их дизайнера, если бы не знала, что это чей-то муж и единственный способ его уволить — вышвырнуть из семьи. Фуршетные столы были расставлены по периметру помещения. Они были наполнены едой, а вот два центральных были пустыми. Странно, вероятно, туда вынесут десерты позже. Весь огромный зал был заставлен мягкими диванами и софами. Это меня не удивило, габариты дам были устрашающими, вряд ли им легко удерживать свой вес на ногах длительное время.

Все, уже прибывшие, активно общались, неи пили напитки и ели закуски. Я отметила, что неры к столам не подходят. Разве что для того, чтобы принести вкусняшку своей жене. Очередное дикое правило?

Моё внимание зацепилось за платье одной из ней. Она стояла ко мне спиной, разговаривая со своей подругой, но её платье все время шевелилось, а она раз за разом одёргивала подол. Во второй руке у нее был фужер игристого, которое она спокойно попивала. Я не знаю, что именно так привлекло моё внимание в её наряде, но оторвать взгляда не могла. В какой-то момент бокал в её руках дрогнул, выплеснув половину содержимого на пол, а я увидела вылезающего из-под подола нера. Его губы блестели от влаги, а глаза были пустыми. Собеседница неи притянула нера к себе и похлопала по заду, что-то одобрительно рассказывая довольной подруге, а я стояла, ошарашенная и переваривала увиденное. Это что такое было вообще?

Я обернулась на Кира, он тоже смотрел на нера, но в его взгляде не было удивления или шока, как у меня. Для него это все было ожидаемо и вполне буднично. Попыталась найти глазами рыжего, но демон скрылся в толпе гостей и даже его яркая шевелюра нигде не мелькала. Нотка паники пробежала по моему сознанию.

Я продолжила осматривать глазами зал, отмечая странности. Вот нер облизывает толстые пальцы нее, стоя на коленях. Она даже не смотрит в его сторону, поглощая канапе. На одном из диванов сидите другая нея, а её ноги удачно расположились на стоящем на четвереньках мужчине. Словно он — пуфик… Посмотрела в другую сторону. Возле фуршетного стола стоят два нера, а нея придирчиво их разглядывает, как на базаре… Нет, как на отборе. Трогает за разные места, а они стоят и молчат. Рядом ещё одна нея держит нера… на поводке! Это что за фуршет такой! Рефлекторно перевожу взгляд на столы с едой и замечаю, что столы в середине зала, уже не пустуют. На одном из них лежит голый нер, а на него капают воском горящей свечи и весело что-то обсуждают две извращенки. Я несколько раз мотнула головой, но вся эту чушь никуда не делась.

— Кир… — протянула я севшим голосом.

— Что, родная? — все так же спокойно отозвался он. Я повела рукой в его сторону, ища опору, чтобы не упасть. Он моментально подставил локоть, на который я и перенесла весь вес тела.

— Кир, что здесь происходит? — всё таким же тихим голосом спросила я.

— Фуршет, — пожал он плечами.

— Вот это фуршет — ткнула я пальцем в стол, полный закусок. — Еда — это фуршет!

Кир взглянул на меня непонимающим взглядом. Проследил за пальцем, потом посмотрел на стол с нером, снова на стол с закусками, а потом на меня.

— Ты все это время думала, что фуршет — это просто еда? — в его голосе сквозил смех.

— Да! Да! Черт побери, да! — я ощущала, как на меня накатывает истерика. — Какого демона лысого, вы мне ничего не объяснили?

— Ты сама сказала, что знаешь, что такое фуршет. Откуда нам было знать, что ты знаешь только о еде? — растерянно спросил Кир.

— Ууух… — все, что смогла произнести я. В эту секунду до меня дошло, насколько расслабилась и выпустила ситуацию из-под контроля. Я совершенно забыла, что оказалась в чужом мире и начала допускать непростительные ошибки. Что мне стоило задать несколько вопросов? Ррр! Я злилась сама на себя, потому, что злиться на своих мужей было глупо. Они привыкли так жить, привыкли слушаться ней. Я столько раз сказала, что хочу на этот фуршет. Не представляю, как они могли мне отказать. — Кир, а сейчас быстро мне рассказываешь про вашшш фуршет. Коротко, но максимально информативно.

Блондин вздрогнул от моего изменившегося тона и настроения, но ситуацию надо было оценить и понять, как из нее выйти с минимальными потерями. А лучше без них.

— Хм, ну… Каждая нея приводит по два мужа. Они поступают в общее пользование, пока нея остаётся на празднике. Достаточно кратко? — почесал голову Кир.

Что, простите, происходит? Мужа в общее пользование?

— И вы с Эвром вот так легко на это согласились? — пыталась переварить информацию я, поглаживая собственный живот, чтобы успокоиться хоть как-то. Дети отвечали мне ощутимыми толчками. Создавалось ощущение, что они тоже не понимают, как я могла такое упустить.

— Твое желание — закон. Ты ясно дала понять, что хочешь сюда попасть. Мы хотим, чтобы ты была счастлива, — улыбнулся мне Кир нежной улыбкой, от которой мне стало тошно. От самой себя тошно.

— Мирослава, какая встреча. Рада тебя видеть, — услышала я женский голос. Посмотрела на нею, не узнала её совершенно. На меня смотрела русоволосая женщина неопределённого возраста и формы. Ничего примечательного, кроме злых зелёных глаз. Скользнула по её слишком откровенному наряду и, на мгновение, задержала взгляд на руке. Почему-то захотелось увидеть её символ. Небольшая концентрация и перед моими глазами прекрасная яблоня. Ещё секунда ушла на узнавание. Перстан. На его руке была сломанная яблоня. Благодушное настроение, с которым я пришла на вечеринку, смыло окончательно.

— Нея, не думала, что мы знакомы, — натянула я на своё лицо маску вежливости. Кир стал позади меня, но я рукой притянула его к себе. Словила лёгкую полуулыбку мужа, он прислонился к моей спине, а его рука заботливо погладила живот. Глаза неи сверкнули, а губы сжались в тонкую линию.

— Мы не были представлены, это правда. Но не узнать единственную беременную нею невозможно, — безмятежно махнула она рукой,