Мира - Тина Солнечная

Я вздёрнула бровь и прямо посмотрела в её глаза. Не надо быть гением, чтобы понять, кого именно она хотела получить на фуршет.

— Я взяла того, кого сочла нужным, но мы уже уходим, — слишком резко ответила я.

— О, не стоит. Впереди ещё столько интересного! А в самом конце будет приз для самой удачливой, — заговорщицки подмигнула она.

— О чем ты? — я буквально кожей ощутила, что мне это все не понравится.

— Неужели ты и, правда, не знаешь? Ничего особенного, пустяк. Одна из ней совета подарит своего сына. Он как раз на днях стал полностью готовым для отбора, — сказала нея и потянулась за канапешкой. Не дотянулась, но подойти два лишних шага не захотела. Ткнула пальцем в проходящего нера. Мужчина остановился и выжидательно посмотрел на женщину.

— Набери мне закусок и побыстрее, — произнесла она таким тоном, будто разговаривает с грязью на своём ботинке. Нер слегка склонил голову и споро принялся все исполнять. Я наблюдала за этой картиной, понимая, что совершенно не знаю, как это все исправить. Объяснять неям, что они делают не так, глупо. Им комфортно, а значит, все они делают правильно, с их точки зрения.

Она так спокойно распоряжается чужим мужем, а ведь он куда-то шёл… И тут меня как молнией ударило. Эвр! Я начала активно озираться, выискивая своего демона. Черт! Где же он?

— Что-то не так? — спросил Кир, взволнованный моим поведением.

— Да. Всё не так. Где Эвр? — начала паниковать я, а сердце бешено колотилось. Если его кто-то так же остановил, он ведь тоже не сможет отказаться. От чего именно он не сможет отказаться, я даже боялась думать.

— Мира, кого ты ищешь? — жуя, поинтересовалась Марцелла.

— Своего мужа. Рыжий такой, не видела? — автоматически ответила я.

— Видела, — расплылась она в гаденькой улыбочке. — К нему как раз присматривалась Дана.

Имя этой неи ударило меня словно хлыстом. Ещё одна бывшая жена. Огромный недостаток многомужества в большом количестве бывших жен. Хотя с этой проблемой сталкиваюсь только я. Тем не менее, ничего приятного.

— Где? — вырвалось у меня с нотками истерики. Я активнее завертела головой, одной рукой придерживая живот. Марцелла неопределённо пожала плечами, но её глаза выражали совсем другие, довольные эмоции. — Кир, помоги найти его и я запрещаю, слышишь, запрещаю делать что либо, кроме этого. И Эвру передай. Найдёшь его, и немедленно возвращайтесь.

— Хорошо, родная, — муж поцеловал меня в макушку и поспешно исчез в толпе. В моём положении было тяжело быстро передвигаться, но я активно вертела головой и продвигалась по залу, придерживая “разволновавшийся” живот. Марцелла шла рядом, радостно напевая какую-то песенку. Помогать в поисках она не желала, но и веселье пропускать не собиралась.

— Какой смысл в этом фуршете? — неожиданно для самой себя, задала ей вопрос я.

— Как это, какой, — искренне недоумевала она.

— Ну, вот, сколько у тебя мужей? — продолжила я, заворачивая за очередной угол.

— Всего было или сейчас? — спросила она так, будто я об урожае тех самых яблок говорила. Увидев что-то на моем лице, она хмыкнула и не стала дожидаться ответа. — Сейчас сорок восемь.

— И тебе не хватает разнообразия? Или кому-то из ней не хватает? Невозможно поверить, что с таким количеством мужей, секс может наскучить своим однообразием, — фыркнула я.

— При чем здесь разнообразие? Обладание чужой игрушкой гораздо интереснее, чем собственной. Сколько бы у тебя их ни было. Ты поймёшь это значительно позже. Когда играть в семью тебе наскучит. Или ты думаешь, что поголовно все неи начинают с такого количества? О нет, дорогая. Чаще всего, в начале мужей немногим больше твоего. Каждый из них чем-то ценен или хорош. Уже гораздо позже каждый из них становится лишь очередным. Как новое платье. И я очень не люблю, когда кто-то носит мои платья без разрешения, — последняя фраза была пропитана таким ядом, что я невольно вздрогнула.

Но полноценно отреагировать я не успела, глаза зацепились за рыжие волосы демона. Он стоял спиной ко мне и держал в руке разнос с секс-игрушками, а рядом с ним стояла Дана и с довольной улыбкой размещала что-то на его груди.

— Эвр, отойди от нее немедленно, — я пыталась не кричать, говорить максимально сдержанно. Муж меня услышал и инстинктивно сделал шаг назад, но потом замер, а Дана победно улыбнулась. Я даже не поняла, как мне удалось так быстро преодолеть разделяющее нас расстояние. В обычное время я бы шла и кряхтела ещё долго.

— Ну чего ты так возмущаешься, — заговорила сладким голосом эта мымра. — Не может он отойти, он привязан. Я играю, а ты нам мешаешь. Рядом материализовался Кир, но вмешиваться не стал. Я подошла ближе к Эвру и увидела прищепки для сосков с цепочками в виде поводка. Судя по синеющим ореолам, сжимали они крайне болезненно.

Ждать, пока она освободит его, перед этим активно выпендриваясь, я сочла глупым. Живот ныл, настроение портилось с каждой секундой.

— Снимай, — обратилась я к Эву. — Мы уходим.

Как я успела узнать, эта золотая фраза должна заканчивать любые развлечения с чужим мужем, потому что вне вечеринки никто игрушками не делится. Но, вместо ожидаемого результата, как только Эвр потянулся к прищепкам, Дана натянула поводок сильнее. Лицо мужа перекосила гримаса боли. Раздался звонкий шлепок. Понадобилось несколько мгновений и ощущение пылающей руки, чтобы осознать — я влепила Дане пощёчину. Нея с перепугу выпустила поводок, и сейчас потрясённо смотрела на меня и держалась за покрасневшую щеку. Эвр воспользовался моментом и снял прищепки, скинув удавку на пол.

— Да как ты смеешь! Выскочка! Ты что себе позволяешь? Думаешь, забеременела и теперь всё можно? Спешу тебя разочаровать, тварь! Ты пришла в этот мир, и жить тебе по нашим законам! — бесновалась нея, один из мужчин поднёс ей лёд, который она и прикладывала к щеке. — Мало того, что ты подбираешь отребье, которое мы выкинули, так ты ещё и указывать неям вздумала! Я тебе покажу, где твоё место!

— Дана, прекрати орать, — хлёсткий голос заставил ту оборвать речь на полуслове, а остальных прекратить перешёптывания. Это была темноволосая женщина с совета. — Что здесь происходит?

— Эта тварь нарушила священное правило фуршета. Она отказалась делиться нером, — Дана произнесла это тоном обиженного ребёнка и бровки домиком сошлись на её лице, будто она жалуется маме на плохую тётю, отобравшую конфетку.

— Это правда? — повернула ко мне голову женщина. В моей голове завертелись винтики. И вертелись они со страшным скрипом, напоминая,