Я один вижу подсказки 18 - Никита Красавин

— Я вижу по копьям, а что вы тут делаете?

Тогда встряла Свята, спокойно объяснив:

— Они пришли к нам вчера за зельями и предложили свою помощь.

— Нам не нужна она.

— Это ещё почему?

— Потому что… — сбавил тон, отвёл Святу в сторону, чтобы обсудить с ней всё тет-а-тет.

Я плохо слышал, но вот Рокт буквально всё переводил мне. Он хорошо читал и по губам, и слух у него был отменным.

— Лекс говорит о том, что не хочет вести чужаков в их «святую землю».

— Святая земля? Что это?

— Не знаю… Он в подробностях не рассказал.

— Что ещё?

— Свята пытается убедить его, что не время для скрытности. Что любая помощь сейчас важна, что глупо рисковать жизнями…

— А Лекс что?

— Думает… Он довольно твердолобый и скрытный. Уверен, что сама экспедиция не так проста и что, быть может, мы наткнёмся на секрет, который скрывали Тиверцы.

Спорили они недолго, времени не было. Нас уже не отослать, уровень у нашей троицы был хорошим, Лекс по итогу сдался и согласился, чтобы мы тоже шли.

Маг подошёл и грозно сказал:

— Только то, что вы увидите тут, никому не рассказывайте. Поняли?

— …

Мы не ответили и не кивнули. Посмотрели друг другу в глаза, тот раздражённо хмыкнул и крикнул всем:

— Поторопимся!

Он развернулся к горному хребту, махнул рукой своему отряду, и те двинулись вперёд.

Его люди пошли за ним, Вятичи шли следом. Два отряда, выстроившись в цепочку, молча поднимались, мы же опять плелись в конце.

Такое распределение было сразу по нескольким причинам. Во-первых, впереди шёл тот, кто знал дорогу. Во-вторых, мы не знали боевых способностей друг друга.

Из-за чего со стороны наш отряд казался единым, но на самом деле в нём действовали три «группы».

— Как будем действовать?

На языке жестов быстро показал Рокт.

— По ситуации… Сильно не рискуем, наша цель — найти пропавших и по возможности помочь. Всё!

— Хорошо.

Чем выше поднимались, тем плотнее смыкались скалы вокруг. Белый, чёрный, серый камень — цвета просто переплетались между собой, рисуя невероятную красоту природы.

В какой-то момент мы упёрлись в тупик. По крайней мере мне так показалось. Так как перед нами была огромная гора.

— Куда дальше?

— Туда.

— Куда туда?

Нива указал на небольшую трещину в горах.

— Мы пойдём сквозь неё.

Как бы помягче описать данный путь. На ум приходило лишь — полное безумие.

Одна из гор раскололась пополам, образовалась узкая, кривая щель, и они говорят нам идти по ней. Разве это не безумие? Там даже одному человеку сложно протиснуться.

— Разве нет другого пути?

— Есть. Только он будет и опаснее, и в разы длиннее.

— …

Когда мы говорили, то Лекс сухо бросил:

— Не хочешь идти — убирайся, — после чего первым же вошёл в данную трещину и исчез.

За ним полезли Тиверцы, пропадая один за другим. Точно так же сделали и Вятичи, в какой-то момент наступила и наша очередь.

Рокт предложил:

— Я могу пойти первым, ты посередине, а Ярв будет замыкающим.

— Опять меня охраняете?

— Так будет лучше.

— Ну давайте поспешим, иначе, если потеряем след, то мы не выберемся из этого лабиринта.

Опасность экспедиции в разы возросла. Чем дальше мы заходили, тем больше повышался риск.

Я вошёл следом за Роктом, естественно, тут не было прямой и удобной дороги.

Всё же мы шли буквально по трещине, которая уходила вниз. Я не скажу, что туда можно упасть и провалиться далеко, но риск такой был. Особенно если один — можно подскользнуться и застрять.

А так, если быть осторожным, широко раздвинуть ноги и идти, то, в принципе, нормально. Оставалось только привыкнуть к этому вечно давящему чувству, когда на тебя давят горы и с одной, и с другой стороны.

Тут клаустрофобам делать нечего. Особенно когда нам приходилось петлять, то спускаться чуть ниже, то подниматься, если место совсем уж узкое.

Ещё всё было не защищено сверху, там же местность была более открытая. Допустим, если же нас вдруг будут атаковать с помощью стрел, гранат или даже просто вызвав лавину снега и камней.

Короче — идти здесь и представлять различные опасные ситуации было просто. Что мне, собственно, не нравилось.

В этот момент впереди что-то грохнуло.

БУМ.

Потом ещё несколько раз.

БУМ. БУМ. БУМ.

Я сначала не совсем понял природу данных звуков. Я почему-то подумал, что, как я и представлял, произошёл камнепад.

Просто… Разве эти грохоты не слишком сильны?

— Рокт, что думаешь?

Тот прислушался:

— На группу впереди напали!

— Кто?

— Не знаю…

Я сразу же активировал сапоги-скороходы. И быстро поднялся выше, отталкиваясь то одной ногой, то другой, стал выше даже Рокта и побежал вперёд.

Взрывы не прекращались, но буквально через минутки три-четыре я вышел в небольшой котлован. Он образовался естественно среди гор, и тут было довольно-таки темно.

Когда я наконец выскочил на открытое место, то сразу же посмотрел на врага. Так как в моей голове возникли образы морозных людей, я не был готов увидеть таких противников.

А это ещё кто такие?

Морозные Твари, а именно горные козлы. Видимо, это представители данного «биома». Необычные, размером с быка и с белой шерстью, что свисала с боков.

Четыре копыта, раздвоенные, которыми те цеплялись за уступы на скале.

Рога не как у обычных горных козлов, а вытянутые вперёд и чуть вверх, острые как копья, с лёгким изгибом к концу. Такими можно пробить насквозь.

ЧТО ЗА ВЗГЛЯД!

Прямоугольные зрачки на жёлтой радужке смотрели на всех без жалости, как будто на тебя смотрят демоны со всех сторон. Выглядело ужасно.

Горные козлы в горах хорошо себя ощущают, это их дом. Нам не повезло нарваться на целую стаю, состоящую из десятков особей.

Они прыгали с одной стены котлована на другую. Их траектория была довольно непредсказуемой.

Несколько человек уже были ранены. Один Тиверец зажимал плечо, из-под пальцев текла красная кровь.

— С тобой всё хорошо?

Подошёл к нему Вятич.

— Жить буду.

— На, выпей зелье!

Благо, что у Вятичей были зелья, в том числе и исцеления. Данные раны они перебинтовывали, останавливали кровь с помощью мазей.

Морозные Горные Козлы на поле боя удивляли даже меньше, чем боевые возможности двух племён: Тиверцев и Вятичей.

Они и так умеют?

Я даже не стал сразу вмешиваться, чтобы разобраться в ситуации. Так как бой в котловане был очень динамичным.

Тиверцы являлись магами не по виду, а по своей сути. Маги поднимали посохи и кричали заклинания:

— Меч огня, руби врагов моих!

Посохи