И пришёл Лесник! 28 - Василий Лазарев

— Однако! Я бы так не смог! — почесал макушку папаша Кац. — Такого нельзя добиться, даже вываривая тела в чане.

— Есть ещё какие мысли? У кого-нибудь? — я обвёл собравшихся взглядом. — Когда вы приехали?

— Химия? — предположила Лиана, но папаша Кац отрицательно покачал головой.

— Час назад. Трое находились в сторожке, остальные несли службу в бункере и капонирах.

— И всё сейчас здесь? — уточнил я, разглядывая анатомическое пособие, расположившееся на брезенте.

— Да. Свидетелей нет, — пожал плечами боец. — Мы обошли окрестности и ничего не нашли. Это не заражённые…

— Юноша, то, что это работа не заражённых видно невооружённым взглядом, — проскрипел папаша Кац. — Какой заражённый способен на такое? На костях нет следов зубов.

— Изя, ты помнишь ту девушку? — спросила его Маша. — Та, что сбежала из саркофага жрецов? Она хоть и находилась там не больше минуты, но жуки к тому времени сожрали ей все внутренности.

— Скарабеи? — Изя по-новому взглянул на скелеты. — Не скажу точно, но весьма вероятно. Тогда отсюда вытекает следующий вопрос. Помните, нам говорили, что дольше тридцати минут они не живут? Как они здесь оказались?

— От их пирамиды сюда порядка двухсот километров… — прикинула Маша и кивнула на броневик. — Можно точнее сказать по радару.

— С такой скоростью только нолды летают. Отпадает, — не согласился я. — Значит жрецы пошли по нашим следам.

— Неверно, Лесник. Мы их всех там положили, после того как Ирка сбила с них защитное поле. Ты уже не помнишь, наверное, того момента, — тактично кашлянул папаша Кац. — К тому времени ты потерял сознание.

— Я другое запомнил очень ярко, Изя.

— Проехали, чего ты травишь! — Изя начал безбожно картавить от стыда.

— Но Ансунамун вроде осталась в живых и исчезла, — вспомнила Лиана. — Значит эта кукла вернулась и не одна. Ну всё правильно, она добралась сюда уже ночью через два дня. Пока сгоняла за подмогой, пока снова преодолели дорогу смерти до Вавилона.

— Почему она уничтожила только их, а не пошла дальше в город? Есть мысли? — я подошёл к сторожке патрульных. В этом месте можно было рассмотреть следы. Вход один, у бункера всё затоптали «военные». Вместо ожидаемых следов голых женских ступней я обнаружил множество разных, но тоже голых. Их было здесь настолько много, что они буквально вытоптали целую поляну. Следы на песке, следы раздавленных голыми ногами мясистых листьев местных кустарников. Особенно хорошо они были заметны на камне. Жрецы вообще не беспокоились о конспирации, как будто специально оставляя нам послание. Рядом с голыми ступнями отчётливо видны маленькие круглые, это уже от древка копья. Ансунамун не одна, с ней достаточно жрецов и они вооружены. Прекрасно. А куда они тогда направились? Я обошёл избушку и пошёл вдоль вытоптанной несколькими часами ранее тропинки. Следы растянулись в одну цепочку, здесь жрецы шли след в след. Мне опять не удалось понять сколько их было, но судя по косвенным признакам не меньше двух десятков.

Дальше они углубились в густой кустарник. Шли некачественно, кусты остались стоять со сломанными ветвями. Видно сразу, что не привыкли ходить в лесу, как те же индейцы. Оно и понятно, в пустыне нет ничего такого, тем более они больше по камням пирамид передвигались. Натоптанная тропинка обычно получалось после того, как по ней пройдут раз пятьдесят, может и их столько же было? Я прошёл по следу метров тридцать, а дальше он обрывался! Как ножом отрезало! Уперевшись в огромный булыжник, я остановился.

— Конец фильма? — позади меня появилась Ирка.

— Скорее начало, — не согласился папаша Кац. — Надо отодвинуть камень!

— Двигай, Изя! Разрешаю, — пошутила Лиана. — Можешь даже Машу взять в помощь.

— О нет, нет. Мне нельзя. Я ранена и пока ещё не пришла в себя окончательно. Мне Изя и справку выписал, так что у меня освобождение от физкультуры.

— Надо Фельдшера позвать! — осенило меня. Я направился к броневику. Он как будто знал и вылез из него при моём приближении. Заперев машину, я направился назад к камню. Фельдшер незаметно телепортировался, не привлекая внимания нервных бойцов. Они стояли над телом «полковника» и судачили, кидая на нас злобные взгляды. Стоило только появиться рядом с Лианой Фельдшеру, так у «военных» сразу пропал к нам интерес, и они сделали ноги. Фельдшер без разминки легко переставил камень на метр левее, и мы увидели глубокую нору. Из неё тянуло сыростью и затхлостью.

— Туда они и спустились. По моим подсчётам их было столько же, сколько нас встречали на дороге смерти. Возможно, даже больше, — сказал я, подозрительно разглядывая нору. Никаких звуков оттуда не доносилось, но они двигались босиком, так что вполне могли затаиться в темноте. — Фельдшер, придётся тебе первым идти. Шансов на выживание у тебя больше нас всех вместе взятых.

— Ырг? — Фельдшер не понял столь длинную тираду и вопросительно склонил голову.

— Агрх! Ыц! Ыц! — скомандовала Лиана и наш доктор без границ бодро исчез в норе. Следом полез я. Потом уже все остальные. Фонари показали нам почти идеально прямую нору, постепенно переходящую в высокий и широкий коридор. Через пятьдесят метров он уже мог похвастаться красным камнем, из которого сложили пол, потолок и стены.

— Как будто никуда и не уходили, — пробормотал папаша Кац.

— Ага, опять на сто лет откинуло, — поделился я своими впечатлениями.

— Не шути так! — возмутилась Лиана. — Ещё не хватало, а как же мама?

— Жанна? — рассмеялся папаша Кац, и эхо разнесло его смех. — Жанна справится. За этого «полковника» и вчерашнюю арену она спросит с Горца по полной. А если ещё мы пропадём, то она расстреляет его при всех и скажет, что так и было.

— Это точно, — согласилась Маша. — Вы столько говорили о нём, у меня даже сложилось мнение, что он адекватный. На поверку оказался обыкновенной тупицей.

— Раньше, когда мы с ним только познакомились он ещё подавал надежды, но после смерти Иштар он совсем спятил, — подхватила Лиана.

— После того как она умерла? — спросила Маша.

— Похоже тогда. Он всё время пускал на неё слюни и, по-моему, особо не горевал, когда Иштар скинула его жену из мансарды «Пирамиды Хеопса» на позолоченные