Черноземье. Король 3 - Иннокентий Белов

Хлопанье глазами продолжается, теперь уже и Глорий подошел, теперь смотрят на меня с ошарашенным видом.

— Чистый керосин, или «белая нефть». Он горит ровным и ярким светом, легко затмевая сальные свечи и масляные лампы. Одна полная загрузка куба сырцом в сорок ведер дает шестнадцать ведер «белой нефти» — почти сорок процентов использованного сырья. Это просто невероятно выгодный расклад для любого производства. Если сразу производить и продавать керосиновую лампу с тонким, прозрачным стеклом — мы станем невероятно богаты. Потому что рынок для керосиновых ламп и самого керосина вообще пока не имеет предела насыщения.

— Так это нужно его у стекольщиков заказывать? — радуется Водер, услышав знакомые слова.

— Только свое производство открывать, старина. Стекольщики местные такого качества и подобного количества никогда не дадут. А у меня все технологии и чертежи при себе имеются. Сама лампа не особо сложная, но хитрости и в ней есть, будет над чем вам голову поломать.

Теперь кузнецы принимают деловой вид, провести ревизию будущих керосиновых ламп и подогнать под наше развитие — самое то занятие, которое они очень любят.

— Еще из куба будет выходить густой, темный мазут. Его можно использовать, как примитивную смазку для осей телег и прочих механизмов. Даже добавлять в мой асфальт для повышения качества и цвета, еще как дешевое топливо для печей. Тот же нефтеперегонный куб можно греть на своем мазуте, даже не тратясь на дрова. И его никуда выливать не придется, и столько дров не потребуется подводами завозить.

Так что прибыльность нефтепереработки хороша видна даже Водеру с Глорием, поэтому вместе с пушками они уже мастерят перегонный куб на двести ведер. Его со временем перевезем на Север, чтобы он там снабжал поселение, а здесь уже поставим что-то серьезно большое, где-нибудь на тысячу ведер емкость. Возить туда-сюда готовый керосин еще здешние технологии не позволяют, слишком опасное дело выходит.

— Сначала весь город осветим керосиновыми фонарями, они проще электрических и гораздо дешевле в обслуживании. Сами будем их производить, никому не доверим огромный городской заказ, — весомо обещаю я кузнецам.

Такое они любят, чтобы быть главными монополистами-производителями и всем остальным кузнецам нос натянуть…

— Пришла пора забрать те бочки, которые успели наполнить нефтью наши добытчики. Еще оставить им новый большой запас, — объясняю оставшимся со мной помощникам по экономике. — За прошедшие два месяца городские бондари произвели две сотни новых бочек. Дорого, конечно, за все пришлось заплатить, зато прогресс не стоит на месте!

Сам ращу себе заранее толковых заместителей, чтобы снимали с меня побольше всяких хозяйственных хлопот. Дропер теперь занимается общей городской стратегией, эти молодые толковые парни начнут с тактики экономических отношений.

Но в этот раз уже не приходим в наступающей ночи к причалу около небольшого туннеля на болото. Выстаиваемся в паре часов хода от него, в укромной природной мелкой бухте. Чтобы спокойно переночевать и не встречаться с морскими исполинами, которые могут слишком сильно толкнуть деревянное дно шхуны. Любят они почему-то ту каменную гряду, поэтому часто приплывают поиграть с гостями.

Есть такое заметное желание от моряков и моих спутников, чтобы не встречаться с ними больше. Да мне самому не хочется внезапно подскакивать ночью от мощного удара снизу по днищу. Какой-то из них само днище точно не переживет.

«У самого защитный купол не так хорошо в воде работает», — как я недавно с большой печалью убедился.

Так что отстоялись, решили с капитаном потом всегда так поступать и двинулись к причалу. Его уже хорошо сложили, пришлось мне только немного пострелять в воду, чтобы полностью углубить подход для кораблей. А то в сильное волнение на море можно килем задеть за близко расположенную каменную гряду. Стреляю, конечно, больше наугад, когда моряки на шлюпке наметили лотами нужную гряду, обозначили ее буйками на воде и сами отошли подольше. Зато потом всплыло множество пробитой рыбы, морячки тут же начали ее поднимать в лодку приготовленными сачками.

— Знают ведь уже, после применения вашей силы в воде, господин Капитан, некуда раненую и убитую рыбу девать! — подтверждают местные работники, сами азартно подгребающие рыбу к берегу.

Потом инспектирую проложенную дорогу до места выхода нефти, считаю полторы сотни заполненных бочек, которые уже грузят на шхуну. После того, как выгрузили новую партию, конечно.

Понимаю теперь, что с бочками слишком много хлопот все же выходит при перевалке нефти. Еще загружать их на шхуну хорошо гружеными трудное дело, да еще ограничения по количеству сырья все же сильно мешают работе.

— Придется пару кораблей переделывать или строить с нуля именно для перевозки нефти. Чтобы здесь их наливать без всяких бочек. Вот уже в Асторе придется переливать по бочкам или правильным цистернам, — объясняю я своим помощникам по управлению предприятиями.

Но они пока все хлопоты вокруг маслянистой черной жижи плохо понимают, не знают, что из нее получится в итоге.

— Вот загорится у вас самих дома керосиновая лампа и пропадет постоянная тьма, тогда поймете, для чего вообще данная жижа нужна! — обещаю я им.

После проверки месторождения и загрузки шхуны сразу же быстро отчаливаем, чтобы к вечеру добраться до самой Гардии. Там я вылезаю в гавани вообще без охраны, своих помощников отправил в Астор работать, на попутной подводе подъезжаю к самому высокому холму за Гардией.

— Смотри, земляк. Сейчас обгоню твою повозку, увидишь меня в небе, — обещаю немного знакомому вознице и карабкаюсь со всем солидным грузом на вершину холма.

Там жду предзакатного периода, когда можно полетать с максимальным комфортом. От нагретой за день лучами Ариала земли хорошо поднимается горячий воздух. Я прыгаю с небольшим разбегом с обрыва, потом старательно ловлю восходящие потоки, чтобы забраться повыше и пролететь подальше.

Так и лечу где-то минут сорок над дорогой, обгоняя повозки и отдельных всадников. Людей моих нет на дороге, они только сейчас доехали до поселения. Где утром возьмут лошадей и махнут меня встречать. Но я с кораблем уложились с возвращением в более короткое время, поэтому залетаю максимально вдоль дороги и спускаюсь на небольшой холм около нее.

Уже начинает темнеть, я немного подумал, да и начал мастерить себе ночлег из того же параплана, еще быстро разжег костерок из найденного здесь же сушняка. Не хочу после целого дня хлопот еще шагать несколько километров с большим грузом за спиной.

Потом наворачиваю горячий кулеш прямо из котелка и размышляю:

— Нет смысла постоянно гонять подобным