Клан Волка - Анна Кондакова

Всё это наводило на меня тоску, но я обо всём забывал, когда наступал поздний вечер. Тогда я шёл в маленькую и очень скудную лабораторию, которую устроили Кика и Грич.

Там мы вместе разрабатывали сталь для нового меча Галея.

— А я уж думал, что Оружейник в тебе так и умер, не родившись, — смеялся Грич, когда я проверял на прочность очередную заготовку, морщил нос и говорил, что надо переделать.

Каждый вечер мы добавляли в алхимическую сталь всё новые материалы, которые приносил Бахадур, меняли составы и пропорции. Снова отливали меч за мечом, проверяли и дорабатывали.

Нам помогал Николай Кудинов.

Он умел делать не только бомбы, но имел тонкое чутьё при работе с металлами. И если бы отец Мидори не был варваром, то стал бы Золотым Мастером Материй и Инженером. Недаром с Кикой он быстро нашёл общий язык и сработался.

Ещё через неделю я наконец сказал заветную фразу:

— То, что нужно.

Мы создали алхимическую сталь для меча — такую, какую хотели. Прочную, твёрдую, упругую, лёгкую, не теряющую заточки, да ещё и с магическими свойствами к усилению соляных знаков на клинке.

Две последующих ночи я лично ковал и закалял этот меч.

В тишине Атифы раздавался звонкий стук молотов разной тяжести и размера, звенело эхо в сводах ледяных залов, трещал огонь в печи, а я всё колотил и колотил по мечу. Пот лился градом, рука отнималась — я впервые создавал оружие вот так, собственными руками, под своим полным контролем.

Для меня это было важно.

Я хотел отблагодарить своего учителя, как умел, и подарить ему меч, достойный Витязя Белого Ордена. И вот когда назавтра пришло время тренировки с Галеем, я принёс оружие в зал и с поклоном протянул его учителю.

Тот даже опешил.

Он уставился на меч, провёл взглядом по клинку и вензелям рукояти, по гравировке на гарде с янамарским иероглифом «сила духа», и поклонился в ответ.

— Спасибо, ученик. Это великолепная работа, достойная мастера. Говорю тебе как человек, который всю свою жизнь носил меч. Беру свои слова насчёт консервного ножа обратно.

— Да я не обиделся, — усмехнулся я. — Кстати, тут на кухне есть несколько банок консервированной рыбы. Можем опробовать.

Он рассмеялся, забрал у меня меч и мгновенно стал серьёзным.

— Великолепно, опоссум... Двенадцать соляных знаков, алхимическая сталь с магией. О великий Бартл... Золотой мастер Осирис умер бы от зависти. — Галей провёл ладонью по клинку. — Спасибо, Кирилл. Это ценный подарок, потому что ты сделал его сам, с трудом и благодарностью.

Я улыбнулся.

Галей редко выглядел счастливым, и сейчас был именно этот момент.

* * *

Перед отбытием из Атифы я попросил царицу отдать мне свиток с родословными Колидов и Чи. Пришлось долго её уговаривать, очень долго. Несколько дней.

— Это тебе не игрушка! — злилась она, ходя по залу туда-сюда.

По пятам за ней шагал её верный шакал и скалился.

— А вдруг у тебя отберут этот свиток? Или ты его потеряешь?

— Вы считаете, что у меня можно силой что-то забрать?

Она остановилась и колко заметила:

— Да, считаю. У тебя силой забрали всё, что ты имел, дорогой. Земли, дом и доброе имя.

Я скрипнул зубами.

— Этот свиток принадлежит роду Колидов.

Царица неожиданно смягчилась.

— Ладно, не злись. Бери. Но помни, что теперь подземные маги за его сохранность не отвечают. — Она погладила шакала по голове и добавила: — Ненавижу воздушных магов. Они чуть не уничтожили Атифу когда-то. Передай им, что Заварра считает их жалкими рогатыми тварями и хотела бы, чтобы их горная империя провалилась в бездну мрака. Так и передай.

Ничего я передавать не собирался, но дал ей высказаться.

Она уселась в свой ледяной трон. Пёс улёгся у её ног.

— И не забывай, что ты должен явиться сюда не позже чем через полтора месяца. Мы готовим новые силы, но без тебя всё это потеряет смысл, ты ведь понимаешь? Возьми с собой в путешествие самого сильного воина и самого серьёзного.

— Конечно. Самого сильного и серьёзного, — кивнул я.

— Самого надёжного и умудрённого опытом великих сражений.

— Есть у меня такой, да.

— Самого разумного.

— Это вообще его второе имя.

— Самого могучего и самого искусного.

— Ну разумеется.

* * *

Я взял с собой Мичи.

Когда он узнал об этом, то был на седьмом небе от счастья.

— Ну наконец-то, бледнолицый! Проветриться надо, а то я уже плесенью воняю! Мы с Профессором соберём самое необходимое в дорогу, не переживай.

— С кем?.. — не понял я и насторожился.

— С Профессором. — Мичи развернулся и издал забавный звук, будто поцокал.

Уже через пару секунд в коридоре показался ездовой варан в упряжи. Ящер подбежал к Мичи, ткнулся носом в его ногу и фыркнул, а потом метко выстрелил липким длинным языком и лизнул ему щеку.

— Хороший мальчик... хороший. — Мичи погладил его по бородавчатой серой морде.

Варан тут же начал издавать что-то похоже на «р-р-ру-у-у-р-р-р-ру-у-у», покрываться зеленью и отливать золотистым оттенком.

— Это он так радуется, маленький засранец.

— А почему Профессор? — усмехнулся я, глядя, как Мичи гладит варана, которого две недели назад ненавидел и обещал скормить котлованным упырям.

— Как это почему? — Он повернул ящера мордой ко мне. — Ты посмотри, какое умное лицо!

Лупоглазый ящер моргнул и уставился на меня.

— Ну да. Может, он тебе докторскую диссертацию напишет.

Мичи повернул морду варана к себе.

— Нет, брат. Пока он сойдёт только за младшего научного сотрудника, а там посмотрим. Но думаю, с другим профессором он всё же найдёт общий язык.

Он вдруг перестал улыбаться и с тревогой глянул на меня.

Мы оба подумали уже о другом профессоре, которого собирались посетить перед тем, как отправиться в одно из самых рисковых своих путешествий — к горным воздушным магам...

* * *

Интерлюдия одиннадцатая. Мидори Арадо

Когда Кирилл и Мичи покинули Атифу, со всеми тепло попрощавшись, Мидори долго думала, как быть с тем, о чём она узнала в свитке.

Ей было всё равно, что там были и другие девушки. Она давно поняла, что упустила Кирилла ещё в Ютаке и больше он не вернётся. Но этот свиток... его мерцающие картинки до сих пор стояли перед глазами.

На Мидори лежала огромная ответственность по возрождению рода Чи, и никто, кроме Кирилла, не смог бы передать этому роду магию без ограничений. Только он.

От этой неизбежности она не находила себе места.

В голове возникали картины их совместной ночи, а может быть, и не одной. От этого