Галактика Белая - Наталья Владимировна Бульба

– Лазовски арестован.

Подскочила я раньше, чем поняла, что он произнес.

– За что?!

Шторм смешно сморщил нос – оценил мою любимую пижаму с цветочками. Если думал, что ему удалось меня смутить, – ошибался.

– Официально, за непонятки с покушением на Соболева, а если неофициально, так за срыв кое-каких планов.

Задумавшись, прикусила губу. Потом сильнее взбила подушку, прислонила ее к стене, села удобнее.

– Если судить по тому, что ты мило беседуешь со мной вместо того, чтобы ставить всех на уши, нечто подобное предполагалось.

– Вообще-то, – хмыкнул Шторм, – этим я пытался сказать, что недельку тебе придется отдыхать одной. Раньше они не успокоятся.

– А я?

– А ты? – полковник не стал делать вид, что не понял моего вопроса. – По заключениям медиков, тебе необходима глубокая реабилитация, которую ты сейчас и проходишь.

– И не пытались оспорить? – не поверив, приподняла я бровь. Когда дело доходило до серьезного, такие мелочи редко кого останавливали.

– А ты не забыла, чью фамилию носишь? – невинно поинтересовался Шторм. Расслабилась я зря, продолжение не выглядело столь безобидным. – Винить себя не смей! Ты все сделала правильно.

Рывком отбросив одеяло, слетела с кровати.

– Я могла его спасти!

Мой демарш Шторма не смутил, как и штанишки до колен с оборочками снизу.

– Могла, – вопреки ожиданиям согласился со мной Слава. – С вероятностью меньше процента.

– Умеешь ты утешить, – прорычала я, прекрасно осознавая, что из нас двоих прав именно он.

Уж как я ни прокручивала ту ситуацию в уме, ничего не выходило. Не при том множестве выступавших против нас обстоятельств, с которыми приходилось считаться.

– Утешить? – искренне удивился он. – А я и не думал тебя утешать.

Молчала я, не зная, что ответить, недолго.

– Разбор полетов?

– Мальчишка был обречен с самого рождения. Вскрытие показало, что жил он только за счет айо. И он знал об этом. На планшете, который ты прихватила, кроме весьма интересной информации, были и его откровения.

– Просить сбросить не стоит?

Могла не спрашивать, Слава просто проигнорировал мой вопрос.

Зашла с другой стороны;

– Что с нами будет?

Тот ухмыльнулся.

– Считаешь меня провидцем?

– Что ты?! – отозвалась я в том же язвительном тоне. – Всего лишь предполагаю наличие у тебя тесных связей с небесной канцелярией.

Шторм обиженно вздохнул и покосился куда-то в сторону… Явно был занят, да так, что расписаны не минуты, а секунды. Но ведь сидит, беседует, словно никуда не торопится…

– Слав… – позвала я тихонечко.

Удивленно вскинув бровь, тот ждал продолжения.

– Скажи, что все будет хорошо?

Качнул головой… иначе уже не мог выразить степень своего изумления.

– Ты Ровера в горах еще не видела?

Теперь пришла моя очередь задумываться, что именно он хотел сказать. Хорошо еще, пояснения долго ждать не пришлось.

– Они похожи… Такие же монументальные и незыблемые.

С неделей Шторм не ошибся.

Меня никто не навещал, лишь пару раз выходила на связь Валенси, но про Лазовски не произнесла ни слова. Рассказывала про какой-то непонятный кипиш в Штабе. Кого-то снимали, кого-то назначали, объясняя все фразой, которая была способна довести до бешенства любого журналиста: «Без комментариев». Кое-что я ей, конечно, могла бы объяснить, но не стала. Подруга была из тех, кто в помощи не нуждался – раскопает сама.

Несмотря на красоту окружающего пейзажа, гуляла я мало. Добиралась до приглянувшегося мне камня, похожего на сложенную из овальных лепешек пирамиду, забиралась наверх и сидела, слепо глядя вдаль.

Ни мыслей, ни чувств… Могильная тишина.

Вот именно в такой момент меня и нашел Шаевский. Подкрался незаметно, тронул за плечо… Не успела я еще вскрикнуть от испуга – вот ведь… расслабилась! – как летела, вереща, вниз. Виктор от меня не отставал, вопил так, что оставалось только позавидовать его луженой глотке и тренированным легким.

В воду мы вошли одновременно.

Изумрудная зелень, до краев наполненная светом, стаи рыбешек, взирающих на нас с искренним изумлением, легкость, неожиданно пришедшая на смену той тяжести, что не давала мне все эти дни вздохнуть полной грудью.

Вытаскивал меня на берег Шаевский. Ныряли мы с таким упоением, что в какой-то момент я поняла: все. Мне и здесь хорошо. Выпустив пузырьками воздух, закрыла глаза, растворяясь в этой невообразимой, чарующей тишине.

Наслаждалась процессом я недолго.

Песчаная полоска вдоль кромки воды была узкой, но нам хватило. Устроив голову на плече напарника и слушая, как ритмично бьется его сердце, смотрела в небо, не понимая, как все эти дни могла не замечать его безбрежности и бездонности. Меня медленно отпускало напряжение и тяжесть прошедшего.

Поднялась я, когда начало припекать. Рубашку, которую надевала поверх купальника, чтобы не сгореть под горным солнцем, пришлось оставить в воде.

Окинула оценивающим взглядом Шаевского.

Тот подмигнул:

– Нравлюсь?

Фыркнула:

– Про полный контроль в курсе?

Виктор приподнялся на локте.

– Хочешь проверить?

Довольно улыбнувшись, качнула головой. Какое же это счастье… просто знать, что твой напарник вот он, рядом. Живой!

Наверное, что-то такое мелькнуло в моих глазах. Шаевский встал, подошел, остановившись всего лишь в шаге от меня.

– Я верил в тебя.

Говорить, что я – тоже, не стала, просто спросила, надеясь, что Виктор более в курсе происходящего, чем я;

– Как там Слава?

– Слава? – с ухмылкой переспросил Шаевский, отступая и присаживаясь на камень. Я устроилась на соседний, но тут же подскочила – тот оказался горячим. Показала Виктору кулак, напарник сделал вид, что совершенно ни при чем. – Я бы не стал с ним больше так фамильярничать… – Отметив мой недоуменный взгляд, Виктор продолжил; – Он теперь у нас Вячеслав Владимирович ШТОРМ.

– Именно так, с большой буквы? – протянула я, догадываясь, что за всем этим кроется то, о чем я бы знать не хотела.

– Еще и жирным шрифтом, – засмеялся Шаевский. – Они бы с удовольствием сделали его генералом, но не в столь юном возрасте. Он и так самый молодой полковник среди вояк, куда уж дальше…

Трудно сказать, была ли это истерика, но Виктор уже не хохотал, а едва ли не всхлипывал, захлебываясь смехом.

– Ты только представь… Имея лишь косвенное отношение к операции и используя вроде как находившуюся на отдыхе группу, спас адмирала Соболева, поймал капитана Ивара, за которого Орлов обещал нашивки, вытащил двух маршалов, да еще и оказал техническую поддержку команде О-два.

– Судя по тому, что тебе все еще весело, – вздохнула я, оценив масштаб «разрушений», – это еще не все.

Тот бесшабашно мотнул головой, сглотнул, пытаясь успокоиться. Получилось плохо, но ржать перестал.

– Валанд написал рапорт