И пришел слон - Василий Анатольевич Криптонов

— Я весь обратился во внимание.

— Очень простое и предсказуемое предложение: перейти в мою академию. Я взял на себя смелость навести справки о размерах вашего жалования здесь…

— Пока чай пили?

— Что, простите?

— Ничего, простительно. Продолжайте, умоляю.

— Кгхм. Так вот, я могу вам предложить оклад в два раза против теперешнего.

— А вы точно хорошо всё посчитали? Я тут, вообще-то, преподаватель, заведующий кафедрой и даже декан факультета.

От последнего я надеялся в обозримом светлом будущем отстреляться, повысив Диану Алексеевну, но моему басистому визитёру о таких моих планах было знать совершенно не обязательно.

— О, уверяю, я учёл всё, что только можно было учесть. Что вы получите у меня? Размер жалованья уже озвучен, но это лишь часть преимуществ, на которые вы можете рассчитывать. Вы также станете заведовать кафедрой магии мельчайших частиц и будете деканом соответствующего факультета. Академия предоставит вам в бессрочное пользование дом с полным штатом прислуги и собственным выездом. Наши преподаватели за счёт заведения ежегодно ездят в столицу на конференции. Обмен опытом, повышение квалификации… Интересно ли вам моё предложение?

Мне было не интересно. Феликс Архипович определённо принёс мне на блюдечке мечту. Красивую, сияющую, манящую и доступную, но, увы, не мою. Я смотрел на неё так же, как смотрел бы на томно изогнувшуюся в моей постели обнажённую Полину Лапшину. Смотрел и думал: «Как бы тебя так сплавить, чтобы без скандалов?..»

Жалованье — хорошо, конечно, да только у меня финансовый вопрос остро не стоит. В начале следующего года получу первую полноценную выплату за источник — и можно будет уже думать о доме. Плюс, конечно, танькино состояние, пусть я и не имею к нему прямого отношения, но, раз уж мы с ней решили образовать ячейку общества, то и сбрасывать его со счетов нельзя.

Штат прислуги самому нанять — не проблема, выезд этот так называемый мне особенно не нужен. Только лишняя статья расходов на содержание коней, конюха, обслуживание коляски. Извозчики дешевле и проще: доехал и забыл.

Да, конечно, Феликс Архипович предлагал мне всё это за чужой счёт, то есть, я бы не платил ни копейки. Но в том и закавыка: всё это будет не моё. В любой момент возьмут и отберут. И вышвырнут на мороз.

Феликс Архипович же словно подслушал мои мысли.

— Мы подпишем с вами контракт на три года. Согласно этому контракту за три года вы не можете быть уволены, а имущество остаётся за вами при любых обстоятельствах. Если вы подсчитаете свои ежемесячные доходы, то без труда вычислите, что за три года скопите сумму, достаточную для покупки собственного дома совершенно легко.

Но это было даже не самое главное. Главное, что отталкивало меня в предложении Феликса Архиповича — это необходимость работать. Это уже за гранью добра и зла. Работать! Аристократу! Да я в прошлой жизни уже на три жизни наработался. Теперь отдыхать хочу, и до сих пор у меня недурно получалось. Во всяком случае, чувствую себя бодрым и энергичным.

— Очень заманчивое предложение, Феликс Архипович, — сказал я.

— Не отвечайте сейчас. Я понимаю, что всё это неожиданно, и, в силу молодости, вы можете дать ответ, о котором будете потом жалеть. Я ведь всё понимаю, вы здесь привязаны не деньгами, а родственными чувствами. Вот, я оставлю карточку, здесь мой адрес. После семи часов вечера в любой день готов буду вас принять. Предложение действует месяц. Ну, не буду дольше надоедать, всё необходимое уже сказано, а зря тратить время — своё или чужое — не в моих правилах.

Он поднялся и, обозначив поклон, пошёл к выходу. Однако у самой двери обернулся.

— Кстати говоря, Александр Николаевич, поздравляю вас с помолвкой. Насколько я могу судить, Татьяна Фёдоровна — девушка достойная во всех отношениях и легко составит ваше счастье. К сожалению, эти правила… Учитель не может заключить брак с ученицей. Правила эти блюдут моральный облик нашего общества, и я их поддерживаю всецело. Но ведь они касаются только одного учебного заведения. А если муж преподаёт в одном, а жена обучается в другом…

Феликс Архипович вышел, оставив многоточие висеть в воздухе.

Я покачал головой в немом восхищении. Ну, дал! Ну, неожиданно. Уж ко всему я был морально подготовлен, однако чтоб с таких козырей зайти…

— Диль? — шёпотом позвал я.

— Да, хозяин?

— Проверь это барахло, что он оставил.

Диль приблизилась к столу, присела и обнюхала трость. Потом так же внимательно обнюхала лежащую на столе карточку и мотнула головой в сторону двери. Мы вышли, Диль закрыла дверь и негромко заговорила:

— Карточка заговорена как амулет ментальной магии. Как только ты её коснёшься, начнёт оказывать воздействие.

— Какого рода воздействие? Передаёт услышанное?

— Точно не уверена, возможно. Думается, Вадим Игоревич смог бы ответить на этот вопрос.

— Хорошо, спросим Вадима Игоревича. А трость?

— Трость совершенно обычная.

— Ну да, ожидаемо, он ведь не знал, что я о трости заговорю. Ещё что-нибудь?

— Да, полагаю, это важно. Я распознала магический отпечаток человека, который уже пытался проникнуть тебе в голову. Эту карточку заговаривал он.

— Лаврентий?

— Лаврентий.

Лаврентий Бекетов, студент, работа которого стала фундаментом моей карьеры, затаил на меня злую обиду. Вероятно, его нынешний ректор об этом пронюхал и завербовал себе бесплатного союзника, готового подставляться совершенно бесплатно, за одну лишь идею моего низложения.

— Никак не уймётся… Ну, что ж, спасибо, Диль, это снимает множество вопросов и сомнений. Что бы меня на Побережной ни ждало, ничем хорошим это не обернётся. Не голодная?

— Нет, хозяин.

— Ну, можешь пока быть свободна.

Диль исчезла, а я вернулся в кабинет и пристально посмотрел на лежащую на столе карточку. Казалось, что от неё исходит зловещее свечение, как от радиоактивной штуковины в кино.

Ближе к вечеру ко мне внезапно заскочила Стефания Вознесенская, девушка с одуванчиком на голове. Принесла переделанную работу — подготовительную к семестровой. Первый вариант я ей забраковал, несмотря на все наши совместные приключения.

— Положите на стол, я до завтра прочитаю.

— Ох, второй курс такой сложный… Не пойму, как Татьяна всё успевать умудряется! А это правда, что она собирается досрочно заканчивать академию?

— Собираться — не значит закончить…

— На самом деле это какой-то кошмар. Сегодня она,