Гимн шута 20 - Антон Сергеевич Федотов

— Хорошо, — произнес он.

И сказано это было родичам. Мол, я согласен. Если вы не против.

Анатолий Георгиевич перевел взгляд на сына. Мол, ты понимаешь, что соотношение сил не в твою пользу? Все-таки двое сильных одаренных в аспекте Ветра — мощь, с которой нужно было считаться.

— Я понимаю, что делаю, — ответил Павел, оценивая, как именно стоят старшие родичи.

До двери обоим было не больше пары шагов. Прекрасно!

Юрий Васильевич же едва заметно дернул уголком губ.

Павел вздохнул и достал из кармана гранату. Осколочную. Противомагическую.

Дорогая штука. Редкая. Но щиты Салтыкова-старшего пробьет наверняка.

— У меня есть способы уровнять шансы, — спокойно пожал плечами парень.

Павел мельком глянул на свою руку. Пальцы не дрожали. «Хорошо», — подумал он.

И, ухмыльнувшись прямо в ошарашенное лицо неудавшегося похитителя, вынул предохранительную чеку.

— Оставьте нас наедине, пожалуйста.

* * *

Спустя четыре минуты

В лифте Игорь Георгиевич прислонился к стене и закрыл глаза.

— Ты видел? — риторически спросил он брата.

— Видел, — глухо подтвердил очевидное Анатолий Георгиевич.

— И что ты об этом думаешь?

Вопрос заставил задуматься.

— Горжусь, — наконец решил отец бунтаря. — Наверное. Но жалею об упущенном времени.

— Это почему? — даже чуть удивился Глава.

— Пороть его уже поздно.

Глава 3

Глава 3

Голос оператора в наушнике звучал ровно и сухо:

— … Этаж переведен в режим «Красный-три»… Группы эвакуации готовы… Система ГО в норме… Изоляция отсека четыре-сто готова…

Анатолий Георгиевич, на миг крепко сомкнул веки, но, услышав вопрос брата, искренне ответил:

— Пороть его уже поздно!

«Зато самое время пожалеть, что мало внимания уделял воспитанию детей!» — отметил мысленно он.

Размышления прервал тихий шепот разъехавшихся в стороны створок турболифта.

— Пойдем понаблюдаем, — с едва заметной горечью предложил Глава.

От мысли, что в его здании происходит нечто серьезное, а ему отвели лишь постороннего зрителя, становилось… странно. Игорь Георгиевич к такому не привык.

Отец же «бунтаря» и привыкать не желал. Вот только выбора ему не оставили.

— Валерыч! — буркнул Анатолий Георгиевич на общей волне руководителей экстренных служб здания.

— Зал номер восемь-сто десять, — тут же раздался сосредоточенный голос.

Мужчины, как раз добравшиеся до «развилки», на миг встали.

— Туда, — первым сообразил заместитель, указывая на правый коридор.

Здание было огромным. И запомнить план всех этажей было просто нереально.

В стихийный кризисный центр они ворвались ровно через семь минут после зловещего щелчка извлеченной из предохранительной скобы чеки.

Оставалось лишь надеяться, что сама скоба еще на месте.

— Валерыч! — рыкнули оба «Георгиевича», едва ворвались в центр наблюдения и связи.

Здесь уже не было штатных сотрудников безопасности. Всех их разместили в зале совещаний неподалеку. Посты операторов ныне заняли спецы особого технического отдела, подчиняющиеся лично воеводе.

Сам глава вооруженных сил клана обнаружился тут же. Он вольготно развалился в кресле командира поста и, закинув ноги на стол, задумчиво грыз орешки из яркого пакетика.

Из этого зрелища братья тут же сделали вывод, что Валерыч собран, серьезен и очень-очень зол.

— Статус! — затребовал Председатель Правления.

— Пока ничья, — тут же откликнулся воевода. — Без изменений!

Лишь затем Анатолий Георгиевич подошел к экранам, куда были выведены данные со всех фиксаторов «зала переговоров».

«Собеседники» сидели. Друг напротив друга. В креслах. Судя по данным сканеров Линдемана, Салтыков так и не отпустил свой Ветер полностью. Интенсивность поля Силы была такова, что Павлу должно было быть очень неприятно. Однако молодой человек спокойно сидел напротив. Граната была до сих пор в его руке.

— Где чека? — чуть резче, чем стоило, бросил Анатолий Георгиевич.

— Левая рука, указательный палец, — не заставил ждать ответа воевода.

Несколько секунд мужчина присматривался. Потом кивнул, заметив «украшение» на фаланге сына.

— Брат мой дорогой, — негромко выдохнул он.

— Двоюродный, — зачем-то напомнил Валерыч.

Возможно, попытался сбить с толку заместителя Председателя. Однако вышло так себе.

— Скажи мне, пожалуйста, — попросил он. — Откуда у Павла граната?

— Из Арсенала, — абсолютно спокойно объяснил мужчина, лично отводивший двоюродного племянника с святая святых клана.

И позаботившийся о том, чтобы хранители выдали юному Волконскому все потребное.

— Даже не буду спрашивать, откуда у нас спецсредства алой формы, — покачал головой Игорь Георгиевич.

Противомагические гранаты применялись исключительно специальными службами империи. Во всяком случае, официально. В реальности же почти в каждом спецхране уважающего себя клана можно было найти много чего интересного.

Обыскивать всех? Прямой путь к мятежу. А потому император карал исключительно за применение запрещенного оружия.

В ответ же на реплику главы родной и двоюродный братья только одинаково пожали плечами. Председателю Правления и не нужно вмешиваться в такие мелочи. На нем общее руководство. Тактические же решения за руководителями направления.

Игорь Гергиевич хотел было ответить что-то резкое, но… сдержался. Хотя бы потому что он сам принял решение оказывать помощь племяннику. В том числе и военной силой. Конечно, Председатель Правления упоминал что-то о «рамках разумного». Но каждый понимает их по-своему. И сегодняшний инцидент станет поводом эти самые рамки и пределы пересмотреть.

— Что они делают? — риторически спросил Глава, приглядываясь к одному из экранов.

Собеседники не шевелились. Просто молча сидели и изучали друг друга.

— Ничего, — констатировал очевидное Валерыч.

Анатолий Георгиевич присмотрелся. Собеседники на экране не сводили взгляда друг с друга. При этом ни один из них не пробовал продавить оппонента. Ветер все также закручивал спирали вокруг Иннокентия Степановича, не пытаясь «укусить» Павла. Молодой же Волконский наблюдал за этой картиной с видом «И что делать будешь, если у меня рука дрогнет?».

— И чего они ждут? — риторически спросил Глава, склоняясь над соседним монитором.

— Да откуда я знаю?.. — начал было воевода.

Ответом ему стала вспышка на всех экранах разом.

Дыхание обоих «Георгиевичей» сбилось на миг. Валерыч даже не вздрогнул. Только орешек хрустнул громче обычного.

«Граната⁈» — мелькнула пугающая мысль в голове отца «бунтаря».

Однако экраны тут же начали светлеть, сместив спектр до бледно-молочного. В этой «дымке» разглядеть что-либо было просто невозможно.

— Господин, — раздался голос одного из технарей.

Валерыч медленно обернулся к подчиненному.

— Мы потеряли контакт с датчиками и фиксаторами.

— Со всеми? — чуть удивленно уточнил Валерыч.

— Точно так! Полный спектр.

— И что все это