Вор Мертвого города - Андрей Глухарёв

ушах стоял гул крови, а перед глазами, казалось, уже плясали серые тени мертвых стражей. Разум кричал мне вскочить, ударить Даррена кинжалом, чтобы он замолчал, и бежать из этого трактира так далеко, как только смогут унести ноги. Бежать от этого самоубийства.

Но где-то глубоко внутри, там, где жила та самая черная, неугомонная воровская гордость, заставлявшая меня раз за разом рисковать шеей ради невозможного, что-то заворочалось. Искра безумия, присущая каждому, кто выбрал жизнь в тени.

Я медленно поднял взгляд. Даррен сидел тихо, не торопя события, наблюдая за мной блестящими, лихорадочными глазами.

Собственный голос показался мне чужим — хриплым, надломленным и совершенно сумасшедшим.

— Я согласен.

Глава 2

«…И воззвал Король-Чародей Нергал к сущностям за Гранью, истребовав для народа своего дар неиссякаемых дней и власти над самой сутью распада. И Небеса промолчали, но Бездна ответила гласом, от коего потрескался жемчужный мрамор зиккуратов. Ошибкою было верить, что вечность есть бесконечное продолжение жизни. Вечность, дарованная Востоку, оказалась лишь застывшим, нерасторжимым мгновением предсмертной агонии. Плоть их иссохла, но не осыпалась прахом; разум поддался безумию, но не угас; а гордыня обратилась неутолимым, противоестественным гладом. И стали они стражами собственного исполинского склепа, чьи врата отныне затворены изнутри. Не ради защиты от живых, но дабы удержать мертвых от пожирания всего сущего».

— «Хроники падения Жемчужных Королей», Том II, Свиток IV. Текст переведен архивариусом Сайласом. Категорически запрещено к прочтению вне стен Башни Знаний

Осенний ливень и не думал утихать. Казалось, небеса прорвало окончательно, и теперь холодная, жалящая вода будет литься на этот проклятый приграничный городишко до скончания веков. Склизкая грязь чавкала под подошвами моих сапог, норовя засосать их по самую щиколотку. Я глубже натянул капюшон плаща, спасаясь от пронизывающего ветра, и скользнул в зев узкого переулка, оставляя позади шумную улицу с ее редкими, жмущимися к стенам прохожими.

В голове шумело — и отнюдь не от дрянного эля, который я так и не допил. Эре-Нергал. Одно только это название отдавалось в висках гулкой пульсацией. Во что я ввязался? Во имя всех святых угодников и милосердия Теоса, почему я просто не перерезал Даррену глотку и не сбежал? Ответ был прост, до омерзения прост: гордыня и алчность. Две сестры, которые испокон веков сводят в могилу лучших парней нашего ремесла.

Впереди, возле покосившегося крыльца местной скупочной лавки, мелькнули две тени. Я бесшумно вжался в нишу между домами, сливаясь с мокрой кирпичной кладкой. Какая-то девка в разодранном платье истошно визжала, пока здоровенный детина, судя по всему, вышибала из соседнего борделя, тащил ее за волосы по грязи. Из темноты вынырнул стражник, лениво почесал пузо под кирасой, сплюнул в лужу и отвернулся, делая вид, что невероятно увлечен изучением водосточного желоба. Обычная ночная жизнь. Не мое дело. Я выждал, пока они скроются за углом, и двинулся дальше, стараясь ступать только по выступающим булыжникам.

Итак, Эре-Нергал. Если отбросить панику и посмотреть на вещи глазами профессионала, задача сводилась к одному: как выжить там, где сама смерть работает в две смены без выходных. Мне предстояло спуститься в преисподнюю, и я не собирался делать это с голыми руками.

Обычный воровской инструмент — набор отмычек, щупы, пара фомок — это, конечно, хорошо. Замки, пускай и скованные тысячелетия назад, остаются замками. Кое-где наверняка придется поработать над заржавевшими механизмами или обойти древние ловушки. Но что толку от виртуозного владения отмычкой, если в спину тебе дышит иссохший мертвец, которому плевать на твои таланты?

Оружие. Вот о чем стоит подумать всерьез. Мои любимые метательные ножи и кинжалы отлично подходят для того, чтобы вскрыть глотку зазевавшемуся гвардейцу или отбиться от банды в подворотне. Но обычные клинки против нежити — это все равно что пытаться заколоть туман зубочисткой. Нужен короткий меч. Хороший, увесистый, способный с хрустом перерубать кости, а не только колоть. И обязательно с серебряным напылением. А еще лучше — с вытравленными алхимическим огнем рунами на лезвии. Придется растрясти свои тайники и навестить старика Фарго на Ржавом рынке, у него всегда водились специфические игрушки из-под полы. Парочка склянок с концентрированной кислотой тоже не помешает — говорят, она неплохо разъедает старые кости.

Слева, из черного провала подвала, донесся сдавленный хрип и звук удара плоти о камень. Я лишь ускорил шаг.

«Слишком много шума в голове, Марек, — одернул я сам себя. — Ты забываешь о главном».

Карта. Мне до одури, до кровавых мозолей нужна была карта Эре-Нергала. Или хотя бы приблизительный план его улиц. Идти в Город Мертвых вслепую — это не риск, а изощренная форма самоубийства. Где искать проклятую вещь, которую заказал наш таинственный наниматель? В храмах? Во дворце правителя? В катакомбах? Нужно будет заставить Даррена выложить все, что он знает, до последней крохи. А еще лучше — потрясти знакомых архивариусов. У одного старика в библиотеке местной Коллегии Магов я когда-то видел древние свитки с описанием Восточных земель до Падения. Придется наведаться к нему в гости. Незаметно, разумеется.

Даррен сказал явиться завтра к полудню в «Императорский Павлин» — самую помпезную и до тошноты дорогую гостиницу во всем городе. Место, где даже за воздух, которым ты дышишь, трактирщик норовит вписать в счет пару серебряных. Там этот хитрый лис обещал познакомить меня с остальной частью нашего отряда.

Я криво усмехнулся в темноту. Малый отряд. Что ж, здесь этот богатый ублюдок-наниматель не прогадал. В этом я был с ним полностью согласен. Тащить в Эре-Нергал армию — значит накрыть для местных обитателей роскошный шведский стол и ударить в гонг, созывая всех тварей в округе. Большая группа — это лязг доспехов, ругань, запах пота, костры и глупость. Маленький отряд, если в нем нет откровенных идиотов, способен проскользнуть между пальцами самой Смерти. Мы будем двигаться тихо, как тени. Пришли, взяли что нужно, и испарились. Звучит складно. Как в дешевой менестрельской балладе, мать ее.

Холод пробирал до костей, и вместе с ним в голову лезли здравые, но крайне раздражающие мысли. Я остановился под спасительным козырьком чьей-то заколоченной лавки, чтобы перевести дух, и задумался.

А какого, собственно, лысого демона я сейчас делаю?

Если этот таинственный столичный толстосум, на которого работает Даррен, настолько богат и влиятелен, что собирает людей для самоубийственной миссии, разве у них не должно быть своей карты? Пойти в Эре-Нергал без подробного плана — это не просто глупость, это изощренный способ накормить местную нежить