Лошадь, которая говорила - Эдмонд Мур Гамильтон

Широкие плечи Кирка напряглись.

– Ну, и что с того? – вызывающе спросил он.

– Что с того?! – пронзительно закричал Гарвин. – Я нанимаю тебя, а ты переходишь на другую сторону. Что это за юридическая этика?

– Не говори со мной об этике, дешёвый мошенник! – вспыхнул Кирк. – Я знаю, как ты планировал выманить у Фрэнсис целое состояние. Это не сработает!

– Убирайся отсюда! – яростно крикнул Уолтер Гарвин.

– Сначала – четыреста долларов гонорара, что ты мне должен, – напомнил ему Кирк. – Мне они сейчас нужны.

Гарвин сердито потянулся за чековой книжкой, но остановился, и на его круглом лице появилось хитрое выражение.

– Ты же не хочешь получить эти деньги для участия лошади в скачках? – потребовал он ответа. – Восс сказал, что ты тянешь с оплатой.

Лицо Кирка его выдало. Гарвин издал триумфальный крик.

– Я так и думал! – воскликнул бизнесмен, не добравшись до чековой книжки. – Ну, мистер, за это ты не получишь от меня ни цента!

– Но ты мне должен! Я могу заставить тебя заплатить! – гневно заявил Кирк.

– Конечно, можешь, – пробурчал Гарвин. – Но на это уйдут недели. А скачки Золотые Гонки уже завтра.

– Ну ты, ничтожная креветка! – воскликнул Кирк, угрожающе приближаясь к нему.

Гарвин поспешно нажал одну из кнопок на своём столе, и в кабинет быстро вошли два человека – два крупных, громоздких, недоброжелательных мужчины.

– Шэг и Муркел, – сказал Гарвин разъярённому молодому адвокату, – специализируются на мелкой работе, например, вышвыривают людей. Так что вы собираетесь с ним сделать?

Два здоровенных головореза стояли в ожидании, глядя на Филипа Кирка, и тот понял, что, начав спорить, он не получит ровным счётом ничего.

– Чайна Бой будет участвовать в гонках – и победит! – горячо сказал Кирк, поворачиваясь к двери. – Твоя хитрая схема не сработает, Гарвин!

– Ну, желаю удачи, Кирк, – насмешливо сказал ему вслед бизнесмен, захлопывая дверь.

Кирк был в глубоком унынии, когда ехал обратно через солнечную послеполуденную сельскую местность на ферму Даррелов. Он сказал Фрэнсис, что она может рассчитывать на него в плане вступительного взноса, а теперь он её подвёл, и от всего сердца проклинал Восса и Гарвина.

Он прокручивал в голове невероятные планы, как раздобыть четыреста долларов, но ни один из них не был реальным. Он всё ещё был в тупике, когда остановил свою машину рядом со старым каменным домом.

Кирк услышал голоса у сарая и вошёл туда. Он обнаружил Фрэнсис с Боем в большом стойле для лошадей. Девушка ругала пучеглазого мужчину с квадратным коричневым лицом, Ника Джори, непорядочного наёмного работника, как догадался Кирк.

В руке у Ника была пустая бутылка, и Кирк заметил, что в глазах Чайна Боя появился новый блеск.

– Привет, приятель! – громко окликнул Кирка конь, громко икнул, а затем воскликнул: – Всё готово для меня на ипподроме? Я бы хотел, чтобы скачки начались прямо сейчас. Бой-бой-бой, я чувствую себя превосходно!

Фрэнсис обеспокоенно повернулась к молодому адвокату.

– Ник снова давал Бою спиртное! – сказала она Кирку. – Я поймала его только что, когда он держал бутылку, чтобы тот выпил.

– О, я просто дал ему полпинты – это для него всего лишь капля, – хрипло пробормотал Ник Джори. – Он сказал, что ему нужна небольшая доза.

– Конечно, только чуть-чуть, чтобы я сегодня хорошо выспался, – поспешно добавил Чайна Бой.

Лошадь выглядела такой же виноватой, как и работник.

– Кто слышал, чтобы скаковая лошадь тренировалась на виски?! – бушевала Фрэнсис и с горечью обвинила Ника: – Это всё твоя вина, ведь это ты приучил его пить эту дрянь!

Ник повесил голову.

– Ну, мне было одиноко на ферме, не с кем было выпить, – неубедительно оправдывался он. – А Бой, что мог разговаривать и всё такое, заставил меня считать его своим приятелем.

– Конечно, – подхватила лошадь и снова икнула. – Мы много раз с Ником видели, как восходит солнце, так ведь, Ники, дружище?

– Ну, больше ни капли, – объявила Фрэнсис. – Ты должен помнить, что всё зависит от твоей завтрашней победы.

Кирк понял, что наступил момент поведать своё неутешительное известие.

– Боюсь, что Бой завтра не будет участвовать в гонках, – горестно сказал он девушке.

– Что? Почему? – воскликнула лошадь, вскидывая голову.

Кирк объяснил, заключив:

– И вот этот грязный маленький подлец Гарвин отказался выплатить должок. А нет вступительного взноса – нет скачек.

Фрэнсис храбро приняла это сообщение.

– Вы сделали всё, что могли, – утешила она Кирка, но её подбородок дрожал. – Мы просто должны извлечь из этого максимум пользы.

– Нет другого способа получить эти деньги? – в отчаянии спросил Кирк. – Если бы у нас были четыреста…

– Я могу их достать, – услужливо предложил Ник Джори. – Заверну кусок свинцовой трубы в газету и буду ждать за тёмным углом, пока не появится какой-нибудь преуспевающий парень, и…

– Ты не сделаешь ничего подобного! – сурово сказала Фрэнсис работнику, потом повернулась к Кирку, и на её красивом лице внезапно вспыхнул луч надежды: – Я кое-что придумала, мистер Кирк.

– Пожалуйста, называйте меня Филом, – перебил её Кирк. – Все друзья меня так зовут, – поспешно объяснил он, краснея.

Фрэнсис слегка улыбнулась.

– Ты прав, Фил. И, конечно, я – Фрэнсис.

Она снова стала серьёзной.

– Я хочу сказать, что у нас есть богатый сосед, мистер Веллингтон Дуп, что как-то увидел Боя, восхитился и даже хотел его купить. Он, конечно, не знает, что Бой умеет говорить.

– Но, если ты продашь его этому мистеру Дупу, мы не сможем завтра участвовать в скачках! – возразил Кирк.

– Ты же не продашь меня этому бородавочнику Дупу? – жалобно воскликнул Бой. – Если бы я принадлежал ему, я бы никогда больше не захотел бегать!

– Я не говорю о твоей продаже, Бой, так что молчи, – успокоила Фрэнсис лошадь и объяснила Кирку: – Может быть, Дуп одолжит нам четыреста долларов на взнос?

Кирк загорелся надеждой.

– Это идея, Фрэнсис. Позвони этому Дупу и попроси его к нам приехать.

Фрэнсис