Инструкция по применению - Илья Соломенный

Не думать, не переживать, успокоить мысли…

Белая комната… Простая белая комната… Белое, всё белое…

Через несколько мгновений мне удалось изгнать из головы любые мысли — осталась лишь белоснежная пустота, которая почему-то слегка пульсировала, но я не думал и об этом, стараясь удержать пустой и бессмысленный образ как можно дольше…

— … Может и правда дело в духовной эссенции, раз уж я воспользовался такой нестандартной? Хм, да нет, конструкт чистый… А это что? Ага! Брак в управляющей связке. Странно, что она повреждена…

Ящер открыл глаза, убрал руку и отошёл на шаг, разглядывая меня с явным раздражением. Я же только сейчас отпустил «белоснежный» образ, поняв, что опасность миновала.

— Видимо, упустил несколько нитей, когда заканчивал, хм-м… Ладно, сейчас откалибрую, — буркнул хвостатый, снимая с запястья серебряный браслет, усеянный кристаллами красного цвета, — Стоило бы тебя вообще переделать, но оно того не стоит…

Он приложил браслет к моему лбу, и теперь покалывание стало более интенсивным.

— Так… управление первого уровня — на меня… Подчинение прямое… Команды стандартные… — шептал мужчина, и каждое его слово словно впечатывалось в мою глиняную голову, — Координацию — обновить…

Я почувствовал, как внутри меня что-то будто щёлкнуло.

— … готово, — выдохнул ваятель, убирая руку, — Теперь давай-ка проверим.

Он отошёл к столу, взял с него тот самый молот, который я дважды уронил, и вернулся ко мне.

— Возьми.

Я подчинился.

Моё тело двинулось само — и на этот раз я не сопротивлялся. Продавать меня на арену, кажется, уже не собирались — жаба ушла с тремя другими големами, и хвостатый явно был доволен сделкой, так что не стоило отсвечивать.

Моя рука сомкнулась на рукояти молота — толстые пальцы крепко обхватили её.

— Подними.

Я поднял.

— Ударь по наковальне.

Продолжая подчиняться заложенной «программе» я повернулся, отыскал глазами наковальню, сделал два уверенных шага, занёс молот и мысленно усмехнулся.

Сейчас я тебе покажу такое послушание, что обзавидуешься…

БАМ!

Молот опустился точно в центр наковальни. По руке прошла лёгкая, едва ощутимая вибрация. Она пробежала, по плечу, отдалась в груди — но я уже начал привыкать к этим странным ощущениям.

— Хорошо, — кивнул ваятель, и в его голосе прозвучало удовлетворение, — Теперь круговое движение… Подними над головой… Опусти…

Я выполнял всё без запинки — достаточно было просто не сопротивляться. И что занятно — когда мной управлял хвостатый (или его «заклинания») — я двигался чётко, прямо, уверенно и плавно, ни разу ничего не задев.

— Отлично, — хвостатый довольно потёр руки, — Посмотрим, как будешь работать дальше. В крайнем случае — всегда можно пустить тебя на запчасти. Ступай на склад. Встань в ряд с остальными.

Фраза о запчастях мне совсем не понравилась, но я послушно развернулся, сделал несколько шагов, вошёл в комнату с големами. Нашёл место между двумя такими же глиняными уродцами, как я сам — и замер.

Через минуту в дверях показался ваятель, бросил быстрый взгляд на строй конструктов, кивнул своим мыслям и вышел. Я услышал, как щёлкнул замок в мастерской, затем — удаляющиеся шаги.

Я остался один.

Ну, почти один — с десятью безмолвными кусками глины…

Несмотря на уход хвостатого, контроль ко мне возвращаться не спешил — видимо, он был где-то поблизости, не ушёл из дома — поэтому и действовало «контролирующее заклинание». Как бы не хотелось пошевелиться — никак не получалось этого сделать, так что я просто стоял, как истукан (каким и был).

Стоял — и размышлял… Вспоминал жизнь, армию, учёбу, Машку Третьякову, с который мы собирались погулять в воскресенье… Родителей, которые неизвестно где и как восприняли новость о моей… Смерти?

Интересно, что со мной вообще произошло? Связана ли с этим та самая «духовная эссенция»?

За единственным окном, которое попадало в моё поле зрения, небо окончательно потемнело — наступила ночь.

Не знаю, сколько я так проторчал — но в какой-то момент услышал странный звук, исходящий из угла помещения…

Зрение, которое мне досталось, не позволяло нормально видеть в темноте, так что я не сразу заметил какую-то небольшую тень, ползающую по комнате.

И она меееееедленно-медленно приближалась с неприятным «хлюп-хлюп-хлюп»…

Через мгновение я услышал бормотание:

— Ням-ням-ням… Хозяин-дурак, Хозяин-злой, хе-хе! Оставил своих дурачков без присмотра, хе-хе! Щас попробуем, что там у них в глазках, м-м-м-м… Вкусные, вкусные глазки! Склиз уже разок попробовал блестяшки, хочет ещё, м-м-м-м… Правда, хозяин Склиза чуть не поймал, но Склиз умный, быстрый и тихий, он удрал… Ничего-ничего, сейчас откушаем, хе-хе!

От этого голоса, будь я человеком, у меня бы точно пятая точка вспотела, а по телу наверняка бы пробежали мурашки…

Не имея возможности двигаться, я наблюдал, как тень оказывается всё ближе и ближе, ближе и ближе…

Миг — и это странное создание юркнуло куда-то к моим ногам, а затем я ощутил в них едва заметную вибрацию.

И понял — тварь ползёт по ним…

Из всех големов, чьи глаза он хотел сожрать, ночной гость выбрал меня!

Проклятье!

Вибрация поползла вверх, по голени, по бедру, и я ничего, — НИЧЕГО! — не мог с этим поделать!

— Ням-ням-ням… — бормотала тварь уже где-то у моего пояса, — Вкусный големчик, Склиз уже почти добрался, хе-хе…

Лёгкая вибрация отмечала каждый сантиметр пути неизвестной хрени. Вот тварь оказалась на уровне груди. Вот проползла по плечу — и оказалась прямо на лице, перекрыв зрение.

В этот момент мне стало также страшно, как и в той ситуации с жабой — и тут же будто какой-то внутренний предохранитель выбило!

Я снова напряг мысли и прорвался через окружающий сознание барьер — секунду назад я был заперт в глине, как в тюрьме — и вдруг оковы спали! По телу пробежало покалывание, и я снова мог двигаться!

Мои руки взметнулись вверх, толстые пальцы сомкнулись на чём-то очень мягком и текучем, облепившем лицо…

— А-А-А-А-А! — заверещала тварь тонким голосом, — Он не спит, не спит! Спасите-спасите-спасите!

Проклятье, он так орёт, что сейчас сюда точно колдун прибежит! Ну и что мне теперь делать⁈

Кое-как отодрав существо с лица, я вытянул руку и посмотрел на него.

Это была… слизь. Буквально — слизь! Размером с чихуа-хуа примерно, переливающаяся всеми оттенками серого и зелёного, с двумя крошечными глазками-бусинками, которые плавали в этом желе, как хотели.