Оружейник - Александр Михайлович Гулевич

только нахожу – мы на водохранилище, там глубины действительно серьёзные, но вся штука в том, что оно находится выше по течению, а для того, чтобы туда попасть, надо идти против него, мы же шли по течению, в смысле от водохранилища… Блин, чертовщина какая-то, честное слово.

– Так и что нам делать-то теперь? – пребывая в полной растерянности, задал Василий вопрос, ни к кому конкретно не обращаясь.

– Да хрен его знает, нет у меня никаких соображений, никогда не слышал о таких историях, в какую мы с вами угодили. Хотя… Давайте выходите на палубу и всматривайтесь и вслушивайтесь, вдруг свет мелькнёт, звуки какие-то появятся или, например, берег увидите, я же поставлю двигатель на самый малый ход. Если что увидите или услышите, сразу дайте знать криком, – покачав головой, высказался Константин, в глубине души сожалея, что уговорил школьных друзей отправиться на рыбалку.

– Может, у тебя ракетница сигнальная есть или ракеты?

– Ваня, есть четыре осветительные ракеты, но толку от них в таком тумане полный ноль, поэтому лучше их всё же приберечь, надеюсь, этот туман ненадолго, – после непродолжительного молчания ответил Константин и хотел было что-то сказать ещё, но неожиданно послышался неприятный скрежет по левому борту. Быстро выскочив на палубу, Василий и Иван, свесившись через леер, посмотрели вниз и увидели торчавший из воды довольно внушительный валун, а чуть поодаль едва виднелась полоска суши.

– Костян, стоп машина! Тут валун здоровенный и едва виден берег, по левому борту нормальная такая царапина, надеюсь, дюраль не прорезало, а то яхта твоя на дно пойдёт! – вскричал Иван, ощутив озноб, вызванный испугом, тонуть ему совсем не хотелось.

– Вот же зараза, сейчас гляну, есть ли течь! – раненым зверем взревел Константин и бросился в трюм. Появился он спустя несколько минут и, устало присев на леер, проворчал:

– Можно сказать, отделались лёгким испугом, течи нет, но на деньги я попал хорошо так, одна только рихтовка корпуса, даже не знаю, во сколько мне обойдётся, а ещё покраска недешёвая. Ну да ладно, это мои проблемы, парни. Якорь я сбросил, дальше в таких условиях продолжать движение исключительно опасно, будем ожидать, когда туман развеется, тогда и осмотримся, где мы с вами оказались.

– Может, на виднеющийся берег сплаваем и осмотримся? – предложил Василий, пытаясь разглядеть хоть что-то там, на виднеющемся кусочке суши.

– Не стоит, пока остаёмся на борту и отдыхаем, спешить нам всё равно некуда. Если хотите, рыбу тут половите, а я пойду лучше подремлю, что-то мне вся эта чехарда с электроникой изрядно вымотала нервы, – тяжело вздохнув, проговорил Константин и, медленно развернувшись, побрёл в кают-компанию. Проводив его взглядом, Василий в задумчивости почесал затылок и нехотя буркнул себе под нос:

– Не хочу я сейчас тут рыбу ловить, настроения нет, пропало после произошедшего. Пойду-ка я тоже поваляюсь на диванчике, что-то мне от всего этого не по себе, тревожно как-то, а с чего так, и понять не могу.

Понимающе кивнув, Иван сходил в кают-компанию и, достав из рюкзака бинокль, вернулся обратно и с немалым любопытством всмотрелся в виднеющийся отрезок суши. Было видно, как волны разбиваются о скалистый берег, но что дальше, было практически не видно. Мысленно махнув рукой на странности этого дня, спустился в кают-компанию. Накачав воздушную подушку, Иван прилёг и прикрыл глаза. Спать не хотелось, но спустя непродолжительное время он сам не заметил, как погрузился в глубокий сон…

Глава 2

– Ваня, давай просыпайся, нас ждут великие дела! – во всю глотку заорал Василий, сильно потормошив спящего друга. Открыв глаза, Иван широко зевнул, потянулся и встал с диванчика. Выглянув в иллюминатор, он крякнул. Туман никуда не делся, только его плотность существенно снизилась, отчего часть берега теперь была видна более или менее хорошо.

– Мы, что на яхте к самому берегу подойдём? – сдерживая вырывающуюся зевоту, поинтересовался Иван.

– Не будем рисковать, на надувной лодке все вместе прокатимся и там, на месте, осмотримся, после и решим, что нам делать дальше, – нехотя буркнул Василий, подхватив свой рюкзак, вышел из кают-компании на палубу и неспешно занялся накачкой ножным насосом четырёхместной резиновой лодки. Хмыкнув, Иван открыл термос, сделал несколько глотков кофе, взял рюкзак и вышел на палубу. Заприметил Константина, стоявшего на верхнем ярусе и рассматривавшего виднеющийся берег в массивный морской бинокль. Поднявшись к нему, Иван в задумчивости постоял какое-то время и негромко задал вопрос:

– Что там видно в окуляры, случаем, не подскажешь?

– Да ни хрена толком не разберёшь, туман этот гадский мешает, не пойму, что это за место такое на нашей-то реке. Казалось бы, я реку нашу вдоль и поперёк неоднократно объездил, но похожих мест что-то никак не припомню, – не отрываясь от наблюдения за берегом, проговорил Константин и, глубоко вздохнув, уложил бинокль в футляр.

– Ладно, давай готовиться, сейчас Васька лодку накачает, и мы все отправимся на берег и там, на месте, осмотримся. Блин, никогда прежде я в такую дурацкую ситуацию не попадал, электроника как показывала какую-то пургу, так до сих пор её и показывает, связи со спутниками нет вообще, а эхолот глубину аж в семьсот тридцать два метра выдаёт. Бред какой-то, честное слово.

Понимающе кивнув, Иван неспешно спустился на палубу и, дождавшись, когда лодка будет накачана, помог Василию спустить её на воду и загрузить в неё рюкзаки. Когда всё было завершено, они расселись на лавки, и Константин взялся за вёсла. Минут через двадцать, пристав к песчаному берегу, они вбили стальной колышек и, привязав к нему лодку, чуть прошлись и огляделись. Иван сделал вперёд ещё несколько шагов по направлению к густым зарослям и неожиданно увидел свисающий на ближайшем дереве толстенный жёлто-чёрный шланг. Внимательно к нему присмотревшись, споткнулся и рухнул лицом в песок.

– Ваня, ты как, не ушибся ли? – c искренним участием поинтересовался Василий, помогая ему встать на ноги. Стряхнув с лица налипший песок, Иван ещё раз посмотрел на толстенный «шланг» и, немного сместив в сторону взгляд, заметил на ветках довольно крупных птиц с ярким оперением.

– Парни, вы ничего странного тут не замечаете? – вкрадчивым голосом задал он вопрос своим старым школьным друзьям, с наслаждением вдыхавшим свежий воздух.

– Ну как, чисто тут, нигде не валяются пивные банки и крышки, нет пластиковых бутылок с пакетами, прямо девственная чистота, как будто нога современного человека тут никогда не ступала, а так больше ничего такого что-то не замечаю, – отозвался Константин и, сняв с себя рюкзак, присел на него.

– Парни, да разуйте, наконец, глаза! Вот на том дереве в метрах десяти