Дом-колодец - Елизавета Рябинова

место при свете дня – крайне интересно: детали превращаются в общую картину и город выглядит совершенно иначе. С другой стороны, да пропади пропадом этот город. Майя облокотилась на подоконник и смотрела на ту самую улочку. Она нервно стучала пальцами и, кажется, искусала себе всю щеку. Что, если она не сможет вернуться домой?

Из окна город правда казался уютным. Здесь еще не закончилось лето, что было, конечно, странно, но гораздо комфортнее, чем осенняя слякоть с запахом приближающихся заморозков.

Майя перебирала у себя в голове варианты казни для Александра. Удивительная способность притягивать проблемы. Хотя в чем он виноват… Он так слезно обещал все решить, что стало даже противно. Майе было сложно рассчитывать на чью-то помощь. Любые проблемы, даже вызванные другими людьми, ей приходилось решать самой. Так ей казалось.

Дом напротив был полностью деревянный и покрашен в зеленый цвет. Доски уже заметно состарились, где-то прогнили и отвалились, но от него все равно веяло теплом. На улице царила тишина и пахло листвой.

Майя открыла дверь, на полу стоял извинительный завтрак: что-то похожее на какао и крайне подозрительный бутерброд. Майя забрала это хлебное нечто, закинула на плечо шоппер и спустилась на первый этаж. Там Александр уже во всю готовился к открытию лавки. Он бегал от одного угла к другому и отмечал в тетради наличие товаров. Майя, уже без капли надежды, попробовала открыть дверь в предбанник. Снова двор. Девушка с грохотом захлопнула дверь.

– Воу, ты давай поаккуратней, я в ремонте не силен. Был бы силен, то починил бы, а так знаешь, сколько у меня хлама лежит? Вот так приходят посмотреть на сокровища и превращают их в хлам. А хлам в сокровище превратить – это уже сложнее. Нет, я могу, но…

– Я поняла! – Майя пошла к выходу из лавки.

– Ты куда?

– Гулять.

– Не-не, одной нельзя, это опасно. Опасно, конечно, не всегда, но вполне опасно для тебя. – Александр догнал Майю.

– Саш, харе тараторить, я скоро вернусь. Мне надо подумать.

Ей очень хотелось добавить: «Знаешь, что такое думать? Это когда не выливаешь весь свой словарный запас за раз, а держишь его в голове». Но Александр как будто прочитал это в ее глазах и обиженно вернулся к делам.

Майя вышла из лавки. Пешеходная улица успела ожить, на ней было достаточно людно. Уже открылись магазинчики и кафе. Спудцы или Спудяне, наверное, так называли себя местные жители, не особо спешили. Не было привычной суеты. «Какой вообще сегодня день недели?» – подумала Майя.

Дома все были малоэтажные и старенькие. Только вдалеке виднелась крепость на холме. Дорога была из брусчатки, она тоже изо всех сил старалась сохранить в себе историю, но время ее не пощадило. Майя шла в сторону крепости, постоянно оборачиваясь, чтобы запомнить визуально, где находится лавка. Местные правда были похожи на людей, но встречались и странные различия. Их было сложно заметить, так как они старательно их скрывали. Мимо прошел мужчина в объемной шапке, в которую он то и дело заправлял неестественно большие уши. Другая девочка прикрывала свои руки как могла, но, если приглядеться, были видны бежевого цвета перья. Одевались местные в самую разную одежду. Взрослые – в более простую, а молодежь пыталась максимально выделиться. Можно было заметить, кто закупался в лавке у Александра. Они носили современную человеческую одежду, дополняя и украшая ее.

На Майю никто не смотрел. Ее джинсы и худи мало кого волновали или интересовали. Она просто была похожа на одного из покупателей Александра, но не с самым хорошим вкусом.

Была слышна музыка, вокруг уличного музыканта собралась целая толпа. Кто-то подтанцовывал, кто-то подпевал. Музыкант лет тридцати играл на акустической гитаре и пел бардовскую песню. Видимо, он бывал здесь частенько: люди уже знали его песню наизусть. А может, это было что-то популярное… Он пел про то, что делать, когда ты – любимчик беды и неудачи. Майя остановилась послушать – ей отзывалась эта тема. Вскоре она уже подпевала вместе с толпой.

Тут к Майе подошел мальчик лет семи, он был одет бедно и смотрел на девушку жалобными глазами.

– Подайте на еду, пожалуйста, – сказал мальчик.

Майя растерялась, у нее ничего с собой не было, но помочь очень хотелось.

– Пожалуйста, тетя, я очень хочу есть, хотя бы две монеты, – мальчик продолжал давить на жалость.

Девушка вспомнила про бутерброд и достала из сумки сверток с этим нечто.

– Вот, есть бутерброд.

Мальчик изменился в лице, он смотрел на Майю с отвращением.

– Теть, гони деньги, не надо меня тут травить как собаку, – его голос стал взрослее.

На ветку дерева села ворона и каркнула. Музыкант тут же затих. Мальчик покосился на ворону, а потом на Майю.

– Человек… Где проход?! – его глаза округлились.

Мальчик не успел договорить.

– Пошел вон отсюда, чмырь, – громко произнес знакомый холодный голос.

По улице шел Повелитель Птиц, за ним летела стая ворон. Вокруг как будто потемнело. Люди разбегались кто куда, прятались по домам и магазинам.

Внезапно мальчик превратился в мужчину лет сорока и скрылся в подворотне.

Майя застыла и не могла пошевелиться, она хотела убежать, но взгляд Повелителя Птиц не давал этого сделать. Он шел прямо к ней. Когда Повелитель Птиц приблизился, Майя наконец-то смогла рассмотреть его лицо. У него были темные брови, неровно сросшийся нос, уставшие глаза и очень грустное лицо.

– Как тебя зовут? – спросил Повелитель Птиц.

– Майя…

Одна из ворон села Майе на плечо, чем еще сильнее напрягла девушку.

– Тебе здесь не место, Майя.

– Я сама решаю, где мое место. – Майя храбрилась.

Повелитель Птиц лишь поднял бровь.

– Ты уже определись, что тебе надо. – Майя резко согнала ворону с плеча.

Ворона перелетела на плечо Повелителя Птиц. Все остальные вороны тут же слетели на землю и рассредоточились вокруг Майи.

– Передай Александру, что его поступок аннулирует наш с ним договор. Он знает последствия.

Стая ворон поднялась в воздух, Повелитель Птиц продолжил свой путь. Люди потихоньку выглядывали из домов. Майя стремглав побежала в сторону лавки.

Повелитель Птиц зашел в темный переулок. На земле валялись выброшенные доски и коробки, разный мусор. На одной из коробок сидел тот самый мужчина, который клянчил у Майи деньги. Он не успел даже вскочить, Повелитель Птиц взял его за воротник и прижал к стене.

– Никто не должен знать, что она человек. Понял?!

– Тадеуш, дружище, ну ты чего? Какой человек, ты о чем…

Повелитель Птиц с грохотом кинул мужчину обратно на коробку.

– Басис, я все сказал. Чтоб ни один чмырь об этом не знал.

– А что мне за это будет? – Басис встал и отряхнулся.

– Жизнь. Как мне кажется, хороший вариант.

– Ты что, сам решил ее продать? За человека готовы хорошо дать. У-у-у, уже сам Повелитель Птиц побирается.

– Басис, ты нарываешься.

Забор с одной стороны и крыша дома с другой стороны