Статус: В общем и целом – ученик - Андрей Мельник

— Мечтай, ублюдок! Переведём тебя в помойную яму, ты там солнечного света даже не увидишь!

— Попробуй зайти и вывести меня, — с улыбкой предложил я.

Как и ожидалось, никто даже не попытался пройти внутрь моей камеры. Я был особым заключённым. Они могли лишь зубоскалить, пользуясь местечковой властью, но не более того.

Вскоре показался начальник тюрьмы, которому доложили об инциденте.

— Значит, наш молчаливый герой решил проявить характер? Вам плохо сидится? Так мы можем изменить условия вашего пребывания, господин Ли-и-сьоглядоф!

— Обязательно измените. Стол, стул, шкаф и книги об истории Дракории и других великих цивилизаций, по географии континента и что-то про легенды прошлого. Можно религиозные книги о ваших богах. Обязательно магический светильник, кровать с не очень мягким матрасом и парой подушек. Питание не три, а пять раз в день. Меню составляем заранее, но к каждой трапезе бонусом приносите запечённых в травах курицу, гуся, утку или любую другую съедобную, вкусную и жирную птицу весом не меньше килограмма, — перечислил я будущие условия моего содержания.

В ответ начальник тюрьмы рассмеялся.

— А что, если нет? — с вызовом спросил он у меня.

— Ты не понял, да? Всё это будет здесь так или иначе. Вопрос лишь в том, кто за это заплатит, — спокойно произнёс я.

«Я уже посмотрела в кабинете его домашний адрес. Сходить проверить, что у него там есть ценного?»

«Ну, у нас образовалось немного пустых карманов, в которые можно даже целую кровать запихнуть или шкаф. Так что можно, если он не пойдёт на уступки. А ты не устанешь всё это носить?»

«Не переживай. Я сейчас такая злая, что смогу вытащить по кусочкам хоть весь его дом. Как эти ублюдки посмели тебя запереть в этой убогой камере⁈» — злилась Алиса, что после столь вопиющего пренебрежения данной ей божественной клятвой была готова Аматир разнести на кусочки, но сдерживалась по моей просьбе.

Единственное, на что я дал добро, — это больше не сдерживаться в отношении морально-нравственных норм её поведения. В храмы и другие защищённые божествами места она, конечно, не сунется. Она вообще лишний раз свою божественную сущность проявлять не будет. Но зайти в самый простой дом или лавку торговца и взять то, что нам с ней нужно для комфортного отдыха, мы вполне теперь можем. И совесть наша будет чиста.

Дракория подвела меня, не обеспечила безопасность, и я стал крайним из-за того, что пытался сохранить жизнь и свободу своих соратников. Вместо достойного задержания с ограничением свободы передвижения в самом квартале героев или ещё где-то, как это положено в случае с важными персонами, к которым я сейчас, по сути, отношусь, меня отправили в эту зачуханную тюрьму в центре какой-то внутренней крепости Верхнего города. Посадили на общих основаниях с какими-то оборванцами, воровавшими яблоки на базаре… Моего Восприятия с лихвой хватает, чтобы услышать все разговоры, разносимые эхом по этой убогой темнице.

Мои требования были проигнорированы. Но мне принесли завтрак. Какая-то каша с яичной скорлупой. Так ещё и ублюдок, что провоцировал меня и угрожал, получив в итоге взбучку, решил лично её принести и харкнуть у меня на виду в тарелку.

Нет, ну они, видимо, ни черта не поняли…

— Ваш завтрак, ваше геройшество! Приятного аппетита! — пропихнул он тарелку через решётку, скидывая половину этой неопрятной каши на грязный пол, и быстро одёрнул руку, чтобы та вновь не оказалась в моей власти.

Тарелка упала вместе с кашей под его истерический хохот.

— Какой ты властный повелитель… — произнёс я и потянул руки в стороны.

Сотни раз охлаждённый магией и раскалённый жаром идеально контролируемого маленького и незаметного огонька металл кандалов не выдержал и порвался. Смех прекратился.

Я подошёл к деревянной плошке, сгрёб в неё всю кашу с пола вместе с грязью. Крутой охранник на всякий случай отошёл на пару шагов и протянул руки к дубинке.

С одной стороны, его распирало от чувства собственной важности, желания крикнуть мне: «Жри!» А с другой… Он только что увидел, как я легко разорвал кандалы. Это заставило его тупой мозг подать сигнал тревоги. В итоге он завис на месте со странным выражением лица.

— Подойди, забери и съешь сам.

— Мечтай! Сам жри, пока я тебя десертом не накормил! — отвис он и вытащил дубину.

— Ну и тупой… — констатировал я факт и убрал тарелку в сторону.

Взялся за стальные прутья, чуток напрягся. Я ведь собирался потренироваться, вот за разминку как раз и сойдёт.

— Даже не пытайся, это бесполе… з… но…

Под скрип стальных прутьев, растянутых в стороны и освободивших мне достаточно широкий проход, я ухмыльнулся, поднял плошку и вышел в коридор.

Молчавшая тюрьма взорвалась радостными криками заключённых. Они ухали, ахали и предлагали мне накормить стражника этим дерьмом. Собственно, это совпадало с моими планами.

Ящер дёрнулся было, чтобы убежать, но его ноги — вот так неожиданность! — сковало льдом. Надо быть внимательнее, и тогда можно с лёгкостью заметить, как по полу ползёт светло-голубая магическая дымка…

— Далеко собрался? А теперь открой рот и скажи: «А-а-а…»

— Не подходи! Убью! ПОМОГИТЕ! — начал орать он, явно сожалея о том, что не отправился на обход вместе с начальником тюрьмы.

— Чем убьёшь? Этим? Хах, ты даже массаж мне этой дубинкой не сделаешь! — Я схватил ящера за кипу кожаных наростов на голове, заменяющих его подвиду волосы, и приблизил кашу.

Не сработало. Он упрямо сжал зубы и покосился в сторону двери, которую должны были открыть его коллеги в случае чего.

«Услышали, бегут…» — подсказала Алиса.

«Хорошо, я быстро», — ответил я и подбросил тарелку.

Пока она летела, трижды мощно пробил в пасть, выбивая клыки. Кретин попытался сопротивляться, но что он мог против моей Силы, моих характеристик? Он даже магом не был.

Я влил через выбитые зубы кашу. Ящер попытался выплюнуть, но я повторил удар уже тарелкой, и он завизжал как свинья, раскрывая окровавленную пасть, полную осколков клыков.

— Жри, я сказал, — влил я остатки грязной каши вперемешку с землёй в глотку кретину и ещё раз двинул ему в лоб, отшвыривая прочь вместе с оторванным от земли куском льда на ногах.

Быстро вернулся и поправил прутья решётки в тот самый момент, когда двери открылись и вбежала пара стражей.

— Что здесь произошло? — зашипел первый и бросился к лежащему в отключке идиоту.

— Какого чёрта⁈ — закричал второй, обнажая оружие и осматриваясь вокруг.

— Варкас, ты живой?

Они пытались перекричать вой толпы, что видела и пересказывала случившееся тем, кто этого не видел. Кретины… А я хотел