Трактир попаданки "Волшебный кабачок" - Натали Берд

— Ступай за ней. — Доносится откуда-то издалека и из сумрака ко мне выходит волк. Шелковая шерсть тускло переливается в слабых солнечных бликах. Зеленые глаза, неотрывно смотрят на меня. Он припадает на передние лапы, словно готовится прыгнуть.

В моей груди замирает сердце, в ушах нарастает гул. Но животное внезапно падает передо мной на спину, оголяя розовое брюхо — жест полного доверия и беззащитности.

Я тянусь к нему, пальцами зарываюсь в густую шерсть. Взмах ресниц и передо мной Бор! В его густых рыжих волосах запутались мои пальцы. Он исподлобья смотрит на меня, начиная растягивать губы. Вот только понять бы в улыбке или зверином оскале.

Глава 62. Здравствуйте!

Бор улыбается! Гора, появившаяся на моих плечах, тут же рушится с громким грохотом, от которого закладывает уши.

— Я тебе уже говорил. Скажу еще раз. Только ты мне нужна! Ради тебя бьется мое сердце, ради тех, кто должен появиться. — Его ладонь ложится на мой плоский живот. А во мне вспыхивает удивление, ведь правда. Все, что между нами было — детскими шалостями никак назвать нельзя. Обычно после таких занятий появляются дети.

От воспоминаний сразу напрягается грудь, ноя, в ожидании ласк. Сердце начинает учащенно биться, разгоняя по жилам кровь, превращая ее в лаву.

— Уже? — мой голос срывается, в горле сухо! Губы сами собой приоткрываются, тянутся к единственному источнику с живительной влагой — губам моего мужа.

— Нет! — тихий смех в ответ. Его крепкие пальцы обхватывают мой затылок. Притягивают к себе. Мой выдох — его вдох. Одно дыханье на двоих. — Пока еще нет. — Шепот на грани слышимости.

Муж садится рядом, обхватывает меня за талию и тянет на себя, усаживая сверху. Его рука скользит по моей обнаженной ноге, скрываясь в складках юбки.

— Борислав! — слышится строгий голос Варвары.

— Сейчас! — отвечает ей сын. Вглядываясь в мои глаза, ласково оглаживая нежную кожу. — Лера, веришь мне?

Я молчу, не в силах дать ответ.

— Не врал, сам не знал вначале. А потом у меня появились, — короткое молчание и его слабая улыбка на едва видимом в сумраке лице, длинный выдох и он продолжает: — долгоиграющие планы. Я был уже не в состоянии тебя отпустить. А потом, помнишь, ты сказала, что твой дом здесь? — Я коротко кивнула, подтверждая, что помню. Он облизнул свои губы, а затем продолжил: — И все сразу встало на свои места. Только ты мне нужна. Никто больше. Только тобой живу. — Шептал он, осыпая мое лицо поцелуями.

Я всем телом чувствовала, что муж искренен. Его сила нарастала, грозя превратить в пепел мое недоверие.

— Веришь?

— Да!

Свет ярко вспыхнул, еле живой росток шевельнулся и начал стремительно наливаться силой, на глазах увеличиваясь в размерах.

— Пора! — прошептал муж, и мы вывалились в действительность, где нас ждали пунцовая Варвара и хитро улыбающийся князь.

— Ну ты, сынок, даешь! — Хохотнул он, увлекая жену из комнаты.

Я удивленно проводила пару взглядом и повернулась к мужу, смотревшему на меня искрящимися от смеха глазами.

— Что не так? — спросила, положив на плечи Бора ладони.

Он расхохотался в голос. Откинув голову назад, а я опустила глаза, скользя по его распахнутой рубахе взглядом.

Судорожный выдох и я едва не слетела с коленей мужа, на которых сидела в позе наездницы. Под юбкой четко обозначалось твердое намерение Бора продолжить наши ночные занятия.

— Куда собралась? — хохотал он, темнея взглядом. Я чувствовала, как он наливается силой и желанием.

Покачав головой, утыкаясь от стыда ему в шею, касаясь губами его кожи, прошептала: — Бор, так нельзя! Мы с тобой как два подростка. Только об одном и думаем.

— Жена, ты ошибаешься! Я много о чем насчет тебя думаю! — хохотал муж, удобнее усаживаясь на стуле. — Показать? Родители вернутся, как только поговорят со старцами. У нас есть время. И лишь от нас зависит, будем мы с тобой мириться или нет.

Я шевельнулась на его коленях, удобнее устраиваясь. Потянулась к ремню на брюках мужа, расстегивая его, шепнула: — Покажи! Будем.

И мы помирились, едва успев прийти в себя да поправить одежду, когда в комнату вошла целая делегация.

— Здравствуйте! — Проговорил Бор, выходя вперед, прикрывая собой меня, судорожно стягивающую завязки на блузке.

Глава 63

Возглавлял процессию князь. Варвара — замыкала.

Борислава все знали, да и он тоже, судя по тому, как улыбался, крепко пожимая руки вошедшим.

— Познакомьтесь, уважаемые, — Начал Бор, когда все были внутри комнаты, а Варвара тихо прикрыла дверь. — Это моя супруга — Валерия, хозяйка сторожевой башни.

Я с удивлением вскинула голову, впиваясь взглядом в мужа, а он лишь подмигнул, нежно обнимая меня за плечи.

— Она еще не знает, что такое на самом деле ее Трактир. Так что прошу все нам рассказать заново, как когда-то мне, да отцу говорили.

Один из старцев согласно кивнул, выходя чуть вперед.

— Здравствуй, девица.

Муж хмыкнул, но промолчал, сильнее вжимая мое плечо в свой бок.

— Ты пришла из другого мира, но корни твои здесь. Все старшие в вашем роду были хранителями перехода. Отец твой однажды воспользовался своим правом между мирами ходить, там матушку вашу и встретил. После этого его жизнь на два мира поделилась. Он контролировал разлом, да не так, как нужно было. В итоге совсем остался в вашем мире. Сильно он к вам прикипел. — старец замолчал на мгновение, пожевав губами, вздохнул, бросив на меня украдкой взгляд, — Пока не пришла беда. Переход дал дополнительный туннель, уводящий в бескрайние ледяные просторы Зазеркалья. Вот его-то он и отправился закрывать, да так там и застрял. Теперь в твоем мире погибшим числится, а в нашем — пропавшим.

— Вы хотите сказать, что мой отец может вернуться? — Я подалась всем телом к седовласому старичку, а он лишь согласно кивнул, подтверждая мои слова.

— Может, но особой надежды нет. Разлом продолжает расти. В наш мир кто только не приходит, а закрыть его можешь лишь ты теперь. Одна хранительница пути осталась, сестра твоя пока не в счет, у нее другая дорога.

У меня в глазах потемнело, я все еще старалась осмыслить происходящее, вспоминая недавний то ли сон, то ли видение.

— Вы ошибаетесь, — наконец ответила, прокашлявшись, очищая горло от перекрывшего дыхание комка горечи. — Я их видела. Папу и маму. Нет их больше в живых. Они вместе, но не здесь.

Старец удивленно оглянулся на стоявших в молчании соратников.

— Афанасию это удалось! — в его голосе