Фантастика 2026-151 - Сергей Тамбовский

до Стрелки, по дороге снес крышу и выбил все стекла в Нагорном Дворце спорта (после чего ХК Торпедо на год переехал на Автозавод) и на излете порезвился в Благовещенском монастыре, сломал несколько куполов и погнул кресты на тех куполах, которые не сумел сломать.

Сам-то я в это время на своем Автозаводе сидел, помню только сильный ливень и больше ничего, а вот один знакомый рассказывал, как он ехал в это время по Канавинскому мосту на автобусе и вдруг с горы вниз полетели какие-то доски, бревна, камни, потом автобус начало раскачивать, все заорали, чтоб водитель останавливался, а он продолжал ехать и в конце концов уткнулся в бордюр и заглох. Никто вроде особо не пострадал, но острые ощущения остались. И еще жигуленок он запомнил в самом конце моста, где мост в Похвалинку переходит, говорил, что его кидало как лягушку в футбольном мяче, приподнимая над землей на полметра, если не больше. В реку правда не закинуло, силы наверно смерчу не хватило.

Под «Все могут короли» мы плавно выруливаем на площадь имени незабвенного народного героя товарища Минина, а вот и пед прямо за памятником ему же. Высаживаю Вовчика и говорю:

— Вон там, возле Оленя через час, жду 10 минут, не придешь — уезжаю, понятно?

У Вовчика вопросов не возникло. А я через Ульянова-Пискунова-Минина (уже улицу, а не площадь… так, здесь же рядом Ирка живет… вот буквально в том доме… а это не она ли идет по тротуару, весело размахивая сумочкой?… тормозим, чо).

— Привет, Ирунь, сколько лет, сколько зим!

— О, Сергуня, ты как тут оказался?

— Да в политех свой решил заехать, узнать что там и как. Как дела-то, как дядя, как Павлик?

Ира усмехнулась и ответила:

— Подколоть меня решил? С дядей все хорошо, а Павлик дома лежит, болеет.

— Так может мы куда-нибудь вместе сходим, а? Раз Павлику все равно пока. Занятия-то у нас не раньше понедельника стартуют, да и у тебя наверно тоже.

— Ну я даже не знаааююю, — явно издеваясь, протянула Ирка, — а куда ты можешь предложить сходить?

— Ну хоть в кафе какое… в Оленя вон например. Или на концерт какой… скоро к нам вроде бы Юрий Антонов приезжает, вот на него.

— Ладно, я обдумаю твое предложение и позвоню… попозже… ах да, у тебя же телефона нет, ты же из рабочей семьи, — продолжила издеваться Ира.

А я сделал вид, что не замечаю ее подколок и ответил просто:

— У меня нет, есть у дружбана Андрея в соседней квартире, записывай.

И она записала его номер.

— Ну пока?

— А поцеловать? — это уже с моей стороны подколка пошла.

— Перебьешься, — весело ответила Ирка и застучала каблуками вниз по Минина, там корпус ее меда был, насколько я помню.

Эх, только и нашелся я, что подумать. Поехал дальше, чо. Через 2 минуты подкатил прямиком к политехническому институту им. А.А.Жданова, 5 корпусов у него вообще-то здесь стоит, мне в последний пятый. Вот поворачивай как хочешь, никаких знаков, паркуйся где хочешь, эвакуаторов-то пока не изобрели, удивительная красота и благодать.

Награда нашла героя

Наш радиофак расположен на последнем 4 этаже… ну управленческие структуры конечно, а так-то учиться придется не то что в этих 5 корпусах, а и по всему городу, от самого Автозавода до самого Сормова, и это прекрасно, когда еще так узнаешь место, где живешь. Поднялся на 4 этаж, народу мало, большинство докапывает последние тонны картофеля, но возле расписания все-таки стояло 3–4 студента. Так, начало учебы в следующий понедельник, прекрасно, еще неделя свободная есть, высунув язык, старательно зафиксировал расписание в записной книжке — в программе помимо стандартного набора математика-физика-программирование-английский-история КПСС были еще такие оригинальные названия как «начертательная геометрия» (итить, 3Д проекции рисовать вручную поди придется), «механизмы приборных вычислительных систем» (ну это похоже на ТММ, теория механизмов и машин, адаптированная к радиотехнике) и туманное «введение в специальность». Ладно, прорвемся, не первый раз..

Собрался уже уходить, но в последний момент заметил скромный листочек, прикрепленный сбоку, там было написано «Сергея Сорокалета просят зайти в деканат». Раз просят, надо зайти конечно…

В деканате тоже было пусто и пыльно, в дальней комнате только кто-то сидел. Зашел туда, представился, дама в очках (видимо ученый секретарь) отложила в сторону толстый синенький журнал (Новый мир что ли?) и потом долго вспоминала, зачем меня звали, наконец вспомнила:

— А, так ты значит тот самый Сороколет?

Ну ёкорный бабай, мне этот вопрос теперь постоянно что ли задавать будут? Откуда я знаю, тот я или этот?

— Ну наверно тот, — осторожно ответил я.

— На тебя тут вот что пришло, полюбуйся, — и она дала мне сиреневый листок.

Я мысленно похолодел, неужто председатель колхоза на меня телегу прислал? Но это была не председателева телега, а совсем даже копия указа Президиума Верховного Совета СССР о награждении меня медалью за спасение утопающих — председатель Подгорный, секретарь Георгадзе, подписи, печать, все чин-чинарем.

— Ты что, спас что ли кого? — спросила секретарь.

— Ага, было дело, — отвечал я уклончиво, — а сама-то медаль где?

— Не приехала еще, вот как раз к началу учебы подвезут, тогда и проведем церемонию. Да, а чего ты не в колхозе?

— Отпустили на неделю раньше за ударный труд. И за примерное поведение (да уж, примерное — с поножовщиной и повиловщиной, если так можно выразиться).

— Да, и еще вспомнила вот что — зайди-ка ты в комитет комсомола, у них тоже что-то к тебе есть.

— И где у нас комитет комсомола?

— В первом аппендиксе последняя дверь, — сонно ответила секретарь и погрузилась в чтение Нового мира.

Пошел искать аппендикс, ладно, что не прямую кишку… Интуитивно догадался, что аппендикс это ответвление от основного коридора, зашел — действительно угадал, вот он, комитет.

Внутри тоже было пустовато и грязновато, только за столом в углу сидел какой-то долговязый паренек.

— Здрасть, — поздоровался я с ним, — Сергей Сороколет меня зовут, в деканате сказали, что у вас какое-то дело ко мне.

— Ну здорово, Сороколет, Виталий Козлов, можно просто Виталя, секретарь комсомола факультета — пожал мне руку паренек и не удержался от остроты, — сорок лет живешь без бед, да?

— Пока что 17, — ответил я, разглядывая плакаты на стенах. Сороколет-то это еще ладно, а вот тебе, парень, конкретно не повезло с фамилией, как уж там говорят… козлов много, а Козлов один.

— Про тебя тут уже легенды ходят… — тут я насторожился, неужто история с Иркой и Антохой выплыла? — как ты там