"Фантастика 2026-86". Компиляция. Книги 1-24 - Женя Юркина

из свободных комнат. Он блуждал по дому, как привидение; иногда его сопровождал Бо или голос разбуженного безлюдя. Но, главное, что множество голосов в сознании Дарта молчали. С тех пор, как он вернулся в Пьер-э-Металь, все личности затихли, и разум, как стрелка частностей, остановился на детективе, который лучше других справлялся с проблемами.

Дарт не искал их намеренно, а старался чутко наблюдать за происходящим вокруг и своевременно реагировать. Однажды вечером он заметил, что Флори встревожена сильнее обычного, и спросил об этом.

– Госпожа Прилс вернулась в город, – сообщила она. – С обвинениями, что бывший супруг убил ее брата.

Дарт помрачнел. Ему была известна судьба Сильвера Голдена, как и то, что он сам выбрал ее, когда стал пособником Гаэль.

– Откуда ты узнала?

– В газете написали. Дело громкое.

Дарт хотел спросить, каким ветром в их дом занесло городской вестник, но это уже не имело значения. Как бы он ни пытался оградить Флори от лишних волнений и напоминаний о том, что ей пришлось пережить, они все равно настигли ее. Как говорила Бильяна: «Нельзя прожить жизнь, не попав под дождь».

– Она намерена добиться наказания, – продолжала Флори. – Но ведь Прилс не убивал его! Это сделала Гаэль.

Дарт понял, к чему все идет, и это вызвало в нем ярый протест.

– Ты ничего не знаешь. Ничего не видела. Тебя там не было. Ясно?!

Он никогда не разговаривал с ней так властно, будто имел право приказывать, что ей делать и говорить. На миг Флори опешила, а потом, не утратив ни капли решимости, заявила:

– Но я знаю и видела, что на самом деле произошло, и должна рассказать…

– Я тебе запрещаю.

– Запрещаешь? – Ее изогнутая бровь была как вопросительный знак, указывающий на его грубую ошибку.

– Прошу этого не делать, – спешно исправился Дарт. – Потому что хочу тебя защитить.

– Ценой ложных обвинений? – спросила Флори. В пылу спора ее голос приобрел непривычно резкие нотки. – Человека готовы назвать убийцей, а ты предлагаешь мне просто промолчать?

– Этот человек, Флори, развернул войну против тебя, – выпалил Дарт. – Из-за его доноса тебя шантажировали. Из-за него Офелия попала в приют. Из-за него пострадало наше дело. А теперь ты хочешь защитить его от клеветы?

Она затихла. Обдумала все, что было сказано, и уже ровным, спокойным тоном ответила:

– Но госпожа Прилс имеет право знать, как погиб ее брат. Она должна похоронить его, как полагается.

Дарт раздраженно вздохнул. Своим упрямством Флори вынуждала его обратиться к более серьезным аргументам.

– И что ты расскажешь в суде? Как строила безлюдя и оживляла мертвеца при помощи крови Сильвера Голдена? Или о том, что настоящую убийцу поглотили стены, и ты можешь отвести следящих на место, чтобы они арестовали камень? Чего ты добьешься своей правдой? Только дашь повод защитникам Прилса обвинить во всем тебя. – Он прервался, заметив в ее глазах вспыхнувший страх, а затем, осторожно взяв ее за руку, продолжил: – Флори, прошу, остановись. Это не твоя борьба.

– Ты прав, – кротко сказала она, а после сама шагнула навстречу и опустила голову на его плечо.

Она казалась опустошенной и такой хрупкой, что Дарт обнимал ее осторожно и бережно – скорее, поддерживая и защищая, нежели прижимая к себе.

И они долго стояли так посреди комнаты, держась друг за друга, как два утопающих. Дарт знал, что это не первый и не последний шторм, которым им предстояло пережить вместе.

После всех событий, развернувшихся в стенах школы, Офелия наотрез отказалась возвращаться туда. Сначала она говорила, что не может бросить сестру, затем заявила, что лучше ей не встречать директрису, чтобы не выкинуть ничего в отместку за все зло, которое госпожа Шарби причинила им обеим.

Однажды за ужином Флори завела разговор, надеясь переубедить Офелию. Но у той было свое железное мнение. Она не собиралась уступать и мириться с положением, считая, что раз в городе осталась единственная работающая школа и менять ее не на что, значит, следует поменять город.

– Я хочу учиться в Сайвере, – призналась она.

На миг Флори растерялась, затем мягко ответила:

– Обучение там стоит очень дорого. Прости, милая, но у нас нет таких денег.

– Зато у нас есть дом, где мы не живем. Вы собираетесь сделать из него безлюдя?

– В доме есть жильцы, и они платят за аренду. Деньги копятся в горкассе, и этот счет будет твоим, когда ты окончишь школу.

– Так продайте дом. Не нужен мне счет в горкассе! Я хочу учиться. Только не здесь.

– Продать дом? – эхом повторила Флори.

– Этого точно хватит, – бойко продолжала Офелия. – А потом вы разбогатеете на безлюдях. Ну или Дарт поднимется по службе. – Тут она бросила на него хитрый взгляд.

– Эм-м-м… – красноречиво начал он, – спасибо, что веришь в меня. Но Флори права. Сайвер нам не по карману.

Дарт таких денег никогда не видел. Разве что в расходных книгах Холфильдов, да и то – это были просто суммы на бумаге, и он не мог представить их масштаб.

– И тем более мы не можем переехать в Делмар вместе с тобой, – добавила Флори, на что Офелия недовольно фыркнула.

– Не надо со мной ехать. Сайвер – школа-пансион. И одну меня не оставят. Там будет Нил, а в случае чего – Илайн и Риз. Он, кстати, обещал дать рекомендательное письмо, чтобы меня приняли в разгар учебного года.

Спорить было бесполезно. Офелия уже все решила и придумала. Она перевела взгляд на Дарта, ища у него поддержки, в следующую секунду то же самое сделала Флори, и он растерянно застыл с вилкой и ножом в руках, чувствуя себя так, будто его приколотили к стене гвоздями.

– Это серьезный вопрос, – начал он степенным тоном изобретателя, – и нам всем нужно тщательно обдумать его. – Дарт помолчал, а затем, осмелев, добавил еще одну фразу от безделушника: – Если честно, я бы тоже не сунулся к этой Шарби-швабре, или как ее там…

Офелия просияла.

Они взяли паузу, чтобы принять взвешенное решение. Флори задумалась о том, как правильно распорядиться имуществом, а Дарт, вдохновленный словами Офелии, вернулся к делам.

С безлюдями им помогала Фран и по возвращении бесконечно ворчала на лютенов. Озу досталось за медленную работу Кукольного дома, где ковались автоматоны, а Доррин и Этна получили нагоняй за то, что запустили теплицы.

Дарт пытался успеть всюду, но срочные дела копились день ото дня и требовали от него все больше усилий. Когда число заявок на проверку домов подскочило в три раза, он встревожился и начал искать причину. Если раньше заявки преимущественно