Фантастика 2026-80 - Мария Фир

его репутация после встречи с нами окажется основательно подмоченной. Капитан, отступивший перед низкоуровневым человеком — что может быть унизительнее для предводителя пиратов? Но это не мои проблемы. Будет знать, как правильно вести себя с людьми.

Массивная дверца с резными узорами, изображающими морских чудовищ, распахнулась с протяжным скрипом, и я оказался внутри просторной капитанской каюты. Воздух здесь был пропитан запахом экзотических благовоний, смешанным с солёной морской свежестью.

Моё внимание привлекла вовсе не роскошь, которой здесь было в избытке: мешочки с мерцающими осколками бездны, разбросанные по столу словно обычные монеты; утварь из драгоценных металлов, сверкающая при свете свечей; воткнутый в ручку кресла легендарный кинжал; перекрещенные дивные пистоли на стене для декорации.

Нет. Я обратил внимание на клетку в дальнем углу каюты. Внутри находилась…

Женщина неземной красоты. Она была похожа на человека, за исключением одной поразительной особенности: вся она была соткана из чистейшего золота. Абсолютно всё было именно этого цвета — шелковистая кожа, волнистые волосы, а особенно глаза! Как два Солариса — такие сияющие, гипнотизирующие. Даже ручейки слёз, бегущие по её щекам, казались расплавленным золотом.

Её притягательное женственное тело, с идеальными изгибами и пропорциями, окутывало простенькое платье с глубоким вырезом в декольте, только подчёркивающее её божественную красоту.

Она подняла взгляд и посмотрела на меня с мольбой.

Будто удар током почувствовал.

Я прочитал описание:

Калиэ́ста Венариэ́ль, аэла́ри, бард 12 уровня.

Как это иронично… Обычно люди держат в клетках птиц. Красивых, экзотических созданий, запертых ради забавы. Но в Архипелаге всё перевернуто с ног на голову. Пернатый кокозавр прячет в клетке человека. Точнее — аэлари.

Глядя на красавицу, я одновременно восхищался и сопереживал. На её лице читалась гамма противоречивых эмоций: безысходность, надежда, отчаяние. Чувство беспомощности буквально сочилось из каждого её движения. Страшно представить, что девушка могла пережить за последние дни в лапах этих монстров. Воображение рисовало настолько возмутительные картины, что к горлу подступала тошнота.

Судя по низкому уровню, Калиэста была новоприбывшей в этот мир, как и мы. Скорее всего, пройдохи взяли их судно в клещи и спровоцировали на атаку, а потом всех перебили. Нашли баг в системе!

Паршивые правила этого мира. Паршивые твари, которые их используют. Быть может, стоило прислушаться к братишке и лишить жизни грязного пирата прямо там, на палубе. Выпустить зверя на волю. Но что бы это изменило? На его место встал бы следующий головорез.

Золотая женщина подалась вперёд. Она прижала руки к прутьям, и я заметил, как её руки слегка дрожат.

— Помоги, — её шёпот был едва слышен, но я разобрал каждое слово. — Умоляю…

Кокозавр злобно щёлкнул клювом, и Калиэста отпрянула назад, явно опасаясь наказания.

Мне предстоят важные переговоры, потому нужно брать себя в руки. Нельзя поддаваться эмоциям. Я был намерен спросить с пиратского капитана за плохое поведение по полной. Но с моим-то показателем лидерства можно лишнего взболтнуть, а то и согласиться на сущую мелочь.

— Понравилась? — ухмыльнулся Скиппи. — Забудь! Такое сокровище не делят! Эта певчая птичка нужна мне самому!

На секунду даже замер от его наглости. Только что, он чуть не наделал в штаны, причем при всём своём экипаже, а теперь, наедине, пытается храбриться?

— Ты забываешься и не в том положении, чтобы выбирать. — Жестко ответил я пирату.

Артём Сластин

Бескрайний архипелаг. Книга III

Глава 1

Скиппи застыл посреди каюты, распахнув глаза от изумления. Я двинулся к столу и намеренно врезался плечом в пирата. Церемониться не собирался. Развалившись в роскошном капитанском кресле, положил ладонь на рукоять легендарного кинжала, торчащего из подлокотника. Небрежным, властным жестом указал собеседнику на жёсткий деревянный стул напротив.

Кокозавр захлопнул дверь каюты и задвинул массивную щеколду. Любой, кто вошёл бы сейчас и увидел капитана в таком положении, мгновенно перестал бы его уважать. Авторитет Скиппи рассыпался бы в пыль.

Несмотря на унизительную ситуацию, пират держался гордо и с вызовом. Он опустился на стул, выпрямив спину и впившись в меня взглядом, полным ярости и, что удивительно, — уважения. Настоящий пиратский капитан, чёрт возьми. Иного я и не ожидал.

— Начнём, пожалуй, с клятвы, — процедил я, наслаждаясь непривычной властью. — Клятвы о том, что вы больше не нападёте на новоприбывших людей, грызлингов и… — бросил короткий, но выразительный взгляд на Калиэсту, — … аэлари. Никаких уловок, никаких хитростей, никакой бесчестной игры. Обходите все суда стороной, будто они прокажённые.

Скиппи злобно клацнул клювом.

— «Начнём»? — проклокотал он, ударив кулаком по колену. — Ты что, решил доить меня? Проси что-то одно, наглец!

За гневом скрывался страх. Он знал, что выбора нет. После короткой паузы Скиппи затараторил, принося клятву. Я понимал эту игру — персонаж вроде него должен немного поартачиться, прежде чем сдаться. Гордость требовала сопротивления, пусть даже символического.

Мне было наплевать на его представление. Главное — результат. Под монотонный бубнёж пирата я вновь перевёл взгляд на узницу. Калиэста встретилась со мной глазами и едва заметно улыбнулась кромками губ. Заметил, как тьма отчаяния рассеивается в ней, уступая место лучу надежды.

Как же она красива… Тяжело сдерживать внутреннюю бурю. Чего лукавить? Девушка цепляет меня до глубины души, и этот необычный цвет кожи лишь усиливает притяжение. В Калиэсте есть что-то, чего я никогда раньше не встречал. Противоестественное и в то же время изысканное, словно редкий драгоценный камень. Мой пульс ускорялся, когда мы пересекались мимолётными взглядами. Быть может показалось, но она испытывала что-то схожее.

Но между нами пропасть. Очень бы хотелось перепрыгнуть через неё, но ничего не выйдет. Сложный коктейль чувств разрывает меня изнутри — влечение, сомнение, вина, долг…

Образ прелестной Фелиции порой всплывает в сознании, когда закрываю глаза. Броситься в объятия другой женщины через считанные дни после её гибели? Нет. Это было бы предательством, плевком на свежую могилу. Я не смог бы после этого смотреть на своё отражение, не испытывая отвращения.

А ещё демон внутри… Никто не будет в безопасности рядом со мной, пока не укрощу зверя. Эта сила (дар или проклятие) требует абсолютного контроля. Один момент слабости, одна вспышка эмоций — и я могу потерять то немногое человеческое, что во мне осталось. Рисковать чужой жизнью? Нет уж. Никого к себе не подпущу слишком близко, пока не стану хозяином собственной силы.

Тем временем Скиппи закончил юридически выверенную