"Фантастика 2026-43". Компиляция. Книги 1-21 - Павел Смолин

такими сверхдержавами, как веганцы или проангелы, нам не надо постоянно наращивать мощь цивилизации. Без кристалина жить спокойнее! — заключил он, улыбнувшись во все зубы. — Ну его к дворху!

Встав из-за стола, чтобы заварить чай, Татьяна, отвернувшись, скрыла от них разочарованное выражение лица.

Она так надеялась, что кто-нибудь из ту проговорится о кристалине, но они были единодушны. Да и Ларрил разве стал бы обманывать ее? Нет, не всё знали мохнатые обитатели о родном мире. Ой, не всё! Татьяна помотала головой, прогоняя неизвестно откуда появившиеся перед внутренним зрением картины бесконечного заснеженного пространства, ледяных, прозрачных гор, в которых отражались два далеких холодных солнца, похожих на судорожно сжатые детские кулачки… Не хватало еще, чтобы станция, вняв ее видениям, сейчас же перетащила их через пространство и время в экзосферу Майрами!

Татьяна закрыла глаза, вспоминая мгновенья, проведенные с Ларрилом. Щеки предательски вспыхнули. Анатомия проангелов не была препятствием к близости. Подобные отношения могли существовать, но были бесплодны. Словно сквозняк пронесся комнате. Она ощутила, что тот, о ком она думала, стоит за спиной.

— Тебе помочь? — тихо спросил он, вновь, как тогда, накрывая ее пальцы своими на заварочном кривоватом чайнике — продукте графических экспериментов Э.

И будто воздуха между ними не стало. Будто вся его масса ухнула в черную прорву космоса, высосав заодно мысли. Их ощутимо качнуло друг к другу… Зазвучавший сигнал туммера показался таким чужим, словно звучал из другой галактики. Ларрил на мгновение до боли сжал ее пальцы, мельком глянул на экран туммера, развернулся к обоим ту, и Татьяна глазам своим не поверила. Одним движением тяжелой фигуры он разбил чары, наведенные прикосновением и смешанным дыханием. Перед ней снова был тот властный офицер-проангел с великолепными черными крыльями и белыми подкрыльями, которого она когда-то впервые увидела в межзвездной таверне под названием «Поток».

— Нам пора, — сказал Ларрил и оба ту, словно по команде, поднялись, торопливо дожевывая последние куски оруха. — Танни, ты проводишь?

Она с готовностью кивнула. Кусать губы и плакать можно и потом.

На пороге шлюзовой движение застопорилось. Вылетевшие неизвестно откуда тампы застыли в воздухе, по одному распутывая и отцепляя щупальца друг от друга. Татьяна искоса взглянула на Ту-Ропа и опять увидела в его глазах то странное выражение. Когда голубой тамп занял законное место на защитной накладке жилета ту, Шуня тихо щебеча, завис рядом, и Ту-Роп с затаенной нежностью прикрыл маленького тампа огромной лапищей, погладил встопорщенную шерстку. Ту-Гак заливался соловьем, прижимая ладони к груди, кланялся и заверял Татьяну Викторовну в своей любви, дружбе, преданности и крайней — беспечальной, как он выразился — благодарности, пока, наконец, Ту-Роп за шкирку не вытащил его в шлюзовую, оставив ее наедине с проангелом.

Ларрил неумело ткнулся губами в уголок ее рта.

— Я буду ждать тебя на М-63, - сказал и вышел, более не оглядываясь.

Двери шлюзовой закрылись. Комкая комбинезон на груди, Татьяна бросилась в смотровую, наблюдать за отбытием, но вдруг замедлила шаг. Важно не то, что было. Важно то, что есть. И отныне, у нее есть ОН…

Остановившись на пороге смотровой, Татьяна наблюдала, как МОД покидает пространство, уходя в оранжевую прореху Потока. На станцию опустилась привычная тишина, стерильные коридоры мягко мерцали, грело душу ощущение близкого присутствия Управляющего Разума…

Прощальный поцелуй Ларрила жег кожу, да так, что Татьяна Викторовна, поморщившись, потерла щеку тыльной стороной ладони. Что ж такое творится! Неужели так сильна была тоска по мужским прикосновениям, тлевшая исподволь долгое время, чтобы вспыхнув, едва не сжечь дотла? Чувства, испытываемые к Ларрилу, были совсем другими, нежели к Артему. Им Татьяна жила — интересами, жизненными установками, задачами, которые по счастливому стечению обстоятельств оказались у них общими. Она растворялась в муже так, словно он был воздухом для дыхания, глотком воды для утоления жажды, радостью и смыслом бытия. А рядом с проангелом она едва не задохнулась от накрывших ее ощущений, большая часть которых, наверняка, была обусловлена мощным гормональным всплеском.

Татьяна Викторовна усмехнулась сама себе, погладила Шуню, который, успокоившись, разлегся у нее на шее мохнатым колье. Ну не могла она не анализировать, даже собственные эмоции! Это стало привычкой, второй натурой. Она смотрела на любимые созвездия и думала о том, что время все расставит по своим местам, пояснит, что — чувство или кипение гормонов, и извечная женская тоска по мужской любви — толкнуло ее в объятия крылатого существа?

Переход закрылся, скрыв МОД. Космос снова был воплощением тьмы и одиночества, лишь плыла в пустоте маленькая станция. Лазарет на перекрестке миров.

Мария Александровна Ермакова

Тенета

Пролог

Перед створками одной из жилых ячеек Белого сектора стояли патрульные, тяжело попирая рифлёный пол станции один — чёрными мощными ботинками, другой чёрными же мохнатыми лапами. Ту, цвета тёмного обсидиана и проангел со светло-серыми крыльями смотрелись исключительно эффектно и угрожающе. Проходящие мимо по коридору посетители М-63 спешили миновать пятачок перед дверью, за которой явно ничего хорошего не ожидалось.

Проангел, светлокожий, с длинными светлыми волосами, забранными в высокий хвост, в который раз уже раздражённо дёрнул крылом.

— Да где они? Граэль обломай мои крылья, только бы кто-нибудь из этих скользких даруков не пронюхал, что тут происходит!

Ту тихонько заворчал. Посмотрел на туммер, казавшийся на его запястье детской игрушкой.

— Они близко. Долго стояли в Синем секторе, до этого заходили в Красный. Странный маршрут. Командору не свойственно передвигаться такими нелинейными рывками.

— Точно тебе говорю, Ту-Тин, что-то случилось, — заметил проангел, недовольно провожая взглядом прошмыгнувшего мимо духабути, закутанного в ткань по самые уши.

Ту повел носом, хмыкнул.

— Я тебе точно могу сказать, что случилось поганое, Кирил! Так пахнет отрыжка дворха, после того, как он сжуёт жертву одной из своих челюстей!..

— О, Аэраль! — пробормотал проангел.

— … Или всеми тремя, — довольно улыбаясь, заключил Ту-Тин.

Из-за поворота показались двое — командор, на чьём лице ничего нельзя было прочесть, и его напарник Ту-Роп, уже издали улыбнувшийся во все зубы, а затем гулко стукнувший кулаками по груди, чтобы поприветствовать соотечественника. Ту-Тин ответил с удовольствием. В среде ту было принято здороваться друг с другом, невзирая на служебную иерархию. Руководство Ассоциации смотрело на это «сквозь пальцы», поскольку огромные, быстрые и внешне очень эффектные сыны Майрами у большинства обывателей ассоциировались с мощью организации, которой служили. Они и бойцами, и патрульными были исключительными — легкообучающимися, дисциплинированными, не склонными на нелогичные, самовольные поступки.

— Кто его обнаружил? — тихо спросил Ларрил, подойдя и окидывая взглядом пустой сектор коридора.