Грецкий 2 - Александр Изотов

жертва, но и заёмщик может умереть… Как видишь, жизни его воинов Эльфеярова не сильно беспокоили. Хотя обычно просто подновляют заклинание, чтобы на золото не тратиться.

Я отложил медальон и протяжно зевнул. Глянул на окно — небо, кажется, уже начало светлеть.

— Поспи хотя бы пару часов, Грецкий, пока солнце не выйдет. Будет обидно, если свалишься посреди леса.

Меня и вправду сильно клонило в сон, и я положил голову на локти. Кроме тахты, занятой княжной, тут и негде было лечь.

— У меня ведь ещё столько вопросов, Велена, — снова зевая, пробормотал я.

— Не переживай, Грецкий… — сквозь сон услышал я, — Чует моя первородная душа, мы с тобой надолго вместе.

Глава 14

Все под контролем

Копыта Храпуна мерно стучали по гравию лесной тропы. Храпуном я назвал коня потому, что тот часто всхрапывал, возмущаясь чему-нибудь. Просто я был не особо умелым коневодом — то ремень перетяну, то не так дёрну за поводья, то вес на седле неправильно распределю. Конь пытался тяпнуть меня за пальцы, возмутительно храпел, но всё же мужественно терпел нового и такого нерадивого хозяина.

Княжна лежала на седле, прикрытая меховым плащом, а я шёл рядом и, держа наготове арбалет, нервно оглядывался по сторонам. Кажется, откуда-то отсюда вчера и погналась за нами та демоническая тварь.

— Демонов не бойся. Солнце достаточно высоко, поэтому…

— А если это особый демон? — спросил я ведьму. Зеркало с её милой мордашкой торчало из кармана баула, висящего под седлом.

— Не поняла? В смысле — особый?

— Ну, не боящийся дневного света.

Ведьма как открыла рот, так и закрыла, посмотрев на меня, как на самого последнего идиота. Вообще, она часто на меня так смотрела, поэтому мы часто с ней переругивались.

— Демон НЕ может НЕ бояться дневного света. Есть день, а есть ночь. Он из мира вечной ночи… О-о-о-ой, да что я тебе объясняю⁈ — Велена шлёпнула себя по лбу, — Кстати, а что ты будешь делать с морским чудищем?

— Каким морским чудищем?

— Ты что, гарпу-ун не взял⁈ Ох и дурень, гарпун не взял!

— Не понял? — это удивился уже я.

— Раз ты демона боишься посреди бела дня, так чего б тебе ещё и чудо-юдо-рыбину не бояться? Ах, да, она же в морских глубинах обитает… Но ты, дурень, должен бояться особую рыбину, которая в горном лесу тебя поджидает!

— Да понял я, понял.

Пришлось повесить арбалет обратно под седло. Но так, чтобы можно было, если что, выхватить его.

Храпун опять всхрапнул, недовольный, что обвешан грузом, и я погладил коня, чтоб не бузил. Так-то лошади, оказывается, тоже ласку любят и не прочь, если их нахваливают. Потом я снова оглянулся, прикидывая, не пора ли уже будить княжну. А то сколько дней уже спит, не нормально это.

— Да ничего ей не будет, девке твоей, — буркнула ведьма, — У неё так и так голова трещать будет, так что лучше приготовь то зелье, о котором я тебе сказала. Сделаешь вид, что разбудил её с его помощью.

Я лишь кивнул в ответ, раздумывая, как бы похитрее вернуться в Качканар.

Под седлом покачивался небольшой скарб, который я собрал с собой под пристальным присмотром ведьмы. Какие-то камушки, некоторые невзрачные, а некоторые наверняка неогранённые алмазы. Так же несколько видов зелий, куча ингредиентов в баночках, и всякие сушёные ярь-растения, включая те самые ягодки.

Ведьма, по её заверению, снабдила меня на «небольшую войнушку» с чёрными яродеями. Ну, на первое время точно хватит, но она собиралась потихоньку обучать меня ремеслу яродейства и алхимии, так что со временем я должен сам себя всем обеспечить.

Лошадь везла щит, копьё и арбалет, да и вообще всё, что я свистнул у Чистокровных. И, естественно, провизию.

За спиной у меня торчала рукоять «Убийцы Троллей». Легендарный меч был вдет в потрёпанные ножны, а подпоясан я теперь был поясом из кожи огра. Так же при мне находились кинжальчик с кровью ведьмы, и зачарованные золотые медальоны — княжны, да Веригинский.

Да уж, заряжен я и вправду был по самое не балуй, но вот вопрос: меня в городе обыщет любой городовой или дружинник, и тут же обвинит в чёрной волшбе. Да и не только в городе — княжну могли искать в лесах, барон наверняка отправил поисковые отряды в эту сторону.

Так что всё это волшебное богатство могло сгинуть в мгновение ока.

— Ну-у, надо быть хитрее, орф. Мозги у нас ведь есть, да? У меня вот точно есть…

Я лишь состроил ей рожу и решил не упоминать, что её мозги сейчас в виде пепла болтаются в баночке в бауле.

Ну, предположим, встречает меня дружина. Что я отвечу? «Обманул ведьму, схватил княжну и сбежал оттуда, заодно спалив ведьмину избушку…» А если попросят показать, приведу на какой-нибудь холм, да буду ходить с удивлённым лицом. «Вот здесь всё было! Тут горела изба!»

Эта мысль помогла мне немного расслабиться. На первый взгляд, план вполне рабочий. Волшба, она ведь такая — если происходит что-то совершенно непонятное, обвиняй сразу чёрных колдунов. Или ведьм.

Да и вообще, я герой, который спас княжну! И, надеюсь, наличие кучи зелий и всякой прочей ведьминской дребедени объяснять даже не придётся. Победителей не судят… ведь так?

— Надо было телегу всё-таки взять, — буркнул я, — Сказал бы, что всё это получил, когда телегу угнал.

— Дурень, эта лошадь верховая, в упряжке отродясь не была. Она устанет сразу, и телегу в ближайший овраг загонит.

Я поджал губы. Как у них всё сложно тут! Вот в моём прошлом мире было просто — автомобиль легковой, автомобиль грузовой… А, нет, это плохой пример.

Кстати, с телегой вышло довольно весело. Просто та лошадь, которая везла нас с княжной сюда несколько дней назад, оказалась… высохшим скелетом! Причём высохшим уже давно, изрядно поглоданным червями, с жалкими остатками шкуры, испещрённой рунами.

И валялся этот чудо-конь за избой рядом с телегой. Валялся он, естественно, как совершенно неживой. В общем, обычный дохлый конь.

«Можно подумать, гномы свои механизмы как-то по-другому оживляют? А так удобно, кормить его не надо», — ответила тогда на моё удивление Велена, — «Ярью его оживляешь посреди глубокой ночи, дело своё он делает, а потом лежит тут до следующего раза. Правда, яри много на него надо… Благо, на Омуты наш Урал богат, хоть целый табун адских скакунов оживляй».

В общем, идти с мёртвым конём в Качканар тоже как-то было не с руки. А мне всё же следовало выглядеть,