Император двух миров - Александр Горин

Отлично, у нас появляется ходячий водопровод. С учётом того, что пока тут с водой туго, это будет очень полезно. Захар поднёс ладонь ко рту, выпил воду и зажмурился от удовольствия.

— Вкусная! Чистая, как из родника! — блаженно улыбаясь, произнёс Захар.

— Молодец, — обернувшись, коротко бросила Виола и зашагал дальше.

— Молодец, Захар, — похлопал я Захара по плечу, улыбаясь. — Горжусь.

Захар аж засветился весь. Глаза заблестели, плечи расправились.

— Спасибо, командир! — выдохнул он. — Я стараюсь.

Я снял с пояса флягу, встряхнул — воды оставалось совсем немного. Сделал маленький глоток, чтобы растянуть на подольше.

— Наполняй потихоньку, — протянул я фляжку Захару. — Но не переусердствуй, береги эфиры.

Захар принял флягу с таким видом, будто я вручил ему орден.

— Хорошо, командир! — просиял он. — Вот научусь как следует — и проблем с тем, где попить, никогда не будет! Виола, а у тебя как? Клинок получается? Можешь показать?

Виола, не оборачиваясь, бросила через плечо:

— Получается.

Просто «получается». Голос расстроенный, похоже, она не о магии думает, а о чём-то другом. Захар удивлённо глянул на меня и я пожал плечами. Странно. Обычно она хоть как-то реагирует, а тут будто внутри неё что-то сломалось после сегодняшней ночи. Или, наоборот, встало на свои места, и теперь она не знает, что с этим делать.

Ладно, не до этого, нужно разобраться со своими новыми способностями. Я вспомнил огненный шар, который вышел из меня. Это было нечто! Только как его снова вызвать? И только я об этом подумал, как в груди снова начало разгораться тепло.

А ведь огонь — это не какая-то только внешняя штука. Я сам из него сделан. Температура тела выше температуры окружающей среды обычно, а это же тепло, энергия. Значит, огонь всегда во мне, просто надо научиться его собирать.

Я представил, как частички этого внутреннего жара стягиваются в лёгкие и солнечное сплетение. Жар в груди довольно быстро усилился и сформировался в энергетический сгусток.

Мысленно я перегнал этот сгусток в кулак правой руки и он тут же сразу стал горячим, почти обжигающим. Руки вообще лучше всего выводят энергию — я это знал по эфирным техникам.

Я отвёл руку вправо, разжал кулак и вывел жар из центра ладони наружу. И тут же из ладони с тихим шыпением вылетел огненный шар размером с теннисный мяч. Он ударился в скалу и погас, оставив на камне чёрное пятно.

Тогда, ночью, я даже и не успел осознать, чему я научился, а тут меня накрыло эмоциями. Охренеть можно, теперь в моих руках огнестрельное оружие, которое всегда со мной! Здорово! Ну здорово ведь! Я почувствовал то непередаваемое чувство силы, которое возникает, когда держишь в руках заряженное оружие. Почувствовал мощь, которая дает тебе возможность решать будет жить твой враг или нет.

Мне показалось, что моя уверенность в себе выросла ещё на несколько существенных делений. Теперь, кроме боевых навыков рукопашки и эфирного боя, у меня теперь есть и мобильный огнестрел или, точнее, шарострел.

— Ну ты даёшь! Молодец, Яр! — оценил мои успехи Захар.

Я не ответил и попробовал снова. Теперь представил шар чётче, плотнее, вложил больше жара. Выброс — ещё один более яркий и крупный сгусток улетел дальше в скалу, оставив в воздухе светящийся след.

Получалось. Реально получалось.

Но вместе с этим я почувствовал, что внутри стало эфира меньше. То самое ощущение наполненности, которое я называл для себя «много эфира», сдвинулось до отметки «ниже среднего». Да, материализация жрёт энергию. И немало. Один шар — примерно треть резерва, если судить по ощущениям.

С другой стороны, я умею делать то, что, похоже, не могут делать местные маги. Я могу трансформировать энергию чувств или астралы, как их называет Захар, в эфирную энергию или эфиры по местной терминологии.

Работаем. Я представил чувство силы — то самое, когда выходишь на ринг или татами и знаешь, что порвёшь любого. Вызвал в себе ощущение мощи, уверенности, наполненности. Натренированные многократными повторениями эти чувства сразу откликнулись в груди тёплой волной. А чувства — это энергия, которую я перевёл в эфирное тело, которое достаточно быстро наполнилось до краёв.

Отлично. Теперь у меня должно быть ещё три выстрела.

Я тут же проверил — вскинул руку и выстрелил огненным шаром в скалу. Потом ещё одним. И следом третьим. Все три легли довольно точно, оставив на камне чёрные оплавленные отметины.

Работает. Только вот был один нюанс.

Перезарядка.

На то, чтобы сформировать жар в груди и вытащить его в руку, уходило никак не меньше десяти секунд, а может, даже больше.

В бою это много. Очень много. За это время меня десять раз убьют. Надо тренироваться и сокращать время до секунды-двух, а лучше ещё меньше. Или искать другие способы — может, можно держать заряд наготове, как взведённый курок? Или научиться стрелять очередями?

Как же много я ещё не знаю. Но это даже интересно, есть куда расти.

Я обернулся на Захара и он расплылся в улыбке, показал большой палец вверх. Радуется за меня, а сам держит фляжку в руке и, видимо, собирает в неё воду. Молодец, зря времени не теряет.

А вот Виола, которую я отпустил вперёд, моих выстрелов не видела — я специально стрелял, убедившись, что она не смотрит. Она и на плато не видела как я стрелял, так как спала в это время. Поэтому сейчас она находится в неведении насчёт моей новой способности и я

И это хорошо.

Я вспомнил кусок из трактата Сунь-Цзы, который помнил наизусть: «Война — это путь обмана. Поэтому, если ты и можешь что-нибудь, показывай противнику, будто не можешь; если ты и пользуешься чем-нибудь, показывай ему, будто ты этим не пользуешься; хотя бы ты и был близко, показывай, будто ты далеко; хотя бы ты и был далеко, показывай, будто ты близко.»

Буду эту тёмную лошадку Виолу обманывать, доверять ей нельзя.

И тут эфирная нить позади так неожиданно лопнула, что я чуть не споткнулся.

Всё-таки преследуют. И отстают где-то на полчаса или чуть меньше.

Нужна ещё одна сигнализация. Я тут же, на ходу, сосредоточился, вытянул из своего сигнальную эфирного поля новую нить и протянул её сзади идущего последним Захара, закрепив на камнях. А сам по ходу движения стал разматывать её из своего эфирного поля, как нитку из клубка.

Я всмотрелся в пейзаж впереди. Пологий спуск продолжался, ущелье потихоньку расширялось, и там, вдалеке, уже проглядывала горная долина. Деревья,